Башни Эквеллора
Шрифт:
— Да она помолвлена с каким-то, — сморщил нос Торрен. — Давно помолвлена, но это все тянется и тянется.
— Любопытно, — сказала Мист таким тоном, словно ей было совсем не любопытно.
— Ладно. Куда пойдем?
— Рассветная улица, дом десять, где бы это ни было, — задумчиво ответила Мист.
— Какая еще Рассветная улица? — не понял Торрен.
— Так нам там обещали приют и кров, если с нашим “больным” на постоялый двор не пустят. Скажем, что не пустили. На главный тут постоялый двор, —
— А, — вспомнил Торрен их спутника в караване. — Предейн Ларек, да?
— Да. Надо только найти эту дурацкую Рассветную.
— Найдем, — оптимистично сказал Торрен, начиная движение к основной части города. — Народ-то уже попросыпался. Спросим.
Мист вздохнула и ругаться оптимистом не стала, потому что Торрен, действительно, очень успешно вцеплялся и тряс информатора до последней капли ценных сведений.
— Дядь, а дядь? — пропустив пару чем-то не устроивших его человек, Торрен прицепился к вальяжно вышагивающему мужику с огромной корзиной хлеба.
— Чего тебе, мил человек?
— Скажи, Рассветная улица где? Заплутали.
— Хорошо заплутали, — сочувственно сказал мужик, смешливо поблескивая глазами.
— Что, далеко? — расстроился Торрен.
— Далече. Стоишь ты на ней, человече, — хмыкнул мужик.
— Ничего себе, а что указателей то нет? — почесал в затылке Торрен, а мужик невозмутимо показал пальцем на рисунок на стене ближайшего дома — встающее солнце. — Э?
— Грамотный, что ли? — с подозрением уточнил мужик. — Это у грамотных везде буквы, а мы народ простой, нам вот картинками понятней.
— Ясно, — сказал Торрен любимым тоном Мист, когда той было очень ясно и она не одобряла, и старательно изучил стену дома на предмет других меток. — А десятый дом где, дядь? Для этого тоже знаки есть?
— Да вот берешь с начала улицы и считаешь десятый, — отозвался тот. — А чего тебе в десятом-то?
— Да в караване ехали с мужиком одним, Предейн его зовут, обещал нас приютить, ежели что. Вот у нас ежели что.
— А, Предейн? Да, вернулся он вчера. Ох и праздновали! Вот, видишь зеленый дом? Это будет Ларековский.
— Спасибо, дядь, чтоб тебе под благословением Святого Амайрила всегда ходить, — поблагодарил Торрен. — А что, разве праздники не запрещают в траур-то?
— Так лэр далече, в замке скорбит. А мы тихонько. Всей улицей, гм.
— И призраки, значит, не приходили на огонек?
— Да убивают-то на другой стороне канала только. У нас-то тут тихо.
— Ну, это хорошо. А то мы наслушались уже про ваших призраков и мертвяков.
— Да мы уж сами так наслушались, что и бояться устали, — махнул рукой мужик и пошел дальше по улице вразвалочку.
— Даже что-то ценное узнали, — похвалила Торрена Мист, старательно изображавшая статую все время разговора, чтобы не мешать и
— Да, дом узнали. Идем? — Торрен повернулся в нужную сторону, и Мист первой двинулась вперед.
Глава 10
— Мы узнали, что “призраки” ходят на другой стороне канала, — сказала она оживленно. — Не могут пересечь текущую воду. Каково? Никакие, конечно, это не призраки, одной этой приметы хватило бы, чтобы не гадать бестолку.
— Что не так с текущей водой и призраками? — не понял парень.
— Считается, что текущая вода способна вымывать управляющие чары и нарушать дистанционное действие маркеров, поэтому восставшие мертвецы создаются с учетом этих особенностей. Однако в присутствии хозяина, конечно, они и реку пересекут, и что угодно, — педантично выдал справочную информацию Эррах.
— Вот именно это я и хотела сказать, — наставительно подняв палец, сказала Мист.
— Как все сложно, — с сомнением почесал в затылке Торрен. — А чего тогда те, у орков, под водой ползали?
— Так это стихийные сдыхоти, — пожала плечами Мист. — Их же не кто-то специально делал, они вставали в результате проникновения доменов. Это другое.
— Не быть мне некромантом, — вздохнул Торрен. — Но это даже к лучшему.
— Да уж точно к лучшему, — хмыкнула Мист, вышагивая к нужному дому.
На удивление выходящем в проулок крыльце с трубкой восседал и задумчиво курил тот самый бородатый ветеран, встреченный ими в караване.
— А, — сказал он, выпуская красивое колечко дыма. — Пробились-таки?
— Лучше и не скажешь, дядь, — с непередаваемой тоской в голосе сказал Торрен. — Умаясь, хуже некуда. Приглашение-то в силе? А то не любят что-то нашего меньшого тут. Люди злые!
— Не злые, а неграмотные, — поучительно сказал Предейн, поднимаясь на ноги с кряхтением. — И семью свою блюдут. Погодьте, я с братом переговорю. Но не думаю, что он против что скажет. Дом большой, места всем хватит.
— Да мы и заплатим, дядь, — посулил Торрен. — Деньги есть, не пускают просто.
— Гости вы или где? — возмутился Предейн, скрываясь в дверях.
Путешественники переглянулись и, не сговариваясь, опустились на широкие ступеньки крыльца, сваливая сумки и рюкзаки вперемешку.
— Прогнозы, предложения? — устало спросила Мист, присаживаясь и перемещая Багровую Книгу на колени, чтобы сидеть было проще.
Желающих на должность предсказателя не нашлось. Торрен сделал вид, что это не к нему, а Эррах только мотнул головой в капюшоне, дескать, не знаю и гадать не хочу. Отсутствие отклика Мист утихомирило, и она спокойно дождалась возвращения Предейна с его братом — очень на него похожим, только что не бородатым и немного помоложе.