Беги через лес
Шрифт:
– Теперь я могу сама, – сказала Пилар.
Она сильно закашлялась, согнулась пополам, все еще стоя по пояс в воде, отплевываясь, кажется, вода была даже в ее глазах. Через минуту все закончилось, только сильно заболела голова. Диего уже оделся и ждал ее на берегу.
– Ты вообще умела плавать, когда вошла в эту реку? – спросил он.
– Умела… – прохрипела в ответ Пилар. – Пабло пришлось переплыть эту реку в одиночку…
– Мы торопимся, а он мог спустится южнее, там русло намного уже.
– Все равно.
Пилар вспомнила про карту. В кармане куртки была
– Что еще не так? – спросил Диего. – Мы идем?
– Да… хотела взглянуть куда…
– Ты же вела меня через лес. Я думал, у вас с Пабло есть тайное место встречи… Ты что, забыла его?
– Нет никакого тайного места. Я в этом лесу вообще редко была. Я только знала, что нужно к реке, а когда переплывем ее, нужно было найти сады дьявола, туда профессор отправил Пабло.
– Найти их несложно, – ответил Диего. – Я хорошо знаю лес в радиусе дня ходьбы и лимонные муравьи выращивают свои сады в нескольких километрах отсюда, в узкой, правда довольно длинной полосе. Пойдем за мной…
Пилар пошла за Диего и через несколько минут лунное небо уже скрылось от них под переплетениями обросших мхом и хищными цветами ветвей.
– Ты сказала, профессор отправил Диего?
– Да, – теперь Пилар чувствовала озноб, тело под вымокшей одеждой покрылось мурашками.
– В этих садах нас может ждать ловушка, – сказал Диего.
– У меня нет выбора, – ответила Пилар.
– Я тебя понимаю, – помолчав, сказал Диего. – Августо… если бы не он, моя жизнь была бы иной… Он устроил меня в интернат, помогал мне в учебе. Я не считал его отцом, скорее таким близким, взрослым другом, но… Ты должна знать, Августо может быть опасен…
– Кто бы говорил.
Пилар почти не поднимала глаз от земли. Диего вел ее вперед, но осматривать сельву ночью в поисках прячущегося мальчишки было бессмысленно и поэтому все, что ей оставалось, разглядывать землю под ногами, надеясь увидеть следы Пабло.
– Был один случай, – продолжил Диего. – В интернате жил забавный мальчишка, звали его Пронырой, потому что умел он пронести в интернат много такого, например сигареты и выпивку. А у нас было строго с посещениями и еще каждый день проверяли шкафчики. Так вот, Проныра умел раздобыть что нужно, был в почете у старших и младших, а еще он болтал без конца. Он много чего знал, сплетни про разных ребят… А ты наверно знаешь, как сложно сдержать превращение в подростковом возрасте. С каждой полной луной останавливать себя все сложнее. Мне повезло, в интернат я попал уже в 12 лет, я умел себя сдерживать, а когда было уже невыносимо, когда все под кожей закипало и хотелось бросаться на стены, тогда я сбегал из интерната. Пускай меня потом наказывали, но и другие иногда сбегали. Кому к девушке нужно было, кому погулять. Всех принимали обратно, потому что за всех кто-то платил, а меня Августо так устроил со своими связями, я был в спортивной команде, учился и жил бесплатно.
И вот однажды подошел ко мне Проныра, и спросил, как ему поговорить с Августо. Я совсем ничего не понял. Спросил его зачем, а он улыбнулся только, говорит,
Через несколько дней Проныра сбежал в город и пропал. Все в интернате беспокоились. Разные ходили слухи…
– Тише, – Пилар схватила Диего за рукав и они замерли. – Слышишь?
Метрах в пятистах от них прозвучал прерывистый многоголосый свист.
– Как-будто птицы, только очень низко… у самой земли, – сказала Пилар. – Идем туда, посмотрим.
– Нам не по пути. Кричали южнее.
– Ты сам говорил, что южнее реку переплыть проще. Там может быть Пабло.
Свист повторился и Пилар по слуху пошла в нужную сторону. Диего пожал плечами и пошел за ней.
– Если мы будем отвлекаться на каждый звук, к утру не дойдем до садов дьявола, – сказал он.
– Мы только посмотрим, что там. У меня плохое предчувствие… А что там с твоим Пронырой?
– Никто не узнал тогда, что с ним произошло… Прошли годы, я начал работать в полиции, дослужился до звания помощника детектива. Это что-то вроде секретаря, все время бегаешь по мелким поручениям и много времени проводишь за компьютером или в архиве. Там то я и нашел дело Проныры… – свист повторился совсем близко и они пошли медленее, стараясь не шуметь, Диего продолжил рассказ шепотом. – Я уверен, это было его дело. Труп мальчишки, обнаруженный на одной из городских свалок через несколько месяцев после пропажи Проныры… Тело тогда не опознали, и следствие прекратили за отсутствием улик, но это был он. Та же куртка, туфли и джинсы, которые он выкупил у Хуана, одного из моих школьных друзей. Его не опознали, потому что тело было без головы… Теперь ты понимаешь?
Они услышали рычание, шипящее и тягучее, словно хищный зверь, прижавшись к земле, готовится к броску.
– Ты думаешь, его убил профессор? – шепотом спросила Пилар.
Они прокрались еще несколько шагов вперед и увидели, как за деревьями в свете луны открываются сады дьявола. Множество тонких стеблей низкорослых деревцев, высаженных красивым порядком на поляне, где кроме них ничего больше не росло, а за границей этой поляны буйная, мрачная в мельтешении тысяч теней многоярусная сельва.
Они сели у самого края границы между естественным лесом и садами, выращенными лимонными муравьями, пытаясь разглядеть среди сияющих луной деревцев шипящего зверя.
– Ты часто ошибаешься, – прошептала Пилар. – Говорил, что садов дьявола здесь нет… Насчет профессора ты тоже можешь ошибаться.
– Могу, – зашептал в ответ Диего. – Но одна мысль не давала мне покоя с тех пор, как узнал я судьбу Проныры… Я думаю, он не просто так попросил встречи с Августо. Он узнал мою тайну и хотел получить за нее свои деньги. Шантаж был в его стиле, он знал тайны многих ребят в интернате, и они платили ему, кто чем мог. А здесь было крупное дело. Во время того разговора в саду интерната, я уверен, Проныра все рассказал Августо и потребовал денег за молчание, а профессор взамен назначил ему встречу в городе…