Бедный бот

Шлифовальщик Владимир

— Куртёшку хоть какую–нибудь дайте! — взмолился я грабителям, лязгая зубами.

Они изумлённо переглянулись.

— Игрок, что ли?

— Может, отпадыш…

Бородатый вынул детектор и направил на меня; загорелась красная лампочка.

— Бот! — облегчённо вздохнул грабитель. — Только больно разговорчивый какой–то!..

Он ещё разок дал мне под дых для профилактики и скомандовал:

— В приёмник его!

Меня крепко взяли под руки и долго вели по хлюпающей грязи. Время от времени я отрывал взгляд от земли и оглядывался. Из темноты то тут, то там выступали какие–то руины, перекорёженные бетонные блоки и

ржавые цистерны. Но как следует рассмотреть местность мне не давали конвоиры; едва я поднимал голову, как тут же получал крепкий подзатыльник:

— Смотреть вниз, ботяра!

Приёмником у них называлась небольшая покосившаяся будка. Меня пропихнули в дверь, и я столкнулся нос к носу со старичком в белом халате.

— Осторожнее, молодой человек! — произнёс он недовольно, хотя прекрасно видел, что меня затолкали в приёмник силком.

Я не стал изображать из себя внешника и промолчал, как поступил бы на моём месте любой бот.

— Нуте-с, давайте посмотрим, что у вас там… — голосом маньяка проворковал старичок и, натянув резиновые перчатки, угрожающе пошевелил пальцами. — Давайте–ка на кушеточку…

Мои конвоиры «помогли» мне улечься на кушетку, и маньяк тутже склонился надо мной, держа в руках хитрый прибор с множеством торчащих проводов, индикаторов и переключателей.

— Так… — проскрипел старик зловеще. — Эрфы у пациента маловато… Четыре единички всего, не зажируешь… Забираем! Харизмы — одна единичка… Тоже берём. Силы маловато… Превращаем в эрфу и тоже изымаем единичку. Вот и всё, больной!

— Как всё? — удивился один из конвоиров.

— Вот так, бот наш слаб и наг, — стихами ответил «учёный». — У него опыта и репутации маловато, поэтому и эрфы с харизмой — с воробьиный нос. А денежки его вы без меня уже прикарманили. Забирайте убогого!

Меня подняли с кушетки пинком в бок. Я встал и почувствовал, что колени мои стали словно ватные. Вытянув вперёд руку, я увидел, что пальцы мелко дрожат от слабости. Мои конвоиры, заметив моё недоумение, дружно заржали:

— Ошалел от слабости ботёнок!

— Ручонки вон как трясутся! Эй, бот, давно с похмела?

— Видать, литруху вчера накатил, не меньше!

Старик тем временем взял со стола ещё один прибор, подошёл и шлёпнул мне на майку ярлычок. От этого действия у меня пошла кругом голова, и зачем–то выскочила перед глазами табличка:

Имя: Г 38

Класс персонажа: изгой (класс поменяли, собаки!)

Специализация: отсутствует

И чуть ниже знакомое:

Опыт: 4

Репутация: 1

Однако:

Эрфа: 0 (ободрал как липку, сволочь!)

Харизма: 0 (вот урод, как клоп всё высосал!)

Экипировка?

Отсутствует

Гуляй, рванина! Рейтинг у меня — чуть выше, чем у табуретки, на которой расселся мой мучитель! Сидит, свинья, и ждёт чего–то от меня. И эти два мордоворота тоже ждут.

— Чего он не уходит? — спросил один из конвоиров у другого.

— У них бывает, — ответил ему напарник. — Логика собьётся: встанут и в одну точку глядят.

— Эй, убогий, брысь к себе! У тебя лучшее место в вагоне: верхняя боковушка возле туалета!

Чтобы не вызывать подозрений, я встрепенулся, развернулся и вышел из «приёмника», так и не поняв, куда идти и причём тут боковушка. Меня никто не сопровождал, наверное, после приляпывания

ярлычка любым ботом овладевает логика локации, которая поведёт его куда требуется. Я постарался отключить сознание; некоторое время постоял, раскачиваясь и переминаясь с ноги на ногу, а затем всемогущий Сценарий повёл меня куда–то через ржавые рельсы, кучи мусора, через наваленные контейнеры и бочки.

Босые озябшие ноги пронесли меня мимо одноэтажного здания с надписью «Кассы» и привели к нескольким пассажирским вагонам (надо же, сколько, оказывается, у меня в голове сведений понапихано — даже «вагон» понимаю!). Часть из них стояла на рельсах, часть — прямо на земле. Возле одного из вагонов, вросшего в землю до половины колёс и перекошенного на одну сторону, горел костёр. Я разглядел на боку вагона нарисованную светящейся краской большую букву «Г».

Возле костра сидело и грелось с полдесятка странных личностей. Все, как один, похожи на меня одеждой: зелёные майки и тёмно–синие трусищи. У каждого на майке отсвечивал ярлычок с «именем»: Г11, Г23, Г54… Ясно, первая буква в имени — индекс вагона. Уже ночь, а они сидят у костра и не думают заходить внутрь, странно как–то… Я кивнул им на всякий случай, подошёл к вагону и, кряхтя от слабости, поднялся в тамбур.

И тут я понял, почему некоторые предпочли холодную улицу. В вагоне стоял неописуемый смрад, до того плотный, что, казалось, оказывал сопротивление любому пытавшемуся войти внутрь. Пахло немытыми телами, сальными волосами, подсыхающими болячками, испарениями от грязного влажного белья и ещё чем–то неприятно съестным.

«Г38» — моё тавро — это индекс вагона и номер места. «Боковушка возле туалета», вспомнил я. Пробираться по коридору к своему месту было тяжело: то путь преграждала чья–нибудь грязная босая нога, то — гора тряпья. Иногда я задевал спящих, те сонно отлягивались и бормотали проклятия. Некоторые спящие были завёрнуты в прозрачный светящийся кокон, при взгляде на который выводилось:

Ждущий режим

Такие не реагировали на внешние раздражители. В некоторых отсеках играли в какие–то азартные игры, и временами оттуда раздавалась ругань и затрещины.

Добравшись в самый конец коридора, я нашёл своё место 38; в самом деле, верхняя полка сбоку. Обшивка на ней лопнула наискось, из трещины клоками вылезал наполнитель. А ещё на полке лежала куча барахла: рваные тряпки, куски арматуры и консервные банки.

— Чьё это? — спросил я вежливо.

Вопрос остался без ответа, только в отсеке напротив игроки замерли и уставились на меня.

— Чьё имущество? — переспросил я с нажимом.

— Ну, моё… — Один из игроков, рослый и крепкий детина приподнялся и хрустнул костяшками пальцев.

— Убери. Это моё место.

— Сейчас, — ухмыльнулся детина. — Бегу и спотыкаюсь!

Я с грохотом сбросил чужую рухлядь на пол. Моментально настала тишина, лишь несколько ботов вполголоса выдавали дежурные реплики по Сценарию. Кто–то злорадно хихикнул. Не обращая ни на кого внимания, я забрался на верхнюю полку и кое–как умостился. Это невероятно взбесило детину; он распихал локтями партнёров по игре, бросился ко мне и с таким же грохотом сбросил на пол меня. В полёте я успел перевернуться, схватить детину под колени и дёрнуть на себя. Он нелепо взмахнул руками и опрокинулся на спину. Я навалился на него сверху, схватил правой рукой его майку за лямку и попытался обмотать ею его горло, чтобы немного придушить. Но он умудрился упереть мне в грудь колени и, резко разогнув ноги, перебросить через себя.