Башня ветра
Шрифт:
— Умен ты, Ярополк Титыч, — кивнул Верес, присаживаясь. — Да только постарел, а оттого и подозрителен стал излишне. Все я префекту написал с твоих слов, как Листица передала. Мол, Защитник наш в себя пришел, но еще очень слаб. Едва дышит. А потому не меньше седмицы в постели проваляется. Ну а сам-то сообразил, конечно, что немощному да болящему воину пиво без надобности. Потому и выкатил бочонок побольше. За здравицу, значит…
— Ну тогда выгоду увидел… — не сдавался Титыч.
— Вот пристал, как банный
Староста назидательно поднял перст, но от комментариев воздержался. Только многозначительно покивал пальцем.
— А что тут зазорного, — возмущенно пожал плечами Верес. И поскольку ему никто не ответил, принялся объяснять.
— Раньше дань гоблинам отдавали, а теперь — все в деревнях оставаться будет. Хозяин-то наш, какой бы великолепный аппетит ни имел, дай Создатель ему здоровья, все равно с двумя прожорливыми кланами не сравняется. Я о тролле!.. — поспешил уточнить корчмарь, заметив мой недоуменный взгляд. — А значит, люди заживут богаче. В мошне кое-какая лишняя денежка заведется…
— И в кружале осядет…
— Не без этого, — кивнул Верес. — Иначе зачем в деревнях кружала по императорскому приказу выстроены? Все для процветания империи. А благодаря кому торговля вырастет? Владу Твердилычу. Соответственно от меня ему, как от верного слуги, глубочайший почет, уважение и всяческое содействие.
— Спасибо. Поверь, я это ценю.
«А чего? Мне нетрудно пару ласковых слов брякнуть, язык не отвалится — а человеку приятно».
— Вот… — расцвел корчмарь и укоризненно покосился на старосту. — Видал! Влад Твердилыч человек серьезный, разумение имеет, а не то что некоторые…
— Наливай уже… — хмыкнул Титыч. — Вот балаболка уродилась, чисто баба кудахчешь, прости Создатель. Приперся в гости и сидит сиднем. Только, знай, языком чешет. Решил угощение зажать? Так сразу и скажи…
От такого нелепого обвинения корчмарь вконец онемел.
— Так, все. Хватит из пустого в порожнее переливать… — Я понял, что пришла пора вмешаться в бессмысленную перепалку. — А то попрошу Листицу обоих со двора спровадить.
— Это я с превеликим удовольствием… — оживилась хозяйка, многозначительно беря в руки тряпку.
— Цыц, девка! — нахмурился Ярополк Титыч. — Не видишь, ожил Влад Твердилыч. Для того все и затевалось. А теперича ступай-ка ты во двор, милая. Мужской разговор у нас.
— Дома распоряжаться будешь, — взялась в боки Листица. — А у меня свой хозяин имеется.
— Не горячись. — Я исхитрился украдкой подмигнуть девушке. — Мне и в самом деле с людьми потолковать надо. А ты пригляди, чтоб у дома никто лишний не околачивался.
От расспросов, ясен пень, все равно не отделаться, но это — потом.
— И чтоб никого не впускала, пока сами не позовем! — Староста привычно оставил за
Листица открыла было рот, но поймала мой взгляд, фыркнула, как потревоженная кошка, и вышла из хаты.
— Строже надо с бабой, Влад… — покосился ей вслед Титыч. — Разбалуешь, сядет на шею. Обратно стащить труднее будет. А уж если детишки пойдут, вообще сладу не дашь.
Верес кивнул, соглашаясь со старостой. Похоже, в женском вопросе их мнения совпадали. Потом вспомнил о профессиональных обязанностях и занялся откупориванием бочонка.
Я только глазами захлопал.
«Какие еще нафиг детишки? Нет, я вообще понимаю, что от постельной гимнастики девушки не только удовольствие получают, а и род продолжают. Но пока еще об этом всерьез не задумывался. В том плане, что в прежней жизни мне до службы в армии женихаться и все такое рановато было, а в этом мире — я еще не настолько освоился. Не привык к мысли, что могу остаться здесь навсегда. Уф!»
Даже вспотел слегка, как после кросса.
— Титыч, ты Листицу зачем выставил? — поинтересовался, чтоб отвлечься. — Теперь даже кружку гостю подать некому.
— Сам подам… — проворчал староста. Действительно поднялся и сходил за третьей кружкой. Как раз вовремя. Пенная струя хлынула в подставленные емкости, быстро заполняя их до краев.
— Ты, Влад Твердилыч, теперь у нас человек особенный, важный… Не сам по себе, значит… — продолжил Титыч, хорошенько отхлебнув пива. — А потому привыкай не в одну голову думать… Мы с Вересом супротив тебя в Круге и вместе не сдюжим, даже мериться силой не стоит…
Корчмарь кивнул, хоть и поглядел на старосту с некоторым удивлением.
— Вот… Зато опыта у нас больше будет… у каждого. Живем дольше, потому что. А поскольку, как ты сам слышал и понял, все мы за общество радеем… пусть и каждый по своему разумению, своевольничать тебе не позволим.
— Мудрено излагаешь, Титыч… — Я тоже смочил усы пеной. — Ты проще давай. А то у меня аж голова снова разболелась. Видишь, я еще не совсем здоров… Поимей снисхождение.
— Да… — немногословно согласился и со мной Верес.
— Проще? Можно и проще… — согласился староста. — Дабы не случилось урона людям и деревням неожиданного от необдуманных дел, Влад Твердилыч, надо тебе советом обзаводиться.
— Ты серьезно?
«Вот уж чего действительно не ожидал. Штаб Гражданской Обороны, значит, организовывать будем?»
— А то, — гнул свою линию и дальше Титыч, — три деревни теперь под тобой. Значит, трое старост будет. Они и о нуждах своих людей лучше тебя знать будут, и о возможностях. Если тебе какая-то помощь понадобится, так и думать, кому поручить, не придется. Старосте сказал, а они уже подобрали помощников по нужному умению. А деревне что надо — скажут и растолкуют. Согласен?