Баньши
Шрифт:
Мы снова поднялись к Тронному Залу. Влад разделил нас на три кучи, все получили четкие инструкции. Моя основная задача — танцевать Кощея и не дать ему безобразничать! Санчес брал на себя зловредного кошака. Ослам танчил Горыныча. Неожиданностью стала замена хилов в группах. Хилса переместился в группу Санчеса, а Ручей, помимо «водяных шапочек» для автогенного ящера хилил Ослама. Майор нахмурился, углядев в этом проблему. Сам Влад должен был сначала активировать боссов, покопавшись в их сокровищах, а потом уже присоединиться к мочилову. Держа в одной руке приготовленный коту шмат акулятины, Санчес протянул кланлиду свой заколдованный рюкзак.
Мы общей толпой зашли в зал, и я сразу взяла в целеуказатель Кощея, приготовившись ему петь. Если этот сухостой в короне срезистит и не затанцует, я лично его кастрирую! И плевать, что не в том яйце смерть кощеева. В том, в том! Чтобы выманить кота, надо было покопаться в сокровищнице. Да и я не могла
Влад почти бегом приблизился к первому сундуку. Открыл его заглянул внутрь и присвистнул. Его уши забавно встали торчком. А самые кончики при этом обвисли вниз. Трясущуюся руку он протянул вперед и достал из сундука большой красивый лук, с золотой тетивой и весь усыпанный самоцветами. Ясно, с чем будет спать в обнимку Влад ближайшие несколько дней! Но додумать мне не дали, Кощей поднялся на ноги, сброшенный кошак, приземлился на все четыре лапы и угрожающе на нас зашипел.
— Опустела без тебя Земля. Как мне несколько часов прожить? — старательно запела я. И Кощей не срезистил. Слава тебе, Сервер! Мертвяк послушно замер посреди зала. Кот подскочил к Санчесу, но вместо того, чтобы нанести удар танку, вцепился в кусок мяса и начал дико угрожающе урчать, сильно мотая башкой из стороны в сторону, стараясь отнять добычу из рук тролля. Я наконец-то разглядела животное:
«Баюн — кот ученый — 299 ур.»
Эээ, кот Баюн?!
За Кощея стало страшно. Он начал выплясывать па из репертуара Сергея Глушко, но костяшке не хватало гибкости и пластичности. Краем глаза я видела, как наши парни лупасят Горыныча, а тот вертится и пытается лапами стянуть с одной из голов невидимую «водяную шапочку». Пройдоха мастерски вскрывал ящеру брюшину, с ног до головы уже перемазанный вражьей кровью. Хуже всех было бедному котику. Его приканчивали уже в седьмой раз. О чем недвусмысленно сообщал счетчик рядом с его уровнем: 6/9. Ага, у кошака девять жизни, из них шесть он уже протерял, и сейчас протеряет седьмую, все, готов! Кощей бешено вращал глазами в глазницах. А когда его любимец в очередной аз свалился замертво, горестно взвыл и сорвался с моего контроля!
— Шухер! — заорала я в духе Пройдохи, все обернулись, увидели грозно стоящего Кощея и напряглись. Кощей хлопнул сухими ладошками и Баюн вскочил на лапы совершенно невредимый и с полной полосой здоровья, чернокнижник проклятый! Я попробовала снова спеть. Но тут как раз и сработал резист.
— Ленусик, бесполезно! — повернулся ко мне Пройдоха, а я похолодела от ужаса: глаза у малого были черными с красными оспинками, тлеющими в глубине. Это бессмертная тварь начал брать под контроль моих друзей! А ведь пройдоха в одиночку запросто может вынести весь клан! Да и игла у него осталась. Ему ее доверили как самому быстрому. Надеялись, что, в случае форс-мажора, разбойник успеет применить этот ядерный удар. Не успеет…
Я мужественно взяла себя в руки и ринулась на разбойника в надежде завалить мелкого до того. Как он положит клан. И отобрать у него оружие против Кощея.
Все на баньши! — взревел пройдоха, и мои друзья повернули ко мне свои угрюмые лица с черно-красными глазами. Я беспомощно посмотрела в черно-красные глаза Майора, захотелось плакать.
— Так, Гольцова. Нехер сырость разводить! — мысленно встряхиваю себя и внимательно осматриваю всех парней. Увы, весь рейд недобро смотрит на меня своими черно-красными глазищами, кроме моих монахов. Весь клан начинает угрожающе наступать на меня. А я понимаю, что не смогу с ними драться в полную силу. Блин, это же мои парни! Надо валить костяного ушлепка. Даю монахам задание отловить и обездвижить Пройдоху. Когда мой танк надежно фиксирует беснующегося мелкого, пока остальные монахи закрывают нас от моих бывших соклановцев своими телами. Я выворачиваю карманы разбойника и достаю заныканную иголку. По размеру это, скорее, небольшая золотая арматурина. Надо потом у милого спросить, откуда вообще берется вся эта арматура и зачем она нужна. Ну, не верю я, что единственное ее предназначение — быть оружием у пьяных гопников! Опасливо примериваюсь, смогу ли самостоятельно сломать эту «иглу».
Сжимая иглу подхожу ближе к Кощею. Мне наперерез несется ручей, кастую на него косу и следом крик. Протыкаю добежавшего до меня мага мечом. Моих монахов Ручей просто расшвыривает потоком воздуха, паразит стихийный. Ручей падает на пол Тронного
— Слышь, дед, отпусти моих друзей, иначе этот день станет последним в твоем существовании! Кощей громко хохочет. Издевательски глядя на меня. Ну, сам напросился! Стоп. А что там насчет поговорить?
— Дед, или ты сам помереть хочешь, и только нас ждал, чтобы мы помогли?
Отправляю своих монахов шпынять Горыныча, а сама снова пою, но теперь уже для воскрешенного кота. Кот танцу поддался и забавно покачивается на лапах, повиливая хвостом. Вот и Горыныч «лег», а мой танк, войдя в раж продолжает пинать ногами дохлую тушу трехголового ящера. Отзываю монахов.
— Тебе не понять, как это обременительно жить на свете так долго! Я похоронил всех, кого любил! Бессмертие — не дар, а проклятие! Если ты можешь избавить меня от него, я щедро отблагодарю — забирай все, что видишь в этом зале! А твоих друзей я не трогал. Не убивай Баюна! Это очень редкий вид ученых котов! — внезапно доносится до меня скрипучий старческий голос Кощея. Похоронил он, как же… Своими руками и заживо? С этого трупяка станется. Все любят котиков, ага. Какая все-таки пошлая банальщина! Баюн с отвоеванным куском мяса в пасти трется о мои ноги, подхалим блохастый! Монахи окружили меня плотной коробочкой и продолжают преданно охранять, хотя, по сути, уже особо не от кого. Горыныч сдох. Баюн резко стал мой преданный фанат. О, да я со своими песенками могу стадионы нежити собирать! Похлеще любых блестящих-шелестящих! А Кощей смотрит на меня с надеждой и каким-то вожделением.
Несмотря на кажущуюся толщину, иголка поддается легко, словно картофельная чипса с легким хрустом переламывается у меня в руках. И Кощей валится плашмя на пол там, где стоял. А я смотрю на окошко выполненного задания. Надеюсь, состояние парней не помешало и им получить его выполнение. Осматриваюсь и облегченно вздыхаю: все в порядке и смотрят на меня с легкими улыбками. Только двое уже лихорадочно действуют: Пройдоха стаскивает с Кощея фиолетово-черный плащ, а Влад судорожно набивает свой рюкзак добром из сундуков. Волшебный рюкзак Санчеса уже снова у тролля. Влад, видимо, реальные сокровища не доверяет замковой челяди. Хотя, с недавних пор замковая прислуга не суется в кухонные кладовые. Произошло это из-за забавного случая. В той самой кладовой, которая соединена магическим порталом с рюкзаком Санчеса погиб поваренок. Теперь его призрак бродит по кухне по ночам и жалобно стенает, а по вечерам грязно ругает кухарят за немытую посуду. Да, при жизни именно он отвечал за дисциплину мелких кухонных помощников. Погиб он скоропостижно — однажды он зашел за какими-то припасами, а сверху на него свалилась двухтонная туша дохлой акулы. Да, мы в тот момент зачищали подводные локации, стараясь прорваться к морскому подземелью. Обзаведясь собственным привидением, мы попали в имперский каталог замков с привидениями, что гарантировало нашему клановому строению защиту от разрушения. Император стремился защищать культурное наследие Империи. Все гуд, лишь бы толерантность в моду не вошла и в игре! Этого «добра» мне хватило до попадания сюда. После первого международного манифеста толерантности в нашем родном городе внезапно образовался наплыв разного рода меньшинств. Хорошо хоть. Я работала в той сфере, где женоподобный парень никогда не сможет заменить девушку, будь он хоть трижды прооперирован по смене пола! А вот милому пришлось покинуть органы. Как выразился сам Костик: «Я не хочу идти на сделку с совестью и своей природой!». Прекратила отвлекаться на прошлое, когда «настоящее» игриво боднуло меня в голень кровящим куском акулятины. Что же теперь с котиком редким делать? Хозяина мы кокнули, осиротили животинку. Яге его что ли подарить? Да вот, обрадуется ли старая лишнему пузу? Зверюшек я в избе не видела. Может. Она вообще против питомцев, а тут мы с котиком. Можно, конечно, к себе в замок забрать — начнем создавать бестиарий. Кот умный, поручим ему за Бегемотой приглядывать. Хотя, эту *учку лучше запереть в каком-нибудь подвале. Чтобы она выбраться не могла и света белого не видела! В идеале — вообще лишить ее возможности передвигаться. Приставить к ней какого-нибудь непися из замковой обслуги, чтобы он кормил ее раз в сутки, и пусть она лежит себе в темном подвальчике. Променяла реальное заключение на виртуальную сводящую с ума инвалидность! Улыбаюсь своему коварству. Это же не жестокость, правда? Я просто хочу безопасности для себя и своего клана!
— Чему так зловеще улыбается моя красавица? — обнимает меня Майор и я выдыхаю — все в полном порядке! Выкладываю милому свои идеи про Бегемоту. Костя аж рот открыл от изумления.
— Кровожадина! — ласково обзывается любимый, к нам подбегает Пройдоха с сияющей мордашкой и в новом плаще. На хозяине этот плащ смотрелся как-то хуже, чем на юном разбойнике.
— О чем шепчемся, голубки? — хихикает разбойник, мы с милым пересказываем суть моей идеи так, чтобы всем слышно было.