Бастард
Шрифт:
— Что тебе от меня опять понадобилось, смертный? — пробасил демон, чем ещё больше удивил мага в красном, который поспешил высказать своё сомнение на счёт удачности вызова.
— Учитель, а вы уверены, что это нужный нам демон?
— Ты сомневаешься во мне, неблагодарный дарт?! — взбесился старик.
— Нет, что вы, что вы! — замахал руками ученик. — Просто вы же знаете, как иногда неправильно работают каналы связи между мирами и… — больше он не смог выдавить из себя ни звука, т. к. его рот оказался таинственным образом
— Благодарю, Моладиус, — облегчённо вздохнул старик, — этот нерадивый ничего ещё не смыслит в демонологии.
— Из него выйдет толк, но над этим надо работать, — окинув оценивающим взглядом ученика, сказал демон, после чего повернулся к вызвавшему его магу, — так что ты хотел, смертный?
— Нужно узнать у этих пленников, откуда у них меч, — старый демонолог указал на обездвиженных Адриана и Лорайна.
Демон щелкнул пальцами, и в руке у него появился свиток, который он тут же сунул в руки старика, после чего схватил со стола какой–то амулет и по–быстрому исчез, пока маг не успел возмутиться таким самовольным выбором платы за работу.
— Вот ворьё проклятое! — потрясая кулаком, прокричал маг и, продолжая недовольно ругаться себе под нос, начал бегать глазами по написанному в свитке.
С возвращением демона в свой мир и заклинание на ученика перестала действовать, чем он не преминул воспользоваться, задав очередной вопрос:
— Это то, что нам было нужно?
— Помолчи, несчастный! Надо бы разучить то заклинаньице… — прошептал старик и положил свиток на стол. — Да, это то, что нужно, — он махнул рукой, и пленники почувствовали, что снова могут двигаться и поднялись на ноги, отряхивая одежду.
— Что вам нужно от нас? — глядя прямо в глаза старика, спросил принц.
— Уже ничего. О происхождении меча вы ничего не знаете, вы абсолютно бесполезны, а держать вас тут против воли лишняя морока.
— То есть вы вот просто так нас отпускаете? — недоверчиво глянул Адриан на старика.
— Я не думал, что демонологии стали такими мягкими за то время, что запретили им заниматься их магией, — усмехнулся Лорайн.
— Мы стали практичнее, — старик кивнул своему ученику, — отведи их обратно на поверхность.
— А меч мы разве не оставим себе? — снова удивился молодой маг.
— Дурья башка, конечно нет! Не просто же так он выбрал этого юнца! — сверкнул в ответ глазами демонолог. — Мы просто будем наблюдать!
Всю пещеру сотряс взрыв.
Я стою у развилки и разглядываю указатель. Оборачиваюсь и смотрю на своего спутника, восседающего на превосходном вороном скакуне, задавая ему немой вопрос. Он в ответ лишь качает головой и разводит руками. Я снова обращаю свой взгляд на указатель и задумчиво почёсываю подбородок. И всё же на более долгое ломание головы меня не хватило:
— Ты уверен, что правильно определил их путь?
— Абсолютно точно.
—
— Может у них недостаток мха или кандалов? — сделал предположение мой товарищ.
— А ты молодец, умеешь повеселить! — я рассмеялся.
— Вообще–то это была…
— Да знаю я, что ты серьёзно, — перебил я его, — просто мне гораздо интересней и веселей думать, что ты обладаешь хоть чем–то похожим на юмор. Клянусь, если бы со мной ехал покойник, мне и то было бы веселей!
— Это же не обычная прогулка, или я ошибаюсь?
— Да нет. Я предпочитаю проводить свой досуг как–нибудь иначе, чем гоняться за какими–то непонятными головорезами–работорговцами, — усмехнулся я.
— Вы, люди, странный народ, может, ты так отдыхаешь, откуда мне знать?
— А вы разве у себя там не читаете о таком виде зверей, как человек обычный, и не изучаете их повадок? — наиграно удивился я.
— Нет. Это бесполезно, т. к. можно считать, что каждый человек — это отдельный подвид, имеющий свои особенности, — покачал головой мой спутник.
— Так у вас же полно времени! Неужели никто не догадался потратить свою вечность на занятие вроде этого? — я пустил своего коня легкой трусцой.
— Мы предпочитаем заниматься более полезными вещами, например совершенствованием своей культуры и магии. Нам не приходит таких идей в голову, в отличие от людей, — мой спутник поравнялся со мной и сбавил ход.
— Ах да, ах да! Как я мог забыть? Эльфы же самый благоразумный народ, а вот все люди немного безумны, но каждый при этом по–своему.
— Именно так и есть. Однако нельзя не признать, что ваши безрассудные поступки никогда не приносят пользы. Иногда можно даже утверждать обратное.
— Но заметь, что всех героев людских песен, легенд и баллад ты называешь сумасшедшими. Так может им быть не так уж и плохо? Ведь можно считать, что теперь они живут вечно.
— Жизнь — есть движение. Одним подвигом–безумством нельзя заработать бессмертие. Лишь непрерывная череда дел может увековечить тебя. Жаль, что вы этого не понимаете и, совершив одно не очень то великое дело, усаживаетесь у себя в замке, отращиваете бороду, складываете оружие и доспехи не стойку и рассказываете своим внукам без конца одну и ту же историю.
— Просто мы быстро устаем, и часто нас не хватает даже на одно такое дело.
— Проблема тут совершенно в другом.
— И в чём же?
— Вы не можете или не хотите использовать всё то, что у вас есть. Если хотя бы каждый пятый человек выкладывался в течение всей жизни, то вы бы давно превзошли все известные расы. У вас громадный потенциал, но вы по какой–то причине не используете его.
Я задумался и ничего ему не ответил. Эльф говорил правду, и мне было трудно это признавать. Чёрт возьми, как же трудно спорить с тем, кто живёт вечно!