Barrakuda
Шрифт:
– Хорошо,- я послушно киваю, разворачиваю плечи в сторону заветного дивана и, без всяких 'йяяяа!', молча, от души бью подъёмом в пах катарцу. Тот 'кхекает' и складывается пополам. Вырываюсь на оперативный простор и несусь в сторону гримёрки. Возле заветной двери двое наших охранников. Кричу им первое, что приходит в голову: Красный код! Рву на себя дверь, влетаю в помещение, кидаюсь к своим вещам, хватаю телефон... Пффф... А вот фиг вам, а не позвонить. Нет сигнала! Или с моим телефоном что-то не так, или враги сигнал блокируют.
Поднимаю глаза на девчонок и вижу семь (седьмая - костюмерша) застывших
– Онни, дай телефон!- Глядя на СонЁн, кричу я.- Нужно срочно позвонить в полицию.
– ЮнМи, что происходит?- Растерянно спрашивает та.
– Дай телефон,- продолжаю истерить я.- Меня только что пытались похитить!
И - тишина. Перевожу взгляд с одного лица на другое и понимаю: они мне не верят!
– Телефон!- Кричу я.- Быстро!
– Младшая, успокойся,- вкрадчиво говорит СонЁн.- Просто объясни, что происходит?
Объяснить ничего не успеваю. За дверью слышится какая-то возня. Девчонки переглядываются. До них наконец-то доходить, что младшая психовала не зря. Все дружно, как по команде, пятимся от двери. Несколько секунд - и та распахивается настежь. В гримерку входят пять клонов людей в чёрном арабского разлива. Быстро оценив обстановку, они начинают движение в нашу сторону. Писец кролику, понимаю я и внутренне готовлюсь подороже продать свою шкурку.
Дальше происходит то, к чему катарцы готовы никак не были. А уж я и подавно.
От нашей группы стремительно отделяется ИнЧжон, делает пару шагов, останавливается и тут же выполняет пару ударов руками и ногами по невидимому врагу, после чего замирает в боевой стойке. Катарцы прекращают движение. В этот момент к ИнЧжон присоединяются КюРи и ДжиХён. Встав слева и справа от боевой подруги они тоже демонстрируют на что способны разъярённые крольчихи и так же замирают в боевых стойках.
Они же тхэквондистки! Вспоминаю я. У всех - чёрные пояса. И чё творится? Меня - мужика, сейчас девчонки защищать будут? Оглядываюсь вокруг в поисках чего-нибудь колюще-режущего, ничего не нахожу. Есть только ваза, вся обшарпанная, а, значит жутко дорогая. А что если... Бью по вазе ладошкой и с удовольствием наблюдаю, как она разлетается на десятки осколков. Все поворачиваются на звук. Все, кроме наших тхэквондисток. Правильно! Им нужно не пропустить рывок катарцев в нашу сторону. Я подбирая осколок поострей, выбираю одного из катарцев, которого определяю, как главного и, глядя в его зеркальные глаза, медленно приставляю осколок к шее. Блин, не поцарапаться бы! Катарец начинает что-то бормотать в гарнитуру, вдруг разворачивается и покидает поле боя, уводя своих людей.
Победа!
Несколько секунд стоим молчим, приходя в себя.
– Надо отсюда уходить. Немедленно!- говорит СонЁн.- Вещи бросаем здесь. Кто-нибудь запомнил, каким путём мы сюда шли?
– Я вас выведу,- это я.
СонЁн кивает.
– Нужно взять телефоны и всем вести непрерывную съёмку,- предлагает ДжиХён.- Если они на нас нападут, мы их задержим. У младшей будет шанс прорваться к нашим с компроматом на катарцев.
Ну, в общем да, здравая мысль. Если не нападут, будет у нас панорамная картинка интерьеров Катарского посольства. Может кому потом продать удастся.
Мы разбираем телефоны, врубаем запись и, выставив их во все стороны, плотной группой из семи
Во время движения пытаюсь осмыслить, что же это такое здесь происходит, нахрен?! Что за трэш и сатания в одном флаконе? Они здесь все нормальные или где? А последствия? Это же скандал на государственном уровне... Чего хотел этот отморозок? Просто потанцевать со мной на диване? Или всё же он не такой дурак и у него был какой-то план, который позволял получить своё без всякого ущерба для себя лично и для Катара в целом? Повертев ситуацию и так и этак, нашёл таки вариант, при котором всем было бы хорошо, одному мне плохо. История такая:
Прекрасный принц встречает на своём нелёгком жизненном пути божественной красоты незнакомку. Сердце его возликовало: вот та, которая станет достойным бриллиантом в его и без того тяжёлой короне! Но имеется проблема. У незнакомки есть жених, который тоже не за сохой ходит. И, судя по всему, незнакомка от жениха без ума. Как быть? И в голове прекрасного принца рождается гениальный план, как сделать так, чтобы незнакомка поняла, что данный ей богом мужчина - это не жених, а он - прекраснейший из принцев. И вот выкупается контракт и готовится спецкомната, где на прекрасную незнакомку должно снизойти озарение...
Дальше всё просто. ЮнМи подсыпают в еду и питьё какой-нибудь гадости, от которой у неё сносит крышу, и она сама (ЮнМи), в порыве безумной страсти, бросается на, вроде бы находящегося не при делах, принца и тащит его на диван. Всё это тщательно фиксируют скрытые видеокамеры, которыми утыкана вся комната. После того, как юная нимфоманка удовлетворяет свои непомерные плотские желания, ей предъявляют запись и предлагают на выбор: либо ты объявляешь о разрыве с женихом, завязываешь со сценой и отбываешь в Катар с горячо любящим тебя принцем, навстречу роскошной жизни в пределах гарема, либо запись бурного свидания с мужиком, личность которого так и не удалось установить, попадает в сеть, на TV и в газеты. Занавес!
Это был план 'А'. План 'Б' разработан, судя по всему, не был. Как-то никому в голову не пришло, что девушка отвертится от разговора. Отсюда и проистекают дальнейшие глупости - схватить дуру, которая не понимает своего счастья, и не пущать! Вроде всё сходится... А вот и наши! Фууу... Вырвались!
По дороге в общежитие состоялся разговор с менеджером Кимом. Узнав подробности, он запретил нам, а потом и всей остальной группе, распространятся об инциденте, о котором сегодня же будет доложено президенту СанХёну.
В общаге мы расселись в комнате отдыха вокруг стола, приходя постепенно в себя после навязанных нам приключений. Долго молчали, поглядывая друг на друга. Наконец, тишину нарушила СонЁн:
– Младшая! У тебя проблема. Теперь этот принц от тебя не отстанет.
И тут отличилась КюРи.
– Потому что нельзя быть на свете красивой такой,- говорит она, и я начинаю ржать, как сумасшедший.
Девчонки испуганно косятся на меня, но потом их лица разглаживаются, появляются улыбки. И вот уже мы смеёмся все вместе, держась за животы. Отсмеявшись, постановляем, что утро вечера мудренее и расходимся по комнатам. Вот такой вот денёк, блин... Как там, кстати, КюРи? Подползаю к краю, свешиваюсь. Хмм... Одеяло убежало... Чего доброго, простудится ещё...