Баньши
Шрифт:
Пустоши четырех ветров не были пустыней или прерией в нормальном понимании этого значения. Это была очень разная равнинная местность, но встречались и небольшие скалистые образования, и холмы, и овражки, попадались реки и даже имелся небольшой, но густой лесок. Вот в этот лесок нас и привела отметка на карте для выполнения задания.
Мы решили не изобретать велосипед и по нашему простому плану, мы находим нужного моба, Андрюха наносит первый удар, я добиваю гадину, потом инкуб собирает лут.
Тихо, насколько это возможно в сухом лесу с массой веточек и сухой травы под ногами, мы пробирались сквозь иссохшую чащу низкого уродливого леса. Вот уже близко нужное место, мы выглянули из густой растительности припавшего к рыжей земле кустика. Вот черт!
Отступать некуда, мы с Андрюхой в группе, помечаю паучару видимым только нам знаком, Шалай встает в полный рост и отправляет в паучиху заряд боли. Я внимательно слежу за полоской жизни восьминогой твари. Первая атака не прошла, жизнь моба не поколебалась ни на миллиметр. Видимо, сработала пресловутая разница в уровнях, все-таки, инкуб на уровень младше. Но самого факта атаки хватило, чтобы мерзкая паучиха со всех восьми лап бросилась отомстить обидчику. Андрюха активно кастует на моба свое атакующее заклинание, но уровень здоровья паука не меняется. Я, на всякий случай, тоже уже держу паука на прицеле, выжидая, когда инкуб сможет нанести хоть какой-то урон. Андрюха, молодец, не сдается и продолжает поливать ткачиху болью раз за разом, краем глаза я вижу, как проседает его полоска маны. Когда моб был уже, практически, на расстоянии одного прыжка от инкуба, я преграждаю паучихе путь и мерзкая тварь с разбега бодает меня в пресс башкой, а жвалами вцепляется в мое бедро. Глядя на эту тварь так близко от меня и ощущая ее жвалы на своем теле меня затошнило сильнее, чем после телепорта. Моб силится нанести мне урон, но это даже бесполезнее, чем попытки Андрюхи в е адрес — разница больше девяноста уровней сказывается в мою пользу. Однако, моральный прессинг играет на стороне паука, хотя, он этого и не знает! Однако, вот уже инкуб, морщась, глотает приторно-сладкий голубоватый напиток со вкусом мяты, единицы его маны резко начинают ползти вверх, а я, клуша бестолковая, только сейчас догадываюсь бафнуть подопечного. И, о чудо, Шалай наносит первый урон по паучихе: едва заметная единичка из полоски здоровья моба улетучивается, паук, взвизгнув, начинает мотать башкой с зажатым в его жвалах моим бедром. Если бы не Андрюха, плюхнулась бы я на попец в грязь, но парен успел меня подхватить за талию и удержать на ногах.
— Спасибо, верный друг! Не хватало, чтобы меня опустил моб первого уровня! — благодарно улыбаюсь парню, добивая восьминогую тварь косой смерти. От моих заклинаний паук без всяких возражений схлопнулся покореженной тушкой мертвой мобятины, Андрюха облутал убиенную, выгребя первую любовную железу из десяти необходимых ему по условиям задания. Потом мы еще больше часа бродили в окрестностях, разыскивая других представительниц вдовствующих ткачих.
По старому плану разделавшись с третьей «дамой» мы решили передохнуть.
— Знаешь Лен, эти паучишки очень похожи на реальных представителей черных вдов. Это такая разновидность пауков. Считается, что самки этого вида после спаривания не оставляют самцов в живых, потому их и назвали черными вдовами! — рассказал Андрей, пока я раскладывала на импровизированной скатерти наш будуший перекусон. Я заранее прихватила с собой припасов. Рассчитывая на долгий кач прошерстила клановые закрома на предмет возможного пикника и выгребла немного сыра, вяленого мяса и небольшую бутылку вина. Все продукты давали легкий баф после употребления. Мне-то фиолетово, а Андрюхе каждый волшебный пинок — крылья!
После чудного пикничка с симпатичным молодым человеком дело пошло бодрее. Еще до наступления темноты Андрей собрал полную коллекцию любовных желез и мы направились обратно к портальной площадке Пустоши. Рядом с порталом расположился цветастый шатер, а в нем, удобно возлежа на шелковой обивке мягкого глубокого кресла, расположился забавный маленький гоблин с сине-зеленой кожей, крючковатым носом и ярко-карамельными глазами. Эти гоблины, лезут на все казенные должности!
Мы
Поэтому, не теряя времени, мы сразу направились к картографу, который оказался все таким же гоблином. Шалай получил профессию картографа, а я, согласно уровню и рангу заполучила ремесло каллиграфии. Мы потратились еще немного и накупили коллекцию пергаментов и бутылочек с разными чернилами.
Стоит ли говорить, что инкуба третьего уровня в клане встретили теплыми дружескими подколками. Именно до такого уровня нам удалось прокачать Шалая с нашей первой вылазки. На завтра мы решили повторить трюк с поиском заданий по карте, ведь город большой, а мы еще и половины его не протопали. Тем более, уровень немного подрос, могли появиться новые задания! Перед сном мы еще немного потренировались, к нам присоединился Пройдоха, который беспощадно гонял нас с Андрюхой, выжимая все соки из наших темных душ. Один раз мне удалось поймать неуловимого разбойника и насадить его тушку на мой меч насквозь. Несмотря на очевидный крит, его здоровье лишь слегка скакнуло вниз, но почти сразу снова заполнило полосу здоровья. Вот он — наглядный пример работы обсчета наносимого и получаемого урона при разнице в уровнях.
А ведь Пройдоха явно повзрослел! Все утверждают, что он — младший брат Ослама и совсем еще подросток, но в этот раз, когда мой меч прошил его насквозь, он не расстроился, не бросился меня оскорблять, пытаясь восстановить свою самооценку, как любой подросток-школьник на его месте. Нет, он только довольно похлопал меня по попе, проказливо ухмыляясь.
— Моя школа! — горделиво заявил разбойник, не убирая ладонь с моей филейки и добавил уже хохоча. — И попенгаген достойный моей ученицы!
— Молись, чтобы Ослам не узнал про эту твою выходку! — прошипела я негоднику, хотя ничего страшного он и не сделал, ну поржали все и славно!
— Пройдоха, однажды брат вырвет тебе ноги из твоего попенгагена! — остановил потасовку Андрюха и тренировка продолжилась.
Мне бы хотелось поскорее поднять Шалая до верхних уровней и уже с ним походить на Арену. С ним, Кромешем и Пройдохой. На мой вкус, три темных мага при поддержке шустрого разбойника-убийцы запросто могут не только горы свернуть, но и много-много мяса нашинковать!
На ужин мы ели вкусную похлебку, а Ручей развлекал всех анекдотами. Парни выяснили, что один из нас — филолог, то есть, учитель русского языка и литература в узком значении этого слова или знаток языка — в более широком варианте значения. И теперь у нас стало модно рассказывать анекдоты про филологов, ну, и про меня не забывали, перемежая их иногда анекдотами про блондинок. Было совсем не обидно, иногда даже смешно, настолько нелепые ситуации описывались в анекдотах. Я не стала ломать парням психику и рассказывать, что такое поведение присуще не только исключительно блондинкам, но и вообще почти всем женщинам! Пусть пока живут в счастливом неведении, пока не женятся!
— Приходит как-то интеллигентный мужичок-филолог «божий одуванчик» на работу с фингалом под глазом, ну, все обступили и расспрашивают, откуда такой бланш. Тот и рассказал, что был с женой у ее коллеги в гостях и был там еще один мужик — прапор, рассказывал свои армейские байки, вот прапор и говорит: «был у меня в роте один х@й», а я его поправил: «не в роте, а во рту!», а потом уже очнулся на полу и жена вокруг меня хлопочет. — закончил Ручей очередной анекдот про филолога, все заржали, а я вспомнила забавный анекдот, который как-то услышала в суровой мужской компашке моего любимого.