Башни полуночи
Шрифт:
– Собери людей. Я буду говорить с передними рядами. Пусть мои слова запишут и передадут остальным.
Борнхальд выглядел сбитым с толку, но исполнил приказ. Галад отошел в сторону и взобрался на небольшой холм. Положив руку на рукоять меча, он дождался, пока разбитые по отделениям люди соберутся вокруг. Уставшие люди в вымазанных в грязи сапогах встали кто как, размахивая руками - убивая мошек-кусименя или почесывая за воротниками.
– Мы - Дети Света, - объявил Галад, когда они собрались.
– Для человечества настали самые темные дни. Когда исчезает надежда, когда вокруг царит смерть. Но именно
– Мыи есть этот маяк. Эта трясина - испытание, но мы - Дети Света, и любое испытание нас только закаляет. Нас преследуют те, кто должен нас любить, и все иные пути ведут к гибели. Поэтому мы пойдем вперед. Во имя тех, кого должны защитить, во имя Последней Битвы, во имя Света!
– В чём наша победа над этим болотом? Из гордостия отказываюсь чувствовать его укусы. Из гордости от того, что живу в эти дни, из гордости от грядущего. Все наши предки из этой Эпохи ждали, когда настанет этот день, когда человечество будет испытано на прочность. Пусть другие оплакивают свою участь. Пусть другие стенают и плачут. Это не наш путь, потому что мы встретим грядущее испытание с высоко поднятой головой. И пусть оно докажет, что мы сильны!
Речь получилось недлинной; ему не хотелось задерживаться в этом болоте. И все же она сделала своё дело. Спины солдат распрямились, и он увидел, как люди согласно кивают. Выбранные из их числа писцы записали слова и направились зачитать их тем, кто не мог услышать.
Когда отряд двинулся дальше, шаг бойцов больше не был сбивчивым, а осанка - сгорбленной. Галад остался стоять на холме на виду у проходящих рядов, принимая редкие рапорты.
Когда прошли все семь тысяч, Галад заметил небольшую группу, собравшуюся у подножия. Среди них оказался худой, узколицый Джарет Байар. Его запавшие глаза сияли от энтузиазма.
– Чадо Байар, - сказал Галад, спускаясь вниз.
– Отличная речь, милорд Капитан-Командор, - пылко воскликнул Байар.
– Последняя Битва. Да, пришло время двигаться вперед.
– Это наше бремя, - произнес Галад, - и наш долг.
– Мы отправимся на север, - сказал Байар.
– К нам придут люди, и нас станет больше. Великая армия Детей Света, десятки тысяч. Сотнитысяч. Мы заполоним собой земли. Может, у нас даже хватит людей, чтобы свергнуть Белую Башню вместе с ведьмами, вместо того, чтобы вступать с ними в союз.
Галад покачал головой в ответ:
– Нам нужны Айз Седай, Чадо Байар. У Тени будут свои Повелители Ужаса, Мурддраалы. И Отрекшиеся.
– Да, думаю, это верно, - с неохотой согласился Байар. Он и прежде воспринял эту идею с неохотой, но всё-таки согласился.
– Наш путь будет труден, Чадо Байар, но Дети Света поведут людей на Последнюю Битву.
Злодеяния Валды бросали тень на весь орден. Более того, Галад всё более уверялся в том, что Асунава сыграл не последнюю роль в дурном обращении с его мачехой и в ее смерти. А это значило, что и сам Великий Инквизитор оказался порочен.
В жизни важнее всего поступать правильно. Это стоит любых жертв.
Галад быстро прошел по жиже к авангарду Детей Света. Отряд двигался налегке лишь с несколькими вьючными лошадьми, и люди шли в доспехах - их кони были нагружены фуражом и провизией.
В первой шеренге Галад обнаружил Трома, который беседовал с группой бойцов, одетых не в белые табарды и шлемы, а в кожаные куртки и бурые плащи. Это были их разведчики. Тром кивнул ему в знак уважения. Лорд Капитан был одним из самых доверенных лиц Галада.
– Лорд Капитан-Командор, разведчики докладывают, что впереди есть небольшие трудности, - доложил Тром.
– Какого рода трудности?
– Думаю, вам лучше взглянуть лично, сэр, - ответил Чадо Барлетт, возглавлявший разведку.
Галад кивнул, чтобы тот показывал дорогу. Впереди заболоченный лес начал редеть. Хвала Свету, неужели они наконец-то выбрались на волю?
Но нет. Подоспевший Галад увидел вторую группу разведчиков, которые наблюдали за мертвым лесом. Позади на большинстве деревьев были листья, пусть и болезненного вида. Тот лес, что поджидал впереди, был голым и посеревшим, словно деревья сгорели. Повсюду рос какой-то болезненно-белый лишайник или мох. Стволы деревьев казались иссушенными.
Весь лес впереди залила широкая, но мелкая река с медленным течением. Она затопила корни большей части деревьев. Поваленные стволы высовывали из темно-бурой жижи ветки, словно тянущиеся к небу руки.
– Там трупы, милорд Капитан-Командор, - сообщил, указывая на реку, один из разведчиков.
– Плывут по течению. Похоже на следы дальней битвы.
– На карте эта река отмечена?
– спросил Галад.
Друг за другом все разведчики покачали головой.
Галад стиснул зубы.
– Мы можем перейти её вброд?
– Она мелкая, милорд Капитан-Командор, - ответил Чадо Барлетт, - но нужно будет проверять, нет ли скрытых омутов.
Галад дотянулся до соседнего дерева и с громким сухим треском отломал от него длинную ветку.
– Я пойду первым. Пусть люди снимут доспехи и плащи.
Приказ был передан по рядам. Галад снял доспехи и завернул их в плащ, потом привязал получившийся узел на спину. Он постарался как можно выше закатать штаны, спустился по пологому берегу и вошел в мутную воду. Ледяная ключевая вода заставила его напрячься. Сапоги зачерпнули воды и на несколько дюймов увязли в песчаном дне, вызвав мутные водовороты. За спиной с громким всплеском в воду зашел Стойкий.
Идти было нетрудно - вода едва доходила до колен. Щупая дно палкой, он старался найти путь получше. Эти голые, гибнущие деревья действовали на нервы. Не похоже, чтобы они гнили, а теперь, вблизи, он мог различить среди лишайника, покрывавшего их ветви и стволы, пепельно-серый пух.
За спиной с громкими всплесками входило в реку все больше и больше Детей. Рядом по реке, стукаясь о камни, проплывали округлые силуэты. Некоторые были трупами людей, но большая часть была крупнее. «Это мулы, - понял он, присмотревшись к морде одного из них.
– Десятки туш».