Бастарды
Шрифт:
В чем обвинял? Буря закипала в груди, но я смолчала. Сбоку к нам подбежала женщина - Аристократка. Не знаю как, но глядя на человека могла определить, Аристократ он или Бастард. Нюх на них.
У женщины искривились идеальные черты лица. Но красота тела не исчезла. Стройная, высокая, гордая осанка. Присела над девушкой и медленно ощупала. Более осознанно со знанием дела не то, что мы.
– Что произошло?
– вопрос был предназначен определенно мне.
– Я только что ее встретила. Девушка упала в обморок. Энергетическое воздействие не применяла, - отчиталась строго, стараясь без эмоций и без оправданий.
Если бы применяла энергетическое воздействие в месте вхождения энергии кожа человека приобрела бы фиолетовую капиллярную сетку, похожую на паутину. Кровь перенасыщалась кислородом, от этого и происходили изменения цвета на некоторое время. Женщина кивнула и замерла что-то рассматривая. Что там произошло? Выглянула из-за плеча.
Женщина прислонила пальцы к шее девушки, надавила на жилу. Так и задушить можно. Потом показала нам ладони лежащего без сознания Бастарда. Красные точки стали отчетливыми. Когда я проверяла их вроде не было.
– Это яд от растения джимпи-джимпи. Оно единственное ядовитое на ближайшие километры, - затем показала на ворот у рубашки девушки, на шее тоже красные пятна пошли.
– У нее анафилактический шок, у нас врача нет в ближайших десяти километрах. Пульс еле заметный. Вы двое - где-нибудь чешется? Покраснения? Прикасались к ней?
Я вздрогнула. Прикасалась, ощупывала. Не помню касалась шеи или рук, но трогала точно. Мы с парнем синхронно осмотрели тела, прислушались к ощущениям на теле:
– Не чешется, - ответила за двоих.
– Следите за состоянием, как только зачешется, скажите. Мазь от ожогов есть, а вот в случае с Аней...
– и она посмотрела на рыжую девушку, лежащую точно ледяная замороженная статуя. Цвет лица стал холоднее, как у Аристократки голубовато-белый. Женщина опять прощупала пульс.
– Не дышит, - спокойно сказала она, приподнимаясь с коленей. Холодно, без эмоций. Нормально?
Глава 2. «День объединения»
День объединения двадцать седьмого августа мы провели, готовясь к похоронам. Тело девушки не заносили в дом, так и лежало оно на улице. К вечеру приехал врач, подписал бумагу о смерти и со спокойной душой уехал.
Устала от постоянных эмоций и непонятных событий.
Мы с Иваном, это оказался тот злющий волкодав рыли могилу для Ани под деревом неподалеку. Хоронить решили на закате дня.
В короткой юбке старательно помогала, но усталость звенела на нервах и в костях. Хотелось упасть лицом вниз, и плевать что под носом могила, вырытая для Ани. Иван со мной начал разговаривать, после того, как врач объявил о смерти от анафилактического шока. Реально думал, что я ее убила? Иван задавал вопросы по типу, откуда пришла. Предположил, что я сбежала из интерната и за мной ведется охота? Сбежавших не возвращают в интернат, это я узнала от продавщиц-бастардов из нашего магазинчика, их вычисляли и вводили насильственный Ик - вирус инфицирования крови. Мгновенная смерть, которой пользовались пятьсот лет назад для очистки земли от Бастардов. Оставили лишь немногих на тот момент.
Иван рассказывал о своем прошлом, когда мы расслышали хрипловатый мужской голос. Смутно знакомый. Стояла с лопатой
Я на вопросы Ивана только кивала головой и соглашалась. Конечно, Иван. Да, Иван. Интересно, сарказм он разгадал? Парень был типичным представителем Бастардов. Рост невысокий, вширь немного раздался, глаза узенькие, нос обычный - стандартный, не большой и не маленький, а губы - тонькие, лицо округлое и кудрявые волосы. Вряд ли по прошествии некоторого времени вспомню его лицо подробно. Таких много и они для меня похожие. Взгляд Ивана изредка на себе ловила, чуть заинтересованный, но мгновенно избегающий. Стыдно за свой интерес перед Аней. Еще бы! В день смерти подружки пялиться на другую.
Как оказалось они с Анной Ананиной выросли в одной школе и, когда им исполнилось восемнадцать лет оба покинули родные стены. Одинокая женщина их приютила. Тяжело вести хозяйство без мужской рабочей силы.
– Молодые люди, не пожалейте тепла и уюта хоть на один денек. Еду С Черкинской заставы сил нет. Бессовские разбойники обворовали прямо на магистрале еще и лошадь хотели поджечь. Помогите, не пройдите стороной, - с акцентом заговорил Кирилл со своей огромной кучерявой бородой и усами.
И как мне с этим неандертальцем общаться? Но на меня Кирилл предпочитал не смотреть, значит разыгрываем сценарий. Я -не я и никого не знаю. Изучала медленно могилу, вырытую в земле.
– Конечно, - подскочил Иван, отряхивая грязь о джинсы. Протянул грязноватую руку.
– Будьте гостем. Правда у нас горе сегодня случилось. Пройдем-те я вас познакомлю с хозяйкой.
Иван кивнул мужчине. И они пошли в сторону дома, а я спустя некоторое время последовала их примеру. Что здесь разыгрывалось? Спектакль?
Похороны прошли спокойно и без слез. Я находилась в какой-то иной реальности. В той одежде, в которой Аня и была, чуть бледноватая и холодная, в таком виде ее и положили аккуратно в вырытое углубление в земле. Прикоснулись к ней на прощание и молча закапали, едва засыпали земелькой. Никто не всплакнул. Странные люди. Им что не жалко Аню?
Понимаю, я - левый человек не знала девушку, но они совсем не жалели? Мне немного жалко. Молодая девочка недавно выпустилась из школы. Впереди целая жизнь. Любовь, Иван, семья. Может чудо беременности.
А домочадцы спокойны. Или дело в том, что Аня - Бастард и каждый был готов к смерти другого? Странные эти люди. Хоть и не родные, но все же... Думала я - черствое создание, не способное сострадать и сопереживать.
Морально выжатая чередой не прекращающихся событий наблюдала как Кирилл из себя невесть знает кого. Седого старичка с большой бородкой, говорящего с акцентом. Таких стариков давно нет. Плохой из него актер. Подпирала рукой подбородок, мечтала помыться и переодеться.
Одежда представляла собой грязное пятно, хорошо шлепанцы выдали. Стопы опухли сильно и ломило от напряжения. Одним ухом прислушивалась к разговору, краем глаза спала, мечтая доползти до коврика в коридоре.