Бархат
Шрифт:
Все утро лорд Прайд занимался неотложными делами и приготовлениями и вернулся домой около полудня после встречи с премьер-министром.
Дом был тих. Подозрительно тих.
– Ее светлость дома? – спросил хозяин.
– Кажется, да, милорд, – ответил Бартрам, забирая у Прайда шляпу и трость. – Кажется, они едят вместе с мастером Джейком в его комнате.
– Понятно. Стекольщик уже вставил стекло в столовой?
– Да, милорд. – Бартрам кашлянул. – Вот это был удар, милорд! Парень в отличной форме. Я видел все из окна.
Лицо слуги было каменным, лишь в уголках глаз плясали веселые огоньки.
– Для начала он должен твердо запомнить, где цель, и знать, куда бьет, – заметил Натаниэль.
В голосе лорда прозвучало удивление. Ему захотелось увидеть сына.
Лорд Прайд поднялся на третий этаж и остановился у дверей классной комнаты. Слышен был лишь веселый голос Габриэль. Джейк ничего не отвечал ей.
Прайд отворил дверь. Габриэль и Джейк сидели за столом в освещенной лишь светом камина комнате. Услышав, что дверь открывается, они обернулись и испуганно посмотрели на него. Натаниэль чувствовал себя чудовищем. Таким же он был до встречи с Габриэль.
Глаза его сына были красными и воспаленными. Взгляд жены – непроницаемым, но Прайд знал, что они оба обижены и сердятся на него.
– Джейк, ты можешь поехать с Бедфордами, – произнес Натаниэль.
Мальчик вскочил с радостным криком. Его личико мгновенно переменилось. Он бросился к Натаниэлю, обнял его за талию и прижался к отцу.
– Послушай. – Натаниэль взял сына за подбородок и поднял его вверх. – Чтобы этого больше не было. Ты понял?
– Да. – Джейк серьезно кивнул, но он не мог сдержать улыбку, которая расползалась по его довольной мордашке. – Спасибо… Ты… Ты самый лучший папа во всем мире!
Натаниэль покачал головой:
– Давай-ка, сынок, собирайся побыстрей. А то опоздаешь.
Джейк бросился в детскую, зовя во весь голос Примми, чтобы та помогла ему найти курточку.
Габриэль уперлась локтями в стол и посмотрела на мужа.
– Что заставило тебя переменить свое мнение? – задумчиво спросила она.
– Ты, – ответил Прайд. – Как всегда. Мне надо поговорить с тобой, – добавил он, закрывая дверь.
Габриэль вся похолодела: неужели муж хочет добиться от нее правды?
– Я уезжаю на несколько месяцев, – заявил Натаниэль, подпирая дверь плечом.
– Уезжаешь? – Она не смогла скрыть удивления. – Куда?
– В Лиссабон, – медленно проговорил Прайд, внимательно наблюдая за реакцией жены на это сообщение.
Ни один мускул на лице Габриэль не дрогнул.
– Зачем?
– Там есть кое-какая работа для меня, – сказал он равнодушным голосом.
– Почему бы мне не поехать с тобой?
Леди Прайд встала, глаза ее загорелись. На мгновение она и думать забыла о своей беременности: в ее мозгу вспыхивали будоражащие воображение картинки – вот они втроем преодолевают опасность… возможные приключения помогут им забыть
– Не говори ерунды! – вскричал Натаниэль. – Если только Фуше узнает, что ты покинула Англию, за твою жизнь не дашь и гроша.
«Если, конечно, Фуше сам не платит тебе до сих пор!» – мелькнуло в голове у Прайда.
– Но то же самое можно сказать и о тебе, – заметила Габриэль. – Ну, пожалуйста, помнишь наше путешествие из Тильзита? Как было бы замечательно все это повторить!
Натаниэль Прайд отошел от двери; лицо его помрачнело, глаза стали опять похожи на серые камни на дне пруда.
– А теперь послушай меня, – сказал он тихим, но угрожающим голосом. – Если только ты посмеешь поехать вслед за мной, Габриэль, я превращу твою жизнь в сущий ад. Клянусь могилой моей матери!
Габриэль инстинктивно отступила назад от грозной фигуры мужа.
– Хорошо, – произнесла она, покорно разводя руками. – Это была не самая лучшая мысль… хорошо…
Так оно и было. Леди Прайд совершенно забыла о своем положении. Подвергать себя опасности на континенте в первые месяцы беременности было по меньшей мере неразумно.
Натаниэль цепким взглядом впился в ее глаза, словно хотел прочесть все мысли своей жены… Затем он с облегчением вздохнул.
– Утром я поеду в Берли-Мэнор, – спокойно проговорил Прайд. – У меня есть кое-какие дела, касающиеся поместья, – их надо сделать до отъезда. Очевидно, я отправлюсь во Францию к концу недели.
– Мне приехать в Берли-Мэнор? – спросила она осторожно.
– Нет, в этом нет нужды. Я буду очень занят.
– О!.. Ну хорошо. – Габриэль пожала плечами. – Думаю, ты точно не знаешь, как долго пробудешь в отъезде.
– Я же сказал, несколько месяцев.
– Два… три… четыре?
– Не представляю. Ты же знаешь: нельзя сказать наверняка. – Его голос звучал раздраженно.
«Меня-то просто интересует, какой у меня будет живот, когда ты вернешься». Ее мысли опять начали раздваиваться.
– Да, знаю. – Габриэль еще раз пожала плечами. Проклятие! Как она могла сказать ему о беременности, когда он был так далек от нее. Так враждебно настроен?!
– Я буду скучать по тебе, – произнесла она, стараясь вложить в свои слова как можно больше любви.
Взгляд Натаниэля стал мягче.
– Я тоже, Габриэль.
Он действительно будет скучать. Даже если она веревки из него будет вить, ему будет сильно недоставать жены.
– Я должен поехать, – проговорил он твердо.
– Понимаю.
Может, им пора было расстаться, подумала Габриэль. Возможно, вдали от нее его подозрения пропадут, и страсти как-то улягутся.
На следующее утро лорд Прайд уехал. Он сам управлял коляской. Габриэль стояла у окна и смотрела, как экипаж исчез за поворотом. Все ее тело ныло, как будто он прервал любовную игру в самом разгаре и оставил ее.