Башня над пропастью
Шрифт:
И Мендарк рассказал обо всех грехах и промахах Лиана.
— К несчастью, после Тайного Совета потерялась Карана, — сказал в заключение Мендарк. — Я мог бы ее использовать.
Не забыв о страхе Караны перед Мендарком, Шанд не стал вводить его в курс дела.
— Почему Лиан пошел с Тензором? — удивился он.
— Пошел с ним! Лиан ужасно его боялся, и не без оснований. — Мендарк поведал о выступлении Лиана против Тензора на суде в Шазмаке.
Шанд был изумлен:
— А в нем больше… чем я думал.
— Больше глупости! А теперь займемся
— Любое место подходит, если он задумал шутить с Ночной Страной.
— Я не могу обыскать полмира.
— Тогда ступай в Зиль, в Великую Библиотеку, и поговори с мудрецом Надирилом.
— Ты прав. Мне уже приходила эта мысль в голову. Где еще я найду то, что мне нужно? Кто лучше, чем Надирил, знает об этом? Я непременно поеду в Зиль — если только когда-нибудь отсюда выберусь.
Чай Мендарка остыл, пока они беседовали. Он выплеснул его и налил свежий. Прежний был цвета соломы, а этот — красный и очень крепкий. Он отпил, сделал гримасу, отхлебнул еще.
— Расскажи мне о Феламоре, — попросил Шанд. — Ее появление сильно меня беспокоит.
— Ее речь на Тайном Совете звучала очень правдиво, — начал Мендарк, глядя в чашку. Он рассказал Шанду о падении Шазмака и словах Феламоры относительно Зеркала: она утверждала, что в нем совсем нет силы, лишь секреты. — Я был абсолютно убежден в том, что все так и есть, как она говорила. Но Феламора — мастерица всех форм иллюзии. История о падении Шазмака оказалась ложью. Это она предала Шазмак, а не Карана. Я проверил детали обеих версий.
— Это Зеркало… Когда оно потерялось, я надеялся, что оно больше никогда не появится, — признался Шанд.
— Ты что-то знаешь о нем? — спросил заинтригованный Мендарк.
— Да, хотя и не собираюсь делиться своими знаниями с тобой, так что не трудись спрашивать.
— Другого я от тебя и не ожидал, — усмехнулся Мендарк. — Впрочем, сейчас не до того, Шанд, когда приходится клянчить убежище на этих вонючих причалах. — Он выглядел старым и измученным.
Шанд уставился на него немигающим взглядом. Немного помолчав, он спросил:
— Как это получилось? У тебя же на любой случай приготовлен потайной ход.
— Несмотря на все мои недостатки, которые я сознаю, я люблю Туркад. Я не мог покинуть город, пока был хоть какой-то шанс его спасти. И в результате я опоздал на один день: мой бот забрали. Таллия и Беренет ужасно рискуют, пытаясь найти другой бот и надежного моряка. Каждый раз, когда они совершают новую вылазку, я боюсь, что они не вернутся. Я в отчаянии!
— Неудивительно. Может быть, тут я сумею тебе помочь. Но теперь мне необходимо идти. — Выплеснув остатки чая из кружки, Шанд поставил ее рядом с чайником и пошел прочь. Небо на востоке начало бледнеть.
— Шанд! — закричал Мендарк, пробежав за ним несколько шагов. — Мне нужен бот. Ты можешь что-нибудь сделать?
Шанд остановился,
— Я постараюсь, — ответил он.
— Где мне тебя найти?
— Я сам тебя найду, — бросил удаляющийся Шанд через плечо.
На душе у него было невесело. Миновало уже полтора дня с его встречи с Улисой, а он все еще понятия не имел, что случилось с Караной. Он послал три депеши старейшинам хлюнов, но ни на одну не получил ответа. По-видимому, они не попали старейшинам в руки. Внутрь портового города его не пустили. Новость, что Иггур охотится за чувствительниками, особенно встревожила его.
Светало, когда Таллия с Лилисой возвратились после еще одной неудачной попытки выбраться из портового города. Лилиса так устала, что не хотела есть. Тщательно вымывшись, она забралась в свой гамак. Натянула одеяло на уши, сонно улыбнулась Таллии и мгновенно уснула. Погасив свет, Таллия вышла. От недосыпа мысли у нее путались, и ей необходимо было с кем-нибудь поговорить, чтобы упорядочить их. Оссейон, бодрый как всегда, стоял на часах за дверью. Таллия спросила его, где Мендарк.
— Магистра позвали повидаться с посетителем, — ответил Оссейон. — Он ушел пару часов назад. Что-нибудь удалось с ботом?
— Нет! Пойду найду их.
Таллия отправилась на розыски Мендарка.
— Отведи меня к Мендарку, пожалуйста, — попросила она первого попавшегося хлюна, которым оказалась женщина.
— Возвращайся обратно! — яростно прошипела хлюнша. У Таллии ужасно болела нога. Она была не в том настроении, чтобы позволить помыкать собой.
— Отведи меня к Мендарку! — рявкнула она, размахивая кулаком перед лицом хлюнши.
Та сделала знак другому хлюну. Они перекинулись парой слов шепотом. Затем женщина взяла Таллию за рукав и повела извилистым путем по пристаням и причалам. Наконец они дошли до палубного пастила со стороны моря. Тут было ветрено, непрерывно моросил мелкий дождь. Вдруг Таллия заметила впереди показавшуюся знакомой фигуру, которая заворачивала за угол. При тусклом свете она узнала осанку и походку человека.
— Шанд! — закричала она и, прихрамывая, бросилась за ним.
Человек обернулся, и это действительно был старый Шанд, которого она не видела после своей поездки в Туллин. Он засмеялся и заключил Таллию в объятия.
— Как приятно снова встретить тебя! — сказала она. — Я думала, что ты решил не приезжать в Туркад.
— Так могло случиться, хоть я и обещал. Но я здесь! И какая беда!
— Да, Мендарк, должно быть, сошел с ума. Когда я могу с тобой поговорить?
— Прямо сейчас, если хочешь. Ты завтракала?
Таллия не завтракала и просто умирала с голода.
— На горе есть местечко, где все еще хорошо готовят, — если ты посмеешь уйти так далеко.
Таллия с тревогой огляделась:
— Тут охраняют все пути.