Бар-сучка
Шрифт:
Она захлопнула дверь и быстро пошла по дорожке, решив спуститься вниз по ступенькам.
Напрасно она тешила себя мечтами о том, что Сергей забудет о ее существовании. Он, словно цепной пес, прохаживался взад-вперед перед входной дверью и, когда она появилась в вестибюле, быстро подошел к ней.
– Ты бы могла быть и повежливей.
– Мы договаривались, что никаких сношений не будет, – она попыталась вести себя твердо, но для Сергея ее твердость была словно свежий хлеб.
– Пойдем посидим до двенадцати, потом я отвезу тебя домой. Этому ублюдку нашли девочку вместо тебя,
– Спасибо, – она вяло поблагодарила его за комплимент и пошла обратно в бар. Сутенер двинулся следом.
Дарья плавно огибала столики, раздумывая, куда бы сесть. Народ немного схлынул, и свободных мест было достаточно. Пока она решала, где бы примостить свою попку, кто-то взял ее за руку. Она обернулась. Паренек, которому нельзя было дать больше шестнадцати, рассматривал ее, словно куклу.
– Привет, ты одна?
Серега, увидев такое дело, не стал медлить. Он тут же подошел к парочке и, положив руку на плечи паренька, отвел его в сторону под аккомпанемент: «Какого хера тебе надо, недоносок?»
Юноша стушевался, но, как показалось Дарье, меньше, чем следовало.
– Я заплачу за девочку, – тихо проговорил он, – для вас имеет значение мой возраст, или главное – это деньги?
Окинув взглядом неуклюже упакованное в белые брюки, сиреневую рубашку и кремовый пиджак чудо, чье покрытое веснушками курносое лицо было пунцово-красным от принятого алкоголя и наивного стыда за постоянный морально-физиологический зуд между ног, Сергей решил было поинтересоваться у Дарьи напрямую, не интересует ли ее девственник, но, вспомнив, зачем они тут сидят, отбросил эту идею.
– Знаешь, я думаю, если ты еще пару лет поэкономишь на школьных завтраках, тебе аккурат хватит на разок, а пока катись отсюда.
Сутенер посмотрел на Дарью, но она и не собиралась улыбаться. Ее глаза были широко раскрыты и выражали лишь одно: «Что ты делаешь, тупица?»
Опустив глаза к полу, Сергей еще крепче сжал плечи парня.
– И сколько ж у тебя денег?
– Я собрал триста долларов, она мне очень нравится, – малолетка смотрел на Дарью, словно на большой кусок заведомо вкусного торта.
– Этого тебе хватит, – подтвердил Сергей, – пошли, я провожу вас в номер.
– Нет, я хочу у себя дома.
– Че ты уперся? – грубость, с которой Сергей обходился с мальчишкой, должна была оттолкнуть его. – Какая тебе разница где?.. Так и получилось. Паренек сбросил руку сутенера и пошел прочь.
Дарья с шумом выпустила воздух и села за ближайший столик. Голова ее сама собой склонилась вниз, а накрашенные ногти медленно въехали в густые волосы.
– Не переживай, вначале всегда тяжело. Через пару дней привыкнешь.
– Я больше не хочу здесь торчать. Мне надоело, я очень устала.
Сергей видел, что девочка перенервничала. С таким товаром делать здесь нечего.
– Дада, ты помнишь номер, в котором переодевалась?
– Нет, – честно призналась она.
– Шестьсот первый. Иди одевайся. Я буду на стоянке в синем «Вольво».
Когда она
Она быстро пошла вправо. Несколько десятков машин нестройными рядами стояли под открытым небом. Вокруг них прохаживался одетый в камуфляж сонный охранник, которому было абсолютно безразлично, кто в чью машину садится.
Пара тусклых фонарей позволяла рассматривать авто, не слишком напрягая зрение. Наконец она увидела какую-то иномарку цвета «электрик» и быстренько поцокала к ней, мечтая побыстрее оказаться в собственной кроватке.
Когда она подошла поближе, то увидела, что, кроме Сергея, вальяжно расположившегося за баранкой, в салоне сидит какой-то человек очень небольшого росточка и, склонив к сутенеру голову, что-то доверительно рассказывает ему.
Только Сережиных знакомых ей не хватало. Сколько они еще будут трепаться?.. Еще вздумают заехать куда-нибудь.
Как только она подошла, задняя дверца открылась, и Сергей пригласил ее сесть.
Она узнала парня, но было уже поздно: электрозамки заблокировали двери.
– Ты обманул меня! – взвилась Дарья. – Я не собиралась ни с кем трахаться.
– Помолчи, – поставив коробку передач на автоматический режим, сутенер тронулся с места.
– Куда мы едем? – Дарья металась с одного края сиденья на другой, пытаясь открыть двери.
– Ко мне домой, – честно признался мальчик. – Я умею убеждать людей.
Его детская наглая речь сводила Данилову с ума.
– Закрой рот, сосунок, я не с тобой разговариваю!
В ответ на это в лоб Дарье уперся ствол.
– Это настоящий револьвер, настоящего американского полицейского, которого пришили на улицах Нью-Йорка. Здорово, да?
– Как видишь, дорогая, я не контролирую ситуацию, – признался Сергей, – он так тебя хочет, что готов пристрелить меня.
– Заткнитесь! – скомандовал юноша. – У меня нервы не железные. – Он посмотрел на Сергея, который делал вид, что внимательно следит за дорогой, затем на Дарью, у которой на лице, несмотря на демонстрацию оружия, не было ничего, кроме недоумения. – Между прочим, мне уже двадцать один год. Так что не надо смотреть на меня как на сопляка!
– А выглядишь все равно на пятнадцать, – не удержалась Дарья.
– Ты, безмозглая шлюха, я буду тебя иметь каждую ночь!
Машина тем временем разогналась до девяноста километров в час и, покинув центр города, неслась по спальному району.
– Это не твои дружки едут за нами? – Сергей видел, как за ними вот уже довольно долго следует белая «десятка».
– Где?! – парень повернул голову назад, и в этот момент машина резко затормозила.
Пристегнутый ремнем безопасности сутенер дернулся вперед, ожидая, что на него с заднего сиденья навалится Дарья. Но она всего-навсего удачно ударилась о спинку сиденья под аккомпанемент несильного крика. Для горе-похитителя все закончилось не так гладко. Он от волнения забыл пристегнуться и затылком вперед полетел в лобовое стекло. Удар был так себе, но стекло треснуло. Чувств мальчик лишился сразу же. Его револьвер тут же оприходовали.