Байбаков
Шрифт:
Розничный товарооборот.Очевидно, получив солидную прибавку в ежемесячном доходе, люди устремились в магазины. В 1965 году розничный товарооборот в государственной, кооперативной и колхозной торговле находился на уровне 104,8 миллиарда рублей, а в 1970 году составил уже 155,2 миллиарда рублей. Рост — порядка 47 процентов. На более конкретных товарах это выглядело следующим образом.
Одежда и обувь.Динамика поразительная. К началу реформы население страны одевалось крайне бедно. Как правило, один костюм у мужчин и пара приличных платьев у женщин. Хотя, конечно, и в те времена были столичные модники. Но в основном — серенько да простенько. А через пять лет? Люди в буквальном смысле переоделись, переобулись и изменили представление о том, что должен иметь в
Бытовая техника.А в потреблении, как тогда говорили, предметов культурно-бытового назначения случился настоящий переворот. В начале 1960-х годов бытовой техники было не просто мало, она практически отсутствовала. На тысячу человек в стране приходилось 8 пылесосов, 10 холодильников, 13 стиральных машин и 22 телевизора. А в 1970 году? Показатели выросли в разы. Причем по некоторым статьям — более чем в 10 раз (например, по стиральным машинам). Наконец-то, приобретение телевизора или холодильника перестало быть событием грандиозного масштаба. Именно в эти годы в стране стали формироваться стандарты современного продуманного бытового комфорта.
Автомобили.Руководство страны конечно же понимало и притягательность такой покупки, как автомобиль. В 1966 году решили строить крупный автомобильный завод в городе Тольятти. Подготовка технического проекта была поручена итальянскому концерну «Fiat». Согласно контракту, на этот же концерн возлагались технологическое оснащение завода, обучение специалистов. Проектная мощность предприятия составляла 660 тысяч автомобилей в год, а первую линию, выпускающую 220 тысяч машин, запустили уже в 1971 году. Конечно, ВАЗ существенно изменил обеспеченность населения автомобилями (правда, по сравнению с западными странами уровень автомобилизации был несопоставим). Однако интересно, что и до пуска завода в Тольятти люди стали покупать больше машин. Если в середине 1960-х годов на тысячу человек приходилось 12 автомобилей, то в 1970 году — уже 21! Очевидно, получив солидную прибавку к зарплате, люди активнее стали использовать такую возможность вложения денег, как автомобиль.
Жилищный вопрос.Интересная картина складывается и по жилью. Оказывается, к концу хрущевского правления жилищная революция, резко улучшившая положение населения, практически выдохлась. Статистика неуклонно фиксировала уменьшение ввода жилых домов, сокращение числа лиц, получивших жилплощадь. Так, если в 1960 году в СССР было построено 109,6 миллиона квадратных метров жилья, то через пять лет — 97,6 миллиона квадратных метров. Кризис удалось предотвратить именно благодаря реформе. Уже в 1970 году ввод жилья возрос до 106 миллионов квадратных метров, что почти соответствовало лучшим показателям, на которые выходила страна в эпоху жилищной революции. Главным источником финансирования строительства становились прежде всего предприятия. Около крупных заводов и фабрик росли целые городки и кварталы. Казалось, пройдет не так много времени, и жилищный вопрос в стране действительно будет решен.
Отдых и досуг.Пожалуй, нигде, ни в одной области жизни косыгинские нововведения не дали таких положительных результатов, как в этой сфере. С началом реформы предприятия начали копить деньги и вкладывать их в строительство собственных санаториев, домов отдыха, пансионатов. Заводам-гигантам было проще, а небольшие предприятия кооперировались, строили постепенно, начиная с минимума удобств. К 1970 году произошел качественный скачок, когда рекреационные мощности были введены в строй. Если в начале 1960-х годов численность лиц, отдыхавших в подобных заведениях, составляла чуть больше шести миллионов, то в 1970 году этот показатель превысил десять миллионов человек. При этом предприятия оплачивали до 90 процентов стоимости путевок. Если до реформы у обычного трудящегося было немного
Восьмая пятилетка (1966–1970) вошла в советскую историю как одна из самых успешных. Председатель Госплана СССР Байбаков мог быть доволен. Не зря он возвращался в Государственный плановый комитет. Значит, сдюжил. Не подвел тех, кто доверил ему такую ответственность. Столько работал, вкалывал — и не зря…
Тридцатого марта 1971 года открылся XXIV съезд КПСС. Сидя в первых рядах делегатов, Николай Константинович с удовлетворением слушал доклады Брежнева, Косыгина и других руководителей, которые не без гордости говорили о достигнутых успехах. «В области экономики, — констатировал генеральный секретарь ЦК КПСС, — основной итог пятилетки состоит в том, что существенно возросли масштабы, ускорилось развитие и улучшились качественные показатели народного хозяйства». Леонид Ильич подчеркивал: директивы по главным экономическим показателям успешно выполнены и перевыполнены. Восьмая пятилетка дала более высокие результаты, чем предшествующая. Впереди — новые большие свершения на пути к коммунизму. Главная задача — «обеспечить значительный подъем материального и культурного уровня жизни народа на основе высоких темпов развития социалистического производства, повышения его эффективности, научно-технического прогресса и ускорения роста производительности труда».
XXIV съезд КПСС продемонстрировал полную политическую поддержку реформы. В докладе Брежнева отмечалось: «В своей работе по совершенствованию руководства народным хозяйством партия твердо придерживается курса на правильное сочетание директивных заданий центральных органов с использованием экономических рычагов воздействия на производство… Делегатам съезда известно, что ряд мер в этом направлении осуществлен в соответствии с решением сентябрьского Пленума ЦК 1965 года „Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства“. Опыт истекших лет позволяет сказать, что, начав осуществление экономической реформы, партия правильно оценила обстановку, взяла верный курс в деле совершенствования управления народным хозяйством».
Очевидцы XXIV съезда вспоминают, что главный идеолог реформы А. Н. Косыгин был тогда буквально окрылен. Выступая с докладом, он отмечал: «Итоги восьмой пятилетки свидетельствуют о большом положительном влиянии новой системы планирования и стимулирования на эффективность производства. Мы видим, что в новых условиях резко повысилась заинтересованность коллективов предприятий в экономических результатах работы, возросла активность хозяйственных кадров, ширится участие трудящихся в решении вопросов экономики производства». Премьер подчеркивал: «хозяйственная реформа — не единовременный акт», работа продолжается, нужны серьезные шаги по ее развитию.
Казалось бы, громадные горизонты! Столько идей! Перспективы! Складывалось твердое убеждение, что реформа — всерьез и надолго. Но пройдет совсем немного времени и ситуация изменится кардинальным образом. Реформа начнет стремительно терять политическую поддержку и сдавать одну позицию за другой. Что же случилось? Почему? Как? Ответить на эти непростые вопросы мы постараемся в следующей главе.
Глава десятая
ТРИУМФ И ТРАГЕДИЯ
К востоку от Уральских гор раскинулись бескрайние просторы Западной Сибири. Столетиями это был дикий, необжитый край. Громадные территории — сплошные непроходимые болота. Нездоровый и тяжелый климат. Зимой кости ломит от обжигающих морозов и шквалистых ветров. А летом — нет спасения от гнуса и мошки. От них не убежишь, не спрячешься — они повсюду…
Первые попытки обнаружить нефть за Уралом, о которых мы знаем, датируются началом прошлого века. 11 сентября 1911 года некое промышленное товарищество «Пономаренко и Кo» получило, как тогда говорили, дозволительное свидетельство на разведку нефти в низовьях реки Конды. Никаких результатов, по всей видимости, тогда не получили. А потом и не до поисков стало — революция, Гражданская война…