Барон
Шрифт:
Я позволил себе мысленную усмешку злорадства. Эта куколка хотела править одна, но в итоге все вышло не так хорошо, как она скорее всего ожидала.
— Приветствую, ваша милость, — голова красивой брюнетки склонилась в глубоком поклоне.
Интересные дела. Хочет показать смирение и покорность? Как-то слабо верится. Этой фурии больше подходят ярость и ненависть, чем что-то еще.
— Приветствую, — тем не менее, учтиво ответил я.
В такой момент проявлять грубость — значит показывать слабость. Мы тоже не
Желание прикончить вероломную сучку, конечно же, никуда не исчезло. Однако рамки приличия следует соблюдать. Не только для меня и ее, но и для всех, кто находится рядом.
— Я не стану пытаться извинятся за попытку переворота, — сказала Тисара, глядя мне прямо в глаза. — Знаю, это бесполезно, и ты вряд ли когда-нибудь меня сможешь простить.
— Верно, — сухо заметил я, не делая попыток что-то сказать еще.
О чем тут еще говорить? Я уехал из баронства на войну с метаморфами, она воспользовалась этим и решила прибрать домен себе. Убив при этом всех верных мне людей. Включая Стеллу.
Как будто поняв куда ушли мои мысли, баронесса сказала:
— Прежде чем продолжить, я хочу, чтобы ты взглянул на одну запись. Она недолгая, но крайне важная. Я не планировала убивать Стеллу. Так получилось.
Моя рука нетерпеливо дернулась в отвращающем жесте.
— Никакие записи не оправдают тебя. Она мертва. А ты нет. Вот что важно на данный момент.
— И все равно, я хочу, чтобы ты посмотрел. Эта трансляция шла с камеры бронескафа одного из солдат, которого отправили…
— Убивать своего командира? — ядовито закончил я. — Кажется все гвардейцы и члены Корпуса планетарной обороны должны были подчинятся ей. Разве не так? Твои солдаты предали клятву, которую давали, получая оружие. С чего бы мне верить съемкам одного из них. Вы вполне могли ее подделать.
Губы Тисары плотно сжались в тонкую линию.
— Ты можешь проверить достоверность записи. Она не фальшивка. Даю тебе слово.
От меня донесся нервный смешок.
— Поверить тебе на слово? Да ты издеваешься.
— И все равно, так будет лучше, — сказала моя коварная женушка, делая кому-то знак за пределами голо-экрана.
Картинка мигнула, сменилась. Вместо брюнетки в комнате с низенькими столами появилась зеленая лужайка с фрагментом каменного здания позади.
Это что замок? Загородная резиденция прежних баронов?
В кадре возникла Стелла с каким-то здоровенным амбалом. Они о чем-то напряженно беседовали. Судя по ракурсу, солдаты в бронескафах находились где-то сбоку от них.
Мужик что-то говорил, настойчиво размахивая руками, ежесекундно оборачиваясь мордой к стоящим гвардейцам. Разговор продлился недолго. Высокая сингарийка презрительно скривила губы, ответив на требование сдачи жестким отказом.
В следующие мгновение изображение задергалось. Тот, кто находился
Еще через минуту все закончилось. На земле остались лежать четверо. Трое в бронескафах и еще одна в обычном комбезе черно-серебристой расцветки.
Бывшие родовые цвета рода Канваль…
Сейчас эта тварь, снова перешла на черно-зеленый…
Я скрипнул зубами. Стелла не захотела сдаваться просто так и попыталась пробиться к выходу. Наверное, не рассчитывала на честное слово ублюдков, предавших меня.
Сейчас уже трудно сказать, правильно ли она сделала. Может в случае сдачи, ее бы все-таки пощадили?
Бездна знает! Да это уже и не важно. Главное общий итог. Случайный заряд, самодеятельность подчиненных — все причины второстепенны и не имеют значения.
Для меня основные виновники ее смерти не те, кто нажимал на курок, а отдавший приказ об аресте.
Не спорю, кто-то на моем месте вполне мог пойти пути всепрощения и не стал бы винить баронессу Канваль. Она ведь не сама убивала.
Или что еще хуже, постарался бы оправдать ее действия какими-нибудь важными причинами, приведшему к трагичной развязке во дворике замка. Включая переложением вины чуть ли не на самого себя.
Но я точно не из таких идиотов. Никакие слова и поступки не способны принести извинения за злодейство.
Прощать и слушать оправдания? Зачем? Все и так понятно. Дело сделано и уже ничего не изменить. Осталось одно — наказание.
Кровь за кровь. Жизнь за жизнь. По-другому в этом мире никак.
Кем я стану, если прощу Тисару после такого?
А что бы сказала Стелла? Сингарийцы на та раса, которая славиться в галактике христианским милосердием. Так что все очевидно.
Запись закончилась, снова появилась Тисара.
— Как видишь, никто не собирался ее убивать преднамеренно, — заявила она, стоя от меня в паре метров бесплотным цифровым призраком с видневшейся задней частью какого-то помещения в Ратуше.
— Что ты хочешь? — спросил я, никак не выдавая своего истинного настроения.
— Договориться, — сказала она. — Позволь мне уйти. Мне и еще несколько преданным мне людям.
— Уйти? И зачем мне это делать? Оставлять тебя в живых после всего случившегося?
Мой голос поневоле налился холодом. Ну надо же какая наглость. И как я раньше не замечал на ком женился? Слишком бурное и короткое знакомство однозначно не пошло нам на пользу. Кто знает, не устрой эта мадмуазель бунт, через сколько времени брака выползла бы наружу ее гнилая душонка.
Ненавижу таких личностей. Сначала заваривают кашу, а потом пытаются соскочить, делая круглые глаза от удивления. Мол, это не моя вина, и я тут вообще при чем.