Башня Занида (сборник)
Шрифт:
Она оглянулась. Мишель все еще спал, уронив голову на рюкзак. Она пошла к нему прямо через усыпанные белоснежными цветами кусты. Стоило ей потянуться к одному из цветков, как все они вдруг вспорхнули и с жужжанием закружились вокруг нее в жарком полуденном воздухе.
Вдруг Инесс обратила внимание на стоящее невдалеке дерево с гладким лоснящимся стволом, похожим на черномраморную колонну, испещренную светлыми пятнами и полосами. Девушка прикоснулась к стволу - и отпрянула: кора под ее пальцами дернулась, как шкура укушенного
Она подняла глаза. Дерево (если это было дерево: надо же его как-нибудь называть) с медлительностью улитки тянуло к ней гибкие ветви. Инесс отступила на шаг, и ветви опустились ниже. Стало видно, что каждая заканчивается маленьким прозрачным шариком, похожим на глаз.
Ветки опускались на девушку все быстрее.
– Не двигайся! Вдохни поглубже и задержи дыхание! Делай, что я скажу!
Инесс обернулась и натолкнулась на жесткий взгляд Мишеля. Молодой человек стоял на коленях, протягивая к ней дрожащие руки. Голос его звучал хрипло и незнакомо.
Он повторил:
– Быстро сделай глубокий вдох и замри. Представь, что ты статуя. Я не шучу!
Испуганная девушка послушно застыла, бледная как смерть.
– Ветки будут, тебя ощупывать со всех сторон. Делать что-нибудь уже поздно, поэтому - превратись в камень! Если хочешь, можешь зажмуриться.
Если бы она могла зажмуриться! Расширенными от страха глазами она следила за скользящей перед самым ее лицом веткой. "Дерево" всматривалось в ее лицо. Ветви поглаживали ее тело, щекотали уши и шею, ощупывали колени, щиколотки...
– Самое главное - не дыши, - говорил Мишель. - Если тебе плохо, выдыхай воздух, но только медленно, как можно медленнее, совсем незаметно!
Он то и дело облизывал пересохшие губы. Правая рука его лежала на рукоятке пистолета, левой он судорожно вцепился в траву, подняв облачко пузырьков.
– Теперь и закрывать глаза поздно. Не мигай. Смотри на какую-нибудь неподвижную точку перед собой!
Инесс впилась взглядом в его глаза и окаменела с поднятой к груди правой рукой. Она осознала серьезность ситуации, хотя и не знала, какая опасность ей грозит. Но ее поднятая рука беспокоила Мишеля. Он боялся, что девушка непроизвольно опустит руку. И тогда... Чтобы успокоить ее, он заговорил:
– Может статься, эта тварь поднимет тебя и разок-другой повернет в воздухе. Не вздумай закричать! Просто не реагируй. Ты статуя, запомни! Сыграй эту роль как можно лучше!
Одна из веток протиснулась между ногами девушки и обвилась вокруг бедра.
– Замри, Инесс! - крикнул Мишель. - Замри, иначе смерть! Любимая! Замри!
Его трясло как в лихорадке.
– Зря ты стала смотреть мне в глаза! Глаза подвижны. Слушай внимательно. Медленно, очень медленно переведи взгляд выше, смотри на дерево за моей спиной!
Инесс повиновалась, нечеловеческим усилием воли подавляя дрожь. Ветка продолжала ощупывать ее бедро. Потом скользнула выше и потянула
Мишель похолодел. Сумеет ли девушка выдержать это последнее прикосновение?!
Инесс уже не смотрела на него. Он осторожно отодвинулся из поля ее зрения и встал.
– Можешь начать вдох, - сказал он. - Но, смотри, медленно! Так же медленно, как и выдыхала!.. Внимание! Сейчас ветка прикоснется к твоей правой подмышке! Не вздумай дрогнуть!
Ветка проскользнула сквозь прореху в халате. Было видно, как она шевелится под тканью.
Мишель обошел дерево на четверть окружности, держась на безопасном расстоянии - метрах в десяти. Машинально смахнул капельки пота с верхней губы. Чем он мог помочь девушке?! Оружие здесь ни к чему; за пистолет он схватился автоматически, инстинктивно. Единственное, что он мог сделать попытаться отвлечь внимание "дерева".
Он был не слишком хорошо знаком с флорой и фауной Смарагда, но это существо, полуживотное-полурастение, он помнил. Это была черная гидра!
Черная гидра реагирует на движение. Неподвижные предметы ее не интересуют, на них она, как правило, не набрасывается. Зато движущиеся объекты приводят ее в исступление. Мишель представил, как гидра на его глазах в мгновение ока разрывает в клочья спеленатую ветвями Инесс, и у него закружилась голова. Он зажмурился и стиснул зубы.
Ветки-щупальца не выпускали пленницу.
– Не двигайся! - твердил Мишель. - Не двигайся!
Тянуть время в надежде, что гидре надоест игрушка, и безмерно рискуя, что усталая и испуганная девушка не выдержит и пошевелится? Нет, пора действовать. И Мишель медленно, спокойно приказал:
– Когда я подам сигнал, прыгнешь, вперед. Но только когда я крикну, не раньше!
Привлечь внимание гидры можно только двигаясь. Мишель стал осторожно приближаться к хищнице, размахивая руками для убедительности. Шаг, другой, третий... Одна из ветвей заметила его, поплыла в его сторону. Он замахал руками чаще.
Краешком глаза он следил за девушкой.
Две или три ветки отцепились от неподвижного объекта и стали подкрадываться к двигающемуся.
Мишель чуть отступил. Ветки потянулись за ним. Он еще попятился. Ветки змеились в метре от его лица - видимо, на границе досягаемости.
Наконец последняя выпустила Инесс, соблазнясь новой, оживленно приплясывающей добычей.
Мишель дождался, пока она вытянется, как и остальные, в его сторону, во все горло гаркнул: "Гоп!", и отскочил назад.
Инесс стремглав бросилась наутек. Не успела она сделать и десяти шагов, как вдруг споткнулась о корень и растянулась во весь рост на траве в облаке радужных пузырьков. Одна из щупалец гидры как бич просвистела в воздухе и обвилась вокруг ее щиколотки. Девушка вскрикнула. Мишель бросился на выручку.