Барометр падает
Шрифт:
— Воры! Подонки! — выкрикнул какой-то тип прямо перед Киллианом.
Тот успел вовремя броситься на землю. Над ним нависал ружейный ствол. Извернувшись, Киллиан выстрелил бандиту в ноги, прострелив левую коленную чашечку.
— Твою мать! — заорал мужчина.
Одним рывком Киллиан поднялся на ноги, приблизился к выродку и прострелил ему правую коленную чашечку. Потом выхватил у него дробовик и отбросил далеко в сторону.
Справа от Киллиана Томми сбил монтировкой еще одного из стрелков. Вырвав
Донал выпалил из своего ружья еще в одного бандита, который как раз готовился кинуть последнюю бутылку с зажигательной смесью. Дробь попала в шею. Испуганный, тот грохнулся ничком, быстро вскочил и кинулся вприпрыжку прочь, не оглядываясь.
— Я отстрелялся, — разочарованно просипел Донал.
— Осталось только три налетчика с оружием. У этих бедолаг нет шансов.
Глаза Киллиана привыкли к лунному свету, пистолет надежно лежал в его руке. Он пригнулся, прицелился и выстрелил одному из бандитов в бедро. Тот завопил и свалился на траву. Его напарник от неожиданности выстрелил себе под ноги. Его ботинки озарились жутковатым белым пламенем. Но не успел налетчик упасть, как на него набросился Томми Трейнер и как следует врезал монтировкой.
На ногах остался только один стрелок. Парень явно был неглуп, ибо бросил оружие на землю и побежал к машине со скоростью, достойной знаменитого спринтера Усэйна Болта.
— Стоять! Руки за голову! Или ты покойник! — выкрикнул Киллиан, прицелился и выстрелил поверх головы молодчика.
Парень остановился, заводя руки за голову.
— Лечь на траву и не двигаться! — скомандовал Киллиан.
Когда бандит выполнил приказ, Киллиан обыскал его, изъял бумажник и вернулся к остальным.
— Надо продолжить, — предложил Донал, осматривая луг.
— Мы справились со всеми вооруженными бандитами. Сейчас надо забрать их пушки. В этой схватке победили мы. Остальные на время оставят нас в покое, — возразил ему Киллиан.
Донал подхватил два дробовика, валявшихся возле поверженных бандитов. Третий дробовик забрал Томми.
Те из налетчиков, у кого не было огнестрельного оружия, бежали или уползали прочь. Этих и бандитами нельзя было назвать, так, мелкое хулиганье, любители.
Киллиан вернулся к остальным негодяям, лежавшим на траве. Обыскал их, сорвал маски с лиц. Остаток обоймы он разрядил бандитам в ноги — по одной пуле в каждое правое колено. Это точно их покалечит и, может быть, хоть чему-то научит. Если не милосердию, то хотя бы пониманию неравенства. Разрядив пистолет, Киллиан с мрачным удовлетворением усмехнулся.
— Куда же вы, возвращайтесь к нам, сюда! — насмешливо кричал Томми налетчикам, удиравшим с поля боя, которые маячили вдали почти неразличимыми тенями.
Донал с мрачным удовлетворением осматривал свой новый дробовик.
Однако
Шестеро раненых корчились на траве, четыре трейлера горели, перепуганные лошади мчались прочь, дети заходились в плаче и крике.
— Вот и все, — вздохнул Донал.
Киллиан кивнул, но что-то его по-прежнему беспокоило.
Как в старой пословице.
Как-то слишком просто все закончилось.
— Мы должны взять заложников! — кровожадно выкрикнул Томми.
— Да к черту их, пусть убираются отсюда, — махнул рукой Донал и повернулся к Киллиану.
— Эти парни будут жить? Нам не нужны проблемы.
— Не думаю, что кто-нибудь из них умрет, ты всего лишь… — начал было Киллиан.
— Айэ, это значения не имеет. На всякий случай надо все же их осмотреть.
На беглый осмотр они потратили двадцать секунд. Все было так, как Киллиан и предполагал. Раны в простреленных коленях и мелкие ранки от дроби были болезненными, но едва ли опасными для жизни. Все раненые громко стонали — сознания никто из них не потерял.
— Думаю, их можно здесь оставить. Когда мы исчезнем, за ними придут их дружки, — заметил Донал.
— Сколько вам времени нужно, чтобы сняться с места? — Киллиан решил сменить тему.
— За полчаса управимся. Ты с нами?
— Не знаю, я…
Киллиан встал как вкопанный.
Что-то было не так.
У четверых бандитов были ружья, но один парень держал револьвер. В горячке боя он совершенно забыл про этого молодчика.
Так куда же пропал тот парень с револьвером?!
Здесь его нет.
И он не убежал.
Так где же он?
Вдруг Киллиан понял.
Душегуб пошел на пляж.
Обошел его.
Уже в третий раз.
— Мать вашу так! — в сердцах выдохнул Киллиан и побежал к лагерю пейви.
В горящих трейлерах лопалось и взрывалось стекло, металл скручивался и корежился от жара. Горящий пластик вонял просто тошнотворно.
Но Киллиан бежал вперед.
Бежал прямо к морю.
На пляже собралось человек пятьдесят, все население лагеря. Люди ждали, когда закончится бой, и пытались успокоить плачущих детей…
Пятьдесят пейви под ярким звездным небом.
Но где же Рейчел и девочки?
Где они?
Бредя через дюны, Киллиан споткнулся и чуть не упал. Поднимаясь, он увидел Сью, играющую с какой-то девочкой в чехарду.
— Сью, где мама? — Киллиан выкрикнул свой вопрос, не замечая, что кричит.
— Она в-вон т-там, с К-клэр, — начала заикаться Сью, напуганная криком.
Киллиан поглядел туда, куда указывала маленькая трясущаяся белая ручка. Там на песке, почти растворившись в темноте, сидела Рейчел, крепко обняв Клэр. Мать и дочь смотрели на море.