Бальзам для Доббса
Шрифт:
В десять вечера из клуба вышел высокий худощавый мужчина и нетвердой походкой двинулся в сторону стоянки. Когда он подошел к машине, за которой мы следили, я кивнул:
— Это Доббс. Пойду разберусь с этим клоуном.
Мужчина что-то долго возился с ключом.
— Не получается? — участливо осведомился я.
— Замочная скважина не стоит на месте, старина. Может, попробуете? Вдруг у вас получится…
Насчет замочной скважины он оказался прав. Только со второй попытки мне удалось вставить в нее ключ.
— Браво! — похвалил он меня, когда
— Конечно, — согласился я, — только не здесь. Я знаю место получше.
— Замечательно! — пьяно улыбнулся мужчина, протянул руку и представился: — Меня зовут Доббс, старина.
— А я Виллард, — ответил я, пожимая его руку. — Сэм Виллард. Может, лучше мне сесть за руль? Ведь я знаю дорогу.
— Как вам будет угодно. — Он отвесил поклон, едва при этом не упав.
До поворота мы добрались без происшествий. Убедившись, что вокруг никого нет, я вышел из машины. Доббс спал. Сняв ручной тормоз и легонько нажав на акселератор, я захлопнул дверцу. Ограждение находилось футах в сорока. Машина набрала скорость и легко проломила деревянную ограду. За треском вырываемых с корнями кустов последовал страшный грохот…
— Может, лучше поехать в другую сторону? — предложил Джоунс. — Его машина наверняка перегородила дорогу.
— Не бойся, — успокоил его я. — Скорее всего, она проскочила дорогу и покатилась дальше. Там есть еще один небольшой обрыв.
После очередного поворота мы выехали на тот участок дороги, куда упала машина Доббса. На усыпанном битым стеклом асфальте валялся бампер. Машина перелетела через дорогу. Если бы не темнота, мы бы, наверное, увидели внизу ее обломки.
Эмброуз сбросил скорость, чтобы объехать бампер, и тут из кустов неожиданно выползла высокая фигура. Джоунс резко затормозил. Эверетт Доббс встал, отряхнул брюки и, шатаясь, подошел к нам. Кроме порванной одежды, других следов катастрофы я на нем не заметил.
— Джентльмены, у меня авария, — сообщил он, засовывая голову в салон. — Наверное, заснул за рулем и не заметил, как съехал с дороги. — Слава Богу, он был из тех пьяниц, которые начисто забывают, что с ними произошло какой-то час назад. — Вы случайно не знаете, где мы находимся?
— В Глен-Ридже, — ответил я и предложил: — Садитесь.
— Вы очень любезны, — поблагодарил Доббс, забираясь на заднее сиденье. — Кажется, я ехал в клуб, — задумчиво пробормотал он, — но мне нельзя показываться там в таком виде… Джентльмены, отвезите меня на яхту. Она стоит в «Лейкшор-яхт-клабе». — Доббс широко улыбнулся. — Как вы относитесь к ночной рыбалке? Надеюсь, вы не торопитесь?
— Мы не торопимся, — кивнул мой менеджер.
ярко освещенного причала стояли с полсотни судов разных размеров. Эверетт Доббс подвел нас к красивой яхте, на носу которой было написано: «Щедрый».
Эмброуз захватил с собой скотч, а мы с Доббсом по очереди то и дело прикладывались к бурбону. Наш клиент был настолько пьян, что нам пришлось тащить его на борт чуть ли не на себе. Он открыл люк и с грохотом
В каюте были четыре койки и два шкафа. Доббс достал две удочки и, не удержавшись на ногах, упал на колени. Мне пришлось поднимать его. Эмброуз отнес на палубу удочки. Я — их хозяина. На палубе он рухнул в парусиновый шезлонг и тут же захрапел. Я поднялся в рулевую рубку и, посветив себе зажигалкой, быстро разобрался в назначении ручек и кнопок на приборной панели. Уже через минуту завел двигатель и, поставив его на малые обороты, включил ходовые огни.
— Смотри, не врежься в волнолом, — предупредил Джоунс.
Я с трудом разглядел длинный волнолом. У самого конца футах в пятидесяти друг от друга покачивались два мигающих красных огонька.
За волноломом началась легкая качка. Эмброуз, всегда жаловавшийся на морскую болезнь, со стоном выскочил из рубки. Я прибавил скорости, и мы начали быстро удаляться от берега. Эмброуз велел отойти на пару миль, но я никак не мог разобраться в показаниях компаса и боялся потерять береговые огни. Поэтому, пройдя с полмили, заглушил двигатель и спустился на палубу. Доббс продолжал храпеть. Эмброуз с мертвенно-бледным лицом глубоко дышал, вцепившись обеими руками в поручень. Я легко поднял Доббса, подтащил его к поручню и сбросил в воду.
Когда «Щедрый» приблизился к волнолому, я спросил своего товарища:
— А фараонам не покажется странным, что Доббс заплыл так далеко? Может, не стоит отгонять яхту к причалу?
— Поблагодари Господа за то, что у твоего менеджера голова на плечах, мой мускулистый безмозглый друг, — похлопал меня по плечу Джоунс. — Мы сойдем на причале и направим яхту из гавани. Через несколько часов у нее кончится топливо, и ее найдут дрейфующей в открытом море. Вскрытие покажет, что Доббс был в стельку пьян, и все подумают, что он упал за борт.
Я молча сбросил скорость и направил яхту к концу волнолома.
— Если мы останемся на причале, то мне ни за что не вывести «Щедрого» из гавани, — объяснил я. — Придется сойти на волноломе.
Пристать мне удалось только с третьей попытки. Я закрепил штурвал в нужном положении, и мы пустили яхту дрейфовать. Потом двинулись к берегу. Впереди мигали огоньки. Пройдя несколько десятков ярдов, увидели, что красные огоньки на буйках обозначали не тот проход, по которому мы вышли из гавани. От берега нас отделяли семьдесят пять футов воды.
— Я не умею плавать, — угрюмо сообщил мой менеджер.
Пришлось тащить его на себе… Мы выбрались на общественный причал и три четверти мили, отделяющие нас от яхтклуба, преодолели молча. Несмотря на теплую ночь, мы продрогли в насквозь мокрой одежде.
Когда добрались до причала «Лейкшор-яхт-клаба», увидели ходовые огни какой-то яхты, входящей в гавань. «Щедрый» подошел к двенадцатому эллингу и элегантно пришвартовался. Огни погасли. Высокий долговязый человек спрыгнул на причал и привязал канат к кнехту.