Бард
Шрифт:
– Склонитесь перед силой барона Аштона!
– Ага, сейчас! – скрестив руки на груди, ответила Шеба. У Сына Тени Шарграйна брови поползи вверх от удивления. Джоурба вынул из-за спины топор и, перехватив его двумя руками, издал звук, похожий на рычание зверя. Хайдрик обернулся к лагерю и взмахнул рукой, подавая знак воинам. Бойцы начали собираться в единую группу.
– Уважаемый, среди присутствующих здесь только вы и являетесь подданными его сиятельства, – сказал я. – Именно вам и следует склониться перед силой барона. А мы уж как-нибудь без этого…
– Барон Аштон – сюзерен всех Северных графств! – храбро возразил второй дозорный, поддерживая
– Конечно-конечно, – покивал я. – А также его сиятельство сюзерен темных эльфов, орков Восточных земель и драконов Файерана, да?
Дозорные не нашлись что ответить. Я оглянулся, окидывая взглядом угрюмых бойцов, стоявших плотной группой у прогоревших костров с готовым к бою оружием. Уцелевшие всадники уже сидели верхом на своих животных. Похоже, они готовы были принять и еще один бой.
– Вот что, уважаемый, – обратившись к дозорному, сказал я. – Возвращайтесь и передайте его сиятельству, что, если он пришел как друг, мы рады будем его видеть. – В этом месте Джоурба фыркнул и с отвращением сплюнул, но я все-таки продолжил: – А если он придет как господин… скажи ему, что многим здесь это может не понравиться.
Дозорные молча развернулись и двинулись по лесной дороге назад, туда, откуда прибыли. Я обернулся к своим товарищам:
– Идите к воинам. Не думаю, что Аштон решится вступить в битву, но на всякий случай – будьте готовы ко всему. А я попытаюсь с ним поговорить.
Джоурба молча кивнул и снова с отвращением сплюнул. Шарграйн секунду внимательно смотрел на меня, затем кивнул и пошел к своим эльфам. Хайдрик спросил:
– Как ты думаешь, бард, Аштон теперь просто уйдет назад?
– Нет, – отрицательно покачал я головой. – Этот переход ему обошелся в кучу денег, вряд ли он их выбросит на ветер. А там – посмотрим.
Хайдрик кивнул, будто бы услышал именно то, что хотел услышать, развернулся и пошел к людям. Шеба тронула меня за руку и тихо сказала:
– Будь осторожен, – и тоже отошла. Джонатан остался стоять, переминаясь с ноги на ногу. Наконец спросил и он:
– Может, мне постоять у тебя за спиной, Жюльен? Может… – начал было маг, но я поднял руку, обрывая его:
– Все будет хорошо, Джонатан. Мы просто поговорим с его сиятельством, и все.
Джонатан как-то неуверенно кивнул и поплелся следом за ведьмой.
Прошло еще около получаса, прежде чем на лесной дороге снова показались всадники. Все это время я бродил туда-сюда, срывая и покусывая травинки, размышляя, как правильно построить разговор с бароном. Воины за моей спиной снова разбились на несколько маленьких групп, приготовили оружие. Некоторые стояли, некоторые сидели, как ни в чем не бывало, но все были готовы вступить в схватку при необходимости. Схватки же мне хотелось избежать любой ценой. Слишком многие и так уже полегли в этой долине.
Теперь по лесной дороге ехал сам Аштон и его свита. Барон на белом, тонкокостном, нервном жеребце в блестящих доспехах, в шлеме с перьями, а рядом с ним – оруженосец, тоже весь блестящий, со штандартом барона в руках. Следом за его сиятельством ехали человек пять придворных, возможно, старших военачальников или
Остановившись передо мной, барон внимательно посмотрел мне в глаза. Взгляд у него был тяжелый, цепкий, внимательный, но глаз я отводить не стал. Тогда барон спрыгнул с коня, перебросив поводья оруженосцу, и сделал шаг ко мне. Я открыл было рот, чтобы произнести заготовленную приветственную фразу, но не успел этого сделать.
Фархи, который до этого, казалось, мирно дремал, вдруг поднялся на лапы и побежал к делегации, прибывшей по лесной дороге. И я сам, и воины у меня за спиной на дракона смотрели с недоумением – он бежал трусцой, явно не торопясь, волоча по земле поломанное крыло, и, задрав шею, громогласно ревел. Это не было похоже ни на его радостный танец, ни тем более на боевую атаку. Это вообще ни на что не было похоже из того, что мы уже видели от дракона. Отведя взгляд от дракона, я обернулся к барону Аштону и его свите и был изумлен еще больше. Свита, побелев от ужаса, глядя на дракона расширившимися глазами, бросилась бежать. Вельможи, или военачальники, торопливо разворачивали своих перепуганных лошадей, какой-то толстяк и вовсе вывалился из седла и теперь удирал на четвереньках, высоко задирая свою толстую задницу. Один только Аштон остался стоять неподвижно, неотрывно глядя на дракона. К тому времени когда дракон приблизился к его сиятельству вплотную, барон стоял перед ним совершенно один. Даже его оруженосец и тот покинул барона. Фархи подбежал к Аштону и вдруг остановился. Изогнув шею, он заглянул барону в глаза. Примерно с полминуты он пристально вглядывался в барона, а затем повернул свою лукавую морду ко мне, и я услышал его голос:
– А здорово я их напугал, правда?! Видел, как они удирали?!
– Да уж, было очень весело, – так же мысленно ответил я. – Только зачем тебе это было нужно?
– Что, несчастному раненому дракону уже и поразвлечься никак нельзя?! – обиженно воскликнул Фархи и демонстративно фыркнул. – Я что, кому-то увечья нанес? Я никого даже не коснулся! Кстати, а вот этот человек не испугался, – показал Фархи глазами на Аштона. – То есть он боится, я чувствую в нем страх, но он его преодолевает. Кто это?
– Это тот самый властитель, о котором я тебе говорил, – все так же беззвучно отвечал я Фархи. – Тот, что, возможно, торопился на выручку некроманту.
– Да-а?! – удивился дракон. – Так, может, мне его съесть?
– Не думаю, что теперь это нужно делать, – сказал я. – На помощь некроманту он не успел, и сейчас у него, кажется, мирные намерения.
– Может, все-таки съесть? – упорствовал дракон, но я вновь стал его отговаривать. – Ну, как хочешь! – сказал тогда Фархи. – Если что-то пойдет не так, как ты рассчитывал, не говори потом, что я тебе не предлагал его съесть! Оставайся с этим властителем, а я пойду поймаю что-нибудь съедобное для своей несравненной Лореанны!