Беги от него

Гауф Юлия

Просто, когда чувствую, что я не одна – позволяю себе слабость. Такую слабость, что разуться сил нет.

– Твой брат – козел, ты в курсе? – усмехнулась я.

– В курсе. Он не полезет к тебе, просто характер показывает. Такой же ребенок, как и ты.

– А вдруг полезет? У тебя даже замков нет на дверях, – вздохнула я. – А у меня даже сил не будет – заорать. Мне и говорить-то сейчас тяжело.

– Да не полезет он к тебе в комнату, Маша! – раздраженно процедил мужчина. – Андрей просто целью задался – меня выбесить. Я бизнесом занимался,

а Андрюху от родни к родне перекидывали, как горячую картошку. Мать погибла, отец свою личную жизнь продолжил строить. Я тоже братом не занимался, только недавно к себе его забрал, когда Андрей с отморозками связался. Вот теперь он мне и мстит.

– За что? Благодарен ведь должен быть, – не поняла я.

– Считает, что я поздно спохватился его воспитывать. Ему не очень легко пришлось, – нахмурился Антон. – Мама болела, я знал, что она умрет. Готов был к этому. И к тому, что отец другую найдет, и нами заниматься не будет. Да я уже взрослым был, в общем-то, мне опека не нужна была. И про Андрея я думал, что ему лучше с тетками-бабками расти, которые знают толк в воспитании, а не со мной или отцом. Только они нихера не воспитывали его, а пустили на самотек все, что можно. Кормили его, давали деньги на одежду, и все. Вот и привык пацан, волчонком рос – домой мог неделями не являться. Драки, тусовки, девчонки. Приводы.

В рассказе Антона я чувствую вину. Она неприятно царапает меня, но… Это не отменяет того, что младший братец Антона – то еще чудное создание.

– Не бойся его, Маш. Он хочет, чтобы я оставил его в покое, и сплавил куда подальше. Потому и ведет себя так – хочет показаться хуже, чем он есть. Но Андрей – неплохой парень, не из тех, кто слабых обижает, – мужчина хмыкнул. – Он предпочитает задирать тех, кто сильнее.

Вроде все логично, я и сама до конца не верила, что Андрей решит мне гадость сделать. Но…, но все равно тревожно.

– Можно у тебя переночевать сегодня? – спросила, зажмурившись в ожидании отказа.

Глаза закрыты, но чувства-то обострены. Лицо покалывает, коже щекотно от чужого дыхания, будто расстояние между мной и Антоном – миллиметры.

Открыла глаза, и вздрогнула. Мне не показалось. Он очень близко, уперся руками в тумбу, на которой я сижу, и мрачно изучает мое лицо.

– Что?

– Хм, трезвая. Я уж подумал, – Антон отстранился от меня.

– Разумеется, я трезвая! Просто… в общем, можно у тебя переночевать, или нет? – разозлилась я. – Могу на полу лечь.

– Снова за свои игры взялась?

– Ладно, плевать, – отмахнулась я.

Нужно просто убедить себя, что я в безопасности. И вообще, я же могу подпереть дверь стулом, и никто не войдет ко мне, ведь так?! Да и не войдет никто. Антон сказал, и я должна ему поверить. Даже если бы Андрей был сволочью – он бы не рискнул лезть ко мне при Антоне.

– Спокойной ночи. И спасибо, что нашел меня, – слабо улыбнулась мужчине, и пошла к себе.

Умоюсь завтра, сейчас просто свалюсь, и посплю. Даже раздеваться

не буду. Чертова температура! Так и в замарашку недолго превратиться.

– Так, идем-ка, – мужские руки обхватили меня за талию сзади – не сильно, но направление заставили поменять.

Не к себе в комнату, а к Антону в спальню.

– Вау, меня пригласили в святилище, – не удержалась я от легкой колкости.

– Скорее, в чистилище, – не остался Антон в долгу.

Я огляделась, подошла к кровати и села на нее. Скучная спальня, как и вся квартира, в общем-то. Минимализм во всей красе, никакой индивидуальности, даже милых безделушек нет. Да я даже журналу Плейбой бы обрадовалась – он бы хоть как-то разукрасил унылую обыденность этой спальни, в которой кровать, рабочий стол со стулом, и шкаф.

– Рассказать не хочешь? – Антон, не особо стесняясь, начал раздеваться, открыв шкаф.

Я отвернулась. Не чтобы его не смущать, а чтобы самой не краснеть.

– О чем?

– Что такого с тобой случилось, раз ты так испугалась Андрея.

– Я не испугалась!

– Испугалась, Маш. Пыталась отшучиваться, даже надерзила ему, но ты именно что испугалась, – мужчина обошел кровать, присел на корточки напротив меня – уже одетый в свободную серую футболку и домашние штаны. – Расскажешь?

– Да просто, – пожала плечами, нервно сглотнув, – придурки разные приставали, вот мне и стремно, что я сейчас слабая, и защититься не смогу. Забей.

– Переодевайся, я пока в душ, – Антон положил мне на колени футболку и штаны, и поднялся во весь рост.

Я расслабилась. Допытываться не станет, не заставит откровенничать и рассказывать то, что никому знать не нужно. Да и вспоминать не хочется.

– Переодевайся, и ложись. Я скоро приду, – повторил мужчина. – И кстати, ни черта я тебе не верю. Что-то случилось с тобой, кукла Маша. Расскажешь, как будешь готова.

Он вышел, тихо прикрыв дверь, а я начала переодеваться.

Да, что-то со мной случилось. Вот только никому и ничего я рассказывать не стану. Даже Антону.

Тем более Антону!

***

Свалилась на кровать поверх одеяла.

Мне плохо, но я улыбаюсь. Мне плохо и чертовски хорошо – впервые такое.

«Невеста» – напомнила я себе, и улыбка сползла с губ. Даже думать нельзя про занятого мужчину, но… хмм, а вдруг папа сгустил краски? Вдруг эта самая Леночка всего лишь хочет быть невестой?

Я вот тоже много чего хочу.

Может, она даже не девушка Антона.

– Может, скорую? – услышала я вопрос, заданный мрачным голосом.

В нос ударил до одури приятный запах. Этот гель для душа я знаю – мужская спорт-линия, сама себе такой брала, а не цветочный. От Антона им пахнет. И еще чем-то своим.

Хочется мурлыкать, как кошке, подсевшей на валерьянку.

– Маш, давай под одеяло, – Антон подхватил меня под лопатки, приподнял, и через пару секунд на мое тело опустилось легкое одеяло, а на лоб – ладонь.