Башни полуночи

Сандерсон Брендон

Он выглянул в окно, и кто-то передал ему зрительную трубу. Он приставил её к глазам и убедился, что, как он и предполагал, здание оказалось достаточно высоким, чтобы увидеть через городскую стену расположенное снаружи поле битвы и даже то, что было за ним. Башни, находившиеся на вершине холма, были сплошь покрыты воронами. Сквозь трубу он мог видеть троллоков, удерживавших высоту и его бывший передовой лагерь, башни и валы.

За холмом, из прохода надвигалась устрашающая масса троллоков, во много раз превосходящая числом ту, что осаждала

Марадон. Казалось, армия монстров тянется бесконечно.

–  Мы должны уходить, - сказал Башир, опуская трубу.
– Немедленно.

–  Свет!
– прошептал Итуралде.
– Если эта армия пройдёт мимо нас, ни в Салдэйе, ни в Андоре, ни в Арад Домане не найдётся ничего, что могло бы её остановить. Пожалуйста, скажите мне, что лорд Дракон, как и обещал, заключил мир с Шончан!

–  В этом, - прозвучал сзади тихий голос, - как и во многом другом, я успеха не добился.

Итуралде повернулся, опуская зрительную трубу. Высокий мужчина с рыжеватыми волосами вошёл в комнату - мужчина, с которым, казалось, Итуралде никогда раньше не разговаривал, несмотря на знакомые черты.

Ранд ал’Тор изменился.

Возрождённый Дракон был так же уверен в себе, так же держался прямо и ждал беспрекословного повиновения. И в то же время всё в нём казалось другим. Теперь в нём не было и тени былой подозрительности. То, с какой заботой он изучал Итуралде…

Однажды его взгляд, холодный и бесчувственный, убедил Итуралде последовать за этим человеком. Эти глаза тоже изменились. Раньше Итуралде не замечал в них мудрости.

« Не будь тупоголовым бараном, - подумал Итуралде, - Нельзя сказать, мудр ли человек, только взглянув ему в глаза». И всё же о Драконе он мог это сказать.

–  Родел Итуралде, - произнёс ал’Тор, сделав шаг вперёд и положив ладонь на его плечо.
– Я бросил тебя и твоих людей в тяжёлом положении, против превосходящего по силам противника. Пожалуйста, прости меня.

–  Я сделал этот выбор сам, - сказал Итуралде. Странно, но он уже чувствовал себя менее уставшим, чем несколько мгновений назад.

–  Я осмотрел твоих людей, - произнёс ал’Тор, - Так мало осталось, и все они избиты и изранены. Как ты удерживал город? То, что ты сделал - чудо.

–  Я делаю то, что должно быть сделано.

–  Ты, должно быть, потерял много друзей.

–  Я… Да.
– Какой ещё ответ можно было дать? Отрицать это - всё равно, что опозорить память о них.
– Вакеда пал сегодня… Раджаби… его убил драгкар. Анкаер. Он продержался сегодня до обеда. Так и не узнал, почему тот трубач протрубил слишком рано. Россин отправился это выяснить. Он тоже мёртв.

–  Мы должны покинуть город, - сказал Башир с поспешностью.
– Мне жаль. Но Марадон потерян.

–  Нет, - тихо сказал ал’Тор.
– Тень не получит этот город после того, что сделали эти люди, чтобы его удержать. Я не позволю.

–  Благородный порыв, - сказал Башир, - но

мы не… - он умолк под взглядом ал’Тора.

Эти глаза. Такие глубокие. Они казались сияющими.

–  Они не возьмут этот город, Башир, - повторил ал’Тор, в его тихом голосе прозвучала нотка гнева. Он махнул рукой в сторону, и в воздухе появились врата. Внезапно звуки барабанов и крики троллоков стали ближе.
– Мне надоело, что я позволяю ему причинять боль моим людям. Отзовите ваших солдат.

С этими словами ал’Тор шагнул во врата. В комнату поспешно проникла пара айильских Дев, и он продержал портал открытым достаточно долго, чтобы они успели прыгнуть следом за ним. После этого врата исчезли.

Ошеломлённый Башир застыл с открытым ртом.

–  Будь он проклят, - в конце концов, сказал он, снова поворачиваясь к окну.
– Я думал, он перестанет вытворять подобные штуки!

Итуралде присоединился к Баширу, поднимая к глазам свою зрительную трубу, наводя её на громадную дыру в стене. Ал’Тор в коричневом плаще пересекал вытоптанное поле, следом за ним спешила пара Дев.

Итуралде показалось, что он слышит завывание троллоков. Удары их барабанов. Они увидели идущих к ним троих людей. Одиноких и беззащитных.

Троллоки устремились вперёд, в атаку через поле. Сотни. Тысячи троллоков. Итуралде охнул. Башир тихо пробормотал молитву.

Ал’Тор поднял руку, затем выставил её ладонью вперёд в сторону нахлынувшего океана Отродий Тени.

И они начали умирать.

Всё началось с волн огня, во многом похожих на те, которые до этого использовали Аша’маны. Только эти были гораздо больше. Языки пламени прожигали ужасные просеки в рядах троллоков. Они текли по земле, вздымаясь вверх по холму, и затекая вниз - во впадины, заполняя их бушующим огнём, всё сжигая и уничтожая на своём пути.

В небо взвились тучи драгкаров, устремившись вниз к ал’Тору. Небо над ним посинело, и навстречу тварям полетели осколки льда, заслонив собою солнце, словно стрелы целого знамени лучников. Бьющиеся в агонии монстры издали пронзительный нечеловеческий визг, и их туши повалились на землю.

Из Дракона Возрождённого извергались Свет и Сила. Он один был как целая армия направляющих. Отродья Тени гибли тысячами. Стремительно атакуя через всё поле возникали Врата Смерти, убивая на своём пути сотни тварей.

Аша’ман по имени Нэфф, стоявший рядом с Баширом, открыл рот от изумления:

–  Никогда не видел, чтобы сплетали так много плетений одновременно, - прошептал он.
– Я не могу уследить за всеми. Он сам как буря. Буря Света и потоков Силы!

Над городом начали собираться и кружиться облака. Подул, завывая, ветер, и с неба ударила молния. Раскаты грома заглушили грохот барабанов - троллоки отчаянно пытались добраться до ал’Тора, взбираясь по трупам своих собратьев. Вращающиеся белые облака превратились в чёрную, кипящую, бурлящую бурю. Вокруг ал’Тора, подхватив его плащ, взвился вихрь.