Беглец

Бубела Олег Николаевич

В общем, я понял, что раз все так удачно складывается, мы сейчас идем допрашивать нарушителя. Если учителю что-то взбрело в голову, то его уже не остановишь.

— А будет ли он с нами беседовать? — спросил я, поднимаясь с кресла и показывая, что готов следовать за учителем.

— Не будет, так уговорим! Тебе давно нужно практиковаться в магии разума, вот и будет еще один опыт. Он ведь даже языка может не знать. Кто там разберет, из каких краев он к нам попал? — сказал учитель, выходя из комнаты. — Так что ничего сложного, попробуем пообщаться, если вдруг он не будет понимать, передашь ему знания общего, а затем сломаешь волю и...

перемотка

Я

стою на коленях перед голым человеком и гляжу ему в глаза. Зря я так волновался. Передача пошла хорошо, как и описывалось в книге, я чувствую, как необходимые знания языка копируются в мозг чужака и тот их успешно принимает... Но внезапно что-то идет не так. В глазах чужака отчего-то появляется злое выражение, и я начинаю ощущать, как из меня просто начинают высасывать душу! Я пытаюсь сопротивляться, но чувствую, как человек одним резким ударом ломает мою волю и начинает меня пить. Я цепенею и понимаю, что меня засасывает вглубь его бездонных глаз, а панический ужас ледяными пальцами сковывает мое сердце. Из последних сил я кричу...

Глава 6

Встать, суд идет!

— А-а-а-а-а-а!!!

Дикий крик рвется наружу из моего горла. Я судорожно пытаюсь вскочить, но тут же со стоном падаю на землю. Тело болит, руки, по-прежнему скрученные сзади, почти не ощущаются. Где я? Меня выпили?! Хотя... Что это со мной? Это был сон или реальность? Память работала плохо, видно все-таки сильно меня приложили, голова просто раскалывалась, так что я вскоре сильно пожалел, что очнулся. И что за невезенье на меня свалилось, что ни день, то все по голове получаю!

Оглядевшись, я понял, что нахожусь в том же самом темном помещении, где и раньше. Одежды на мне не прибавилось, зато прибавилась куча синяков, оставленных бойким старикашкой с посохом. Пошевелив ногами и попробовав глубоко вдохнуть, я скривился от резкой боли в правом боку, видимо эльф все же сильно повредил мне ребра. Если так дальше продолжится, я рискую оказаться просто забитым насмерть. Постаравшись занять удобное положение, насколько это было возможно, я начал вспоминать тот неудачный эксперимент моего обучения языку, смерть эльфа и свой сон, что пришел ко мне в беспамятстве. Он был таким реальным, будто это происходило со мной на самом деле, и таким необычным. Интересно, откуда я столько всего знаю. Это что — последствие неудачного эксперимента? А я ведь теперь знаю, что эльфы жизнь оставлять мне точно не собираются, но зато намерены принести в дар лесу. Интересно, что бы это могло быть? Явно же что-то малоприятное!

Память услужливо накатила волной, убирая сознание...

Раннее утро. Я стою в толпе эльфов, собравшихся на лесной поляне перед Ритуальным Деревом, и чувствую, что очень хочу спать. Рядом стоит мой отец и крепко держит меня за руку. Внезапно по толпе прошло шевеление, я понял, что сейчас произойдет нечто. Вот на поляну вступает процессия старейшин. За ними три воина ведут человека. Он старается сопротивляться, но воины легко преодолевают его жалкие попытки и тащат человека дальше.

Глава останавливается напротив Ритуального Дерева и произносит речь. Он говорит что-то важное, торжественное, но мне не интересно его слушать. Вместо этого я дергаю отца за руку.

— Папа...

— Ну что тебе, Лавиниэль? — со вздохом наклоняется ко мне отец.

— А зачем сюда привели человека? — спрашиваю я, во все глаза рассматривая это жалкое существо, которое уже даже не пытается вырваться, а просто стоит и печально чего-то ждет.

Отец,

продолжая слушать главу старейшин, наклоняется ко мне еще ниже и шепотом начинает объяснять.

— Сынок, этот человек нарушил нашу границу. Мало того, он позволил себе охотиться на нашей земле, за что старейшины на вчерашнем совете решили его принести в дар лесу.

— А зачем лесу нужен этот человек? — непонимающе спрашиваю я.

Отец недовольно поморщился и ответил, выпрямляясь:

— Смотри, сейчас сам все увидишь!

Мое сонное состояние исчезло без следа, более того, я почувствовал нетерпение окружающих и сам отчего-то подумал, скорей бы! Нужно посмотреть, что там происходит, решил я, и даже привстал на цыпочки. А все действие было для меня очень странным и непонятным. Вначале я увидел, как старейшины подошли к дереву, а затем обвязали его толстой и прочной веревкой. Свободный конец этой самой веревки они завязали на шее человека, которому спутали руки и ноги. Затем они оставили нарушителя границы привязанным у дерева и отошли в сторону, чтобы всем было видно, оставив рядом с ним только главу. Последний торжественно прокричал:

— Прими, наш дар тебе, Светлый лес!

Затем он прикоснулся к дереву, и я увидел, что из его ладони потек свет. Дерево зашелестело листьями, хотя не было никакого ветра.

— Он примет дар! Он примет его! — на разные голоса загомонили вокруг меня.

Глава также отошел от дерева и присоединился к ожидающим его старейшинам, а Ритуальное дерево начинало оживать! Оно все сильнее шелестело листьями, шевелило ветками и качало своей кроной. Человек под ним задрав голову с ужасом смотрел на шевелящиеся ветки. Но смерть пришла снизу. Гибкие белесые корни выстрелили из-под земли и опутали его ноги, лишая возможности бежать. Человек с криком стал дергаться, пытаясь вырваться из цепких объятий, но корни держали крепко. К ним на помощь вылезали еще и еще...

Они все выползали из земли, становились толще, стремились опутать тело жертвы, скручивая его, а затем несколько тонких отростков вонзились внутрь, живыми змеями проникая вглубь живого существа. Человек истошно завопил, начал барахтаться с новой силой, из ран на его теле потекла кровь, но все новые и новые ростки впивались в его ноги, руки, живот. Я с отвращением увидел, как человек превращается в клубок живых корней, приподнимающих его над землей. Из клубка потекла кровь. Голова, еще остававшаяся видимой, издавала все слабеющие крики, а затем человек захлебнулся кровью. Мгновением спустя из его рта вылез извивающийся корень. Я с брезгливой гримасой отвернулся и стал смотреть на стоящих рядом эльфов. На их лицах были улыбки. Я смотрел на своих сородичей и понимал, что они всей душой радовались человеческим страданиям...

Я с ужасом вынырнул из пучины воспоминаний и ошеломленно воскликнул:

— Ни фига себе! Меня собираются скормить дереву-вампиру!

Странно, но язык ворочался с трудом, а в горле першило. Я почувствовал, что говорю не слишком внятно. Прокашлявшись, попробовал еще раз:

— Хоть бы напиться напоследок принесли... — и осекся.

Звуки, что вылетали из моего рта, были непохожими на слова нормального русского языка, которым я пользуюсь с детства. Вместо них я произносил нечто странное, непривычное, но очень музыкальное... Я же говорю на эльфийском! Эта мысль повергла меня в ступор. Значит тот эльф все же удачно провел свой эксперимент, прежде чем откинуть копыта и я теперь знаю их язык... Тут я похолодел, вспомнив свой сон и накатившее воспоминание.