Башни полуночи
Шрифт:
– Ты предлагаешь очень опасную вещь, Эгвейн ал'Вир, - резко вмешалась Эмис.
– Отпустить их болтаться здесь без присмотра, всё равно, что отпустить мокроземских детей гулять по Трёхкратной земле.
– Вы не сможете оставить это место только для себя, Эмис, - сказала Эгвейн.
– Мы не настолько эгоистичны, - ответила Хранительница Мудрости.
– Я говорю об их безопасности.
– Тогда, возможно, - предложила Эгвейн, - будет лучше, если Морской Народ отправит несколько учениц поучиться у вас, Хранительницы Мудрости, и, наверное, вы в свою очередь могли бы направить
– Жить на кораблях?
– с ужасом спросила Мелейн.
– Разве есть лучший способ преодолеть ваш страх воды?
– Мы не боимся, - резко сказала Эмис.
– Мы уважаем воду. Вы же, мокроземцы… - она всегда рассуждала о кораблях так, как другие рассказывают о льве в клетке.
– И всё-таки, - продолжила Эгвейн, возвращаясь к Морскому Народу, - тер'ангриалы могут стать вашими, если мы заключим сделку.
– Но вы уже отдали их нам, - заметила Шайлин.
– Они были даны вам взаймы, Шайлин, что было недвусмысленно сказано доставившими их вам женщинами.
– И вы готовы отдать нам их навсегда?
– спросила Шайлин.
– Без всей этой чепухи о том, что все тер'ангриалы принадлежат Белой Башне?
– Необходимо иметь правила, предотвращающие хранение тер'ангриалов теми, кто их обнаружил, - ответила Эгвейн.
– В этом случае мы можем изъять потенциально опасную вещь у глупого фермера или купца. Но я могла бы сделать формальное исключение для Ищущих Ветер и Хранительниц Мудрости.
– Значит, стеклянные колонны… - произнесла Эмис.
– А то мне всё было интересно, заявят ли Айз Седай на них свои претензии.
– Сомневаюсь, что подобное случится, - сказала Эгвейн.
– Но я всё равно считаю, что мнение Айил немного смягчится, если мы официально объявим, что этот тер'ангриал и другие, которыми вы владеете, принадлежат вам, и ни одна сестра не вправе их отобрать.
Это заставило Хранительниц Мудрости призадуматься.
– И всё-таки, я считаю такое соглашение несколько странным, - заявила Бэйр.
– Айил станут обучаться в Белой Башне, но не станут Айз Седай? Такого ещё не было.
– Мир меняется, Бэйр, - тихо сказала Эгвейн.
– В Эмондовом Лугу у ручья был цветник с красивыми, выведенными у нас цветами, которые называются Слава Эмонда. Мой отец очень любил гулять и любоваться красотой цветов. Но потом построили новый мост, и люди стали ходить к нему через цветник.
Мой отец годами пытался их отвадить от этого. Он строил ограды, ставил таблички. Ничего не помогало. Тут он решил проложить через цветник аккуратную дорожку из гальки и выращивать цветы по сторонам от неё. Как только он это сделал, люди перестали топтать цветы.
Когда наступают перемены, вы можете кричать и пытаться силой сохранить вещи неизменными. Но обычно всё заканчивается вытоптанными цветами. Однако если вы сумеете направить изменения в нужное русло, то они могут вам сослужить хорошую службу. Так же, как нам служит Сила, но чтобы ею воспользоваться, мы должны ей поддаться.
Эгвейн по очереди посмотрела на каждую из женщин.
– Наши три группы должны были начать сотрудничать давным-давно. Последняя Битва вот-вот начнётся, а Дракон Возрождённый грозит освободить Тёмного.
– Шончан, - произнесла Мелэйн.
Ренейле, сидевшая позади остальных Ищущих Ветер, издала тихий шипящий звук. Её одежда изменилась, появились доспехи и меч в руке. Но через мгновение он пропал.
– Верно, - подтвердила Эгвейн.
– Вместе мы будем достаточно сильны, чтобы им противостоять. По отдельности же…
– Мы должны обсудить эту сделку, - сказала Шайлин. Эгвейн заметила, как по комнате пронёсся ветерок, скорее всего случайно созданный одной из женщин Морского Народа.
– Мы встретимся снова и, возможно, заключим договор. Если это случится, условия будут таковы: мы отправляем к вам двух учениц в год, а вы в ответ отправляете двух своих.
– Но не самых слабых, - предупредила Эгвейн.
– Я хочу самых способных.
– И вы отправите таких же?
– спросила Шайлин.
– Разумеется, - сказала Эгвейн. Двое - это только начало. Скорее всего, они захотят увеличить число учениц, как только план успешно сработает. Но она не станет настаивать на этом с самого начала.
– А мы?
– спросила Эмис.
– Будем ли мы частью этой, как ты выразилась, «сделки»?
– Две Принятых, - сказала Эгвейн, - в обмен на двух учениц. Их обучение должно длиться не меньше шести месяцев, но не более двух лет. Как только наши женщины прибудут к вам, они должны рассматриваться как ученицы и должны следовать вашим правилам.
– Она сделала паузу.
– В конце обучения все ученицы и Принятые должны вернуться к своему народу на срок не менее чем на год. После чего, если ваши женщины пожелают стать Айз Седай, они могут вернуться для испытания. Те же условия касаются и нас, если наши женщины решат взамен присоединиться к вам.
Бэйр задумчиво кивнула.
– Возможно, найдутся женщины вроде тебя, которые, познав наши обычаи, поймут, что они лучше. Какой стыд, что мы тебя потеряли.
– Я была нужна в ином месте, - ответила Эгвейн.
– Согласны ли вы на сходные условия между нами?
– спросила Шайлин у Хранительниц Мудрости.
– Если сделка состоится, обмен двое на двое со сходными оговорками?
– Если сделку одобрят, - ответила Бэйр, оглядываясь на остальных Хранительниц Мудрости, - то мы заключим её и с вами. Но сперва мы должны обсудить её с остальными Хранительницами Мудрости.
– А что на счёт тер'ангриалов?
– спросила Шайлин, поворачиваясь к Эгвейн.
– Они ваши, - ответила Эгвейн.
– Но в обмен вы освободите нас от обещания отправлять к вам сестёр в качестве учителей, а мы обещаем отпустить любую женщину Морского Народа домой. Все эти вопросы должны быть одобрены вашими людьми, а я представлю их на рассмотрение Совету Башни.
Разумеется, приказы Амерлин равносильны закону. Но, если Совет заартачится, то такие законы просто будут игнорироваться. Поэтому ей нужна была их поддержка по данному вопросу, и ещё она хотела, особенно учитывая её непростое положение, чтобы Совет больше работал с нею, а не за её спиной.