Бархатная клятва
Шрифт:
— Слушаюсь, милорд.
Он нахмурился и подал ей руку, но она сделала вид, будто не заметила этого. Он замедлил шаг, решив, что Джудит не поспевает за ним, но она упорно держалась немного сзади и в стороне от него. Они вошли в дом и поднялись в свою комнату.
После шума, заполнявшего большой зал, спальня казалась райским уголком. Гевин опустился на кушетку и принялся снимать сапоги. Подняв глаза, он увидел, что Джудит не шевелясь стоит возле кровати.
— Что ты на меня так смотришь?
— Я жду ваших приказаний,
— Моих приказаний? — переспросил он. — Тогда разденься и ляг в постель.
Ее поведение озадачило его. Почему она не ругает его? Он запросто справился бы с ее гневом.
— Слушаюсь, милорд, — ответила Джудит. Ее голос звучал ровно и монотонно.
Раздевшись, Гевин медленно приблизился к кровати. Джудит уже лежала, до самой шеи накрывшись одеялом. Ее глаза были устремлены на полог, Гевин лег и придвинулся к ней. Прикосновение к ее коже подействовало на него успокаивающе. Он погладил ее руку, но Джудит никак не отреагировала на его ласку. Он наклонился над ней и начал целовать, но ее глаза не закрылись, а губы остались плотно сжаты.
— Что тебя беспокоит? — спросил Гевин.
— Беспокоит, милорд? — невозмутимо произнесла она и равнодушно посмотрела ему в глаза. — Я не понимаю, что вы имеете в виду. Я принадлежу вам и должна выполнять ваши указания, о чем вы не раз говорили мне. Скажите мне, что вы желаете, и я все выполню. Вы желаете переспать со мной? Я подчиняюсь. — Ее бедро прижалось к ноге Гевина.
Он не сразу сообразил, что она просто раздвинула ноги. Он ошарашенно глядел на нее, зная, что подобная прямолинейность ей не свойственна.
— Джудит, — проговорил он. — Я хотел бы объяснить все. Я…
— Объяснить, милорд? Что вы должны мне объяснять? Вы решили объяснить свои действия какой-то крепостной девке? Ведь я, как они, принадлежу вам. Просто скажите мне, что я должна сделать, и я все выполню.
Гевин отодвинулся. Ему не нравилось, как Джудит смотрела на него. Даже когда она ненавидела его, в ее глазах была жизнь. Сейчас же они были мертвы. Он поднялся. Накинув дублет и сапоги, перекинув остальную одежду через руку, он вышел из холодной спальни.
Глава 9
В замке Монтгомери стояла тишина, когда Джудит выскользнула из огромной пустой кровати и накинула подбитый норкой халат из изумрудно-зеленого бархата. Было еще рано, слуги не проснулись. С тех пор как Гевин опустил Джудит на ступеньки своего родового замка, она почти не спала ночами. Кровать казалась слишком большой, и она чувствовала себя в ней слишком одинокой, чтобы найти покой.
На следующее утро после того, как Джудит отказалась отвечать на его ласки, Гевин заявил, что они слишком много времени провели в замке Риведуна и пора собираться домой. Джудит подчинилась. Она заговаривала с ним только в тех случаях, когда это было необходимо. Дорога до замка Монтгомери заняла два дня.
Замок произвел на нее незабываемое впечатление.
Ей захотелось высказать Гевину свое мнение о том, как он управляет поместьем, но он лишил ее такой возможности. Отдав кое-какие указания, он уехал, предоставив ей самой разбираться с багажом. Ей предстояло самой представляться слугам.
За прошедшую неделю Джудит хорошо узнала замок Монтгомери и обнаружила, что работа здесь доставляет ей огромное удовольствие. Слуги не противились тому, что им приказывала женщина. С головой погрузившись в домашние дела, Джудит старалась не думать о связи мужа с Элис Вейланс. Большую часть времени она преуспевала в своем стремлении. Только по ночам одиночеству удавалось одолеть ее.
Раздавшийся во дворе шум заставил ее подбежать к окну. Слишком рано для слуг, к тому же только Монтгомери имели право пользоваться задними воротами. Еще не рассвело, поэтому она не смогла разобрать, кто спешился.
Джудит сбежала по лестнице, которая вела в большой зал.
— Осторожней, парень! — взревел Рейн. — Ты что, думаешь, я из железа и способен выдержать такой удар?
Джудит замерла на нижней ступеньке. Ее деверя внесли в комнату, причем сначала показались ноги, одна из которых была забинтована.
— Рейн, что с тобой случилось?
— Проклятая лошадь! — процедил он сквозь зубы. — Даже при свете дня не видит, куда идет.
Мужчины усадили его в кресло возле камина, и Джудит встала рядом.
— Как я понимаю, все из-за твоей лошади? — улыбнулась она.
Рейн прекратил хмуриться, на его щеках появились ямочки.
— Ну, здесь есть доля и моей вины. Лошадь оступилась и сбросила меня. А я упал на ногу и сломал ее.
Джудит опустилась на колени и принялась разматывать повязку.
— Что ты делаешь? — удивился Рейн. — Лекарь уже осмотрел ее.
— Я не доверяю ему, поэтому хочу увидеть все своими глазами. Если он плохо установил кость, нога срастется не правильно, и ты будешь хромать.
Рейн несколько мгновений смотрел на ее склоненную голову, потом позвал своего оруженосца.
— Принеси мне вина. Уверен, она не успокоится, пока не замучает меня до смерти. И приведи моего брата. Почему он должен спать, когда я бодрствую?
— Его здесь нет, — спокойно сообщила Джудит.