Беги, Франни!

Люро Полина

– Да всё с тобой будет нормально, Франни. Не придумывай и не ругайся так сильно, а то даже мне от твоих слов становится стыдно.

– Хорошо тебе говорить, Фредди! Тебя-то вниз головой как мешок с овощами не тащили… - схватив протянутую мне Шутом флягу, опустошила её, глядя в его сочувствующие глаза. А потом, заревев, бросилась на шею:

– Фредди, миленький, спасибо, что спас от этих чудовищ…

Я развернулась и, пошатываясь, проковыляла к своим похитителям. Это были гвардейцы в чёрной форме, ещё не старые, с ничем не примечательной внешностью. Разве что стрелы,

торчавшие из груди, делали их особенными. Нашла младшего, темноволосого и курносого, и злорадно пнула его ногой:

– Закопать меня решил, сволочь? Теперь сам сдох. Как, нравится тебе, а?
– и я снова ударила его по ноге.

Развернувшись к старшему, собралась и на нём выместить всю ту боль, что пришлось вытерпеть по их вине, но Фредди, взяв за локоть, оттащил в сторону:

– Не надо этого делать, малышка. Они же мертвы, а к покойным надо относится с уважением, даже если при жизни они были нашими врагами. Эти ребята - всего лишь подневольные исполнители, пинать мы будем того, кто отдавал им приказы.

Мне стало стыдно, и я покорно кивнула, быстро передав другу подслушанный разговор. Он нахмурился, но ничего на это не сказал. Посмотрев на гвардейцев, забрал у них кинжалы, один из которых отдал мне:

– Возьми на всякий случай, хороший кинжал лишним не бывает. Хоть ты и маг, но должна уметь обращаться с холодным оружием.

– А я могу, отец сам учил дочку приёмам боя на мечах, и кинжал у меня есть. Так что кое-что умею.

Фредди вздохнул, окинув грустным взглядом, осторожно снимая с моих волос налипшие травинки и засохшую грязь:

– Это понятно, Франни. А так ты умеешь?
– кинжал «противника» мелькал в его руке, и, не успевая следить за его движением, я в восхищении захлопала в ладоши:

– Вот это да, Фредди, как же здорово! Это ты в цирке так наловчился? Я тоже хочу, научи меня - поверь, Франни - способная…

Губы Шута скривила усмешка:

– Вижу и не спорю. На привале, если он у нас, конечно, будет, и потренируемся. А так ловко управляться с ножом я научился… в цирке, ты права. Спецназ называется, четыре года жизнь меня обучала, чес-слово… - Фредди задумался, что-то вспоминая.

– Спец… что? Опять твои странные словечки?
– я шутливо толкнула его в плечо, пытаясь отвлечь друга от явно неприятных мыслей.

Он улыбнулся, и его голубые глаза снова весело заблестели, а моё глупое сердце сладко заныло, напомнив, какая я влюбчивая дурочка. Было, видимо, что-то такое в моём взгляде, что Шут закашлялся и явно смутился:

– Ладно, достань платок и вытри слёзы. А то похожа на клоуна– нос красный и опух, вроде шарика на ёлке, глаза - щёлочки, заплыли совсем, как у поросёнка…

Дальше слушать «нелестные» сравнения я, понятное дело, не стала и со смехом немного погоняла Фредди вокруг коня, в конце концов, повиснув у него на шее:

– А ну-ка проси прощения, Шут, скажи, что я - красивая… Быстро, а то укушу! Я, может, и не знаю, кто такой «клоун»,

и что это за «ёлка с шариками», но уверена, что им со мной не сравниться…

Его глаза сияли так, что я была готова… впрочем, это неважно. Он осторожно снял мои руки с шеи и, нежно поцеловав горячими губами, прямо скажем, не очень чистые ладошки, сказал:

– Клянусь, малышка, ты самая прекрасная девушка в мире. Нет, наверное, во всех мирах этой вселенной, но дело в том, что я - женат…

Последнее слово несколько портило впечатление от такой замечательной речи, но меня это не смутило:

– Ты её любишь?

Фредди кивнул:

– Да, Франни.

– А где сейчас твоя жена?

Он опустил глаза:

– Далеко отсюда, увы, слишком далеко…

– Ладно, пусть так. Но я же близко…

Он растерялся, и мне показалось, что Фредди готов попятиться от меня, как совсем недавно это случилось в гостинице. Я деланно рассмеялась:

– А вот и поверил, какие же вы все мужчины - глупые! То же мне, Шут называется, а простой насмешки не понял, дуралей. Кстати, твоего коня я вижу, а где мой? Ты его бросил, и как мне теперь ехать?

Да, совсем непросто было переключиться на другую тему, но я старалась не подавать вида, что в груди больно, и невидимые слёзы не смеют показаться на глаза, мешая дышать. Потому что мне ужасно стыдно - первый раз меня отвергли. А это неправильно, ведь я решила, что сама выберу, с кем мне быть. Зачем он рассказал про жену, честный Фредди? Как будто не понимал, что своими словами ещё сильнее влюбил меня в себя… Или это был его коварный план? Вряд ли, да на кой чёрт ему сдалась глупая девчонка…

Фредди отвернулся, делая вид, что рассматривает траву. Его голос звучал непривычно глухо и виновато:

– Прости меня, Франни, не хотел тебя обидеть.

Я встрепенулась:

– Правда?

– Разумеется. Я - про коня. Когда тебя похитили, бросился следом, совсем потеряв голову от страха. Как дурак, крикнул твоей лошадке:

– Беги за мной, раз умудрилась потерять хозяйку!

Если она не такая идиотка, как я, примчится за лучшей девушкой этой вселенной. Да вон она, стоит у куста, ждёт тебя, - он застенчиво пытался вымучить из себя улыбку, но впервые у него это не получалось.

– Вот и отлично, Фредди! Тогда поехали спасать Арчи, здесь оставаться опасно. Как думаешь, этот неизвестный злодей снова пошлёт за нами погоню? Кажется, я очень ему нужна, - деловито суетилась возле коня, зачем-то проверяя седельные сумки, лишь бы не смотреть в эти глаза.

Его руки так неожиданно легли мне на талию, прижимая к себе, что я вздрогнула, но не испугалась. Напротив, сердце пело от радости, а пальцы сами нашли и погладили его натруженные, обветренные ладони. Он легко повернул меня к себе лицом, взяв его в руки, и нежно поцеловал губы, которые только и ждали, чтобы ответить на поцелуй.