Баллада о Лорелее

Морозевич Юрий В.

Вот это верно! Без знания реальной обстановки любые варианты спасательной операции обречены остаться пустыми прожектами.

Николай развернулся лицом к экрану и положил руки на пульт. Спустя несколько секунд голографическая картинка перед ним ожила, и в поле зрения показался прекрасно знакомый всему экипажу многоногий механизм. Он быстро преодолел свободное от обломков пространство и без колебаний нырнул в густую мешанину изломанных металлических конструкций. Николай снова провел рукой над пультом, отчего изображение на экране дрогнуло и исчезло, сменившись сплошным нагромождением

рваного металла — пошла трансляция с телекамер Федота. Еще одно касание пульта — и тьму впереди разорвал яркий луч света от включенного прожектора. Видимость существенно улучшилась.

— Нужны исходные данные, — заметил Майкл, не отрывая взгляда от быстро меняющейся обстановки на экране. — Где именно они укрылись… запасы воздуха, температура… и вообще, сколько у нас времени на всю операцию…

Внимательно наблюдавший за действиями Николая командир отозвался, не поворачивая головы:

— По словам Эдварда Каттнера они находятся внутри противорадиационного убежища. С запасами воздуха проблем нет, а вот температура растет гораздо быстрее, чем предполагалось. Уже сейчас там что-то вроде сауны… и будет только хуже. Что касается оставшегося времени… По оценкам того же Каттнера — не больше часа.

— Что такое противорадиационное убежище? — осведомился Майкл. — Впервые слышу.

— Я скажу, — неожиданно вмешался Марк, и все взгляды тут же обратились на него. За исключением Николая, который полностью сосредоточился на управлении продирающимся через завалы Федотом. — Это большое цилиндрическое абсолютно автономное помещение с многослойной изоляцией. Использовалось на космических пилотируемых аппаратах устаревшей конструкции и предназначалось для сохранения жизни экипажа в случае непредвиденной радиационной атаки. Вроде вспышек на Солнце или мощного потока космического излучения. Уже несколько десятилетий подобные устройства не применяются за ненадобностью, поскольку развитие технологии радиационной защиты позволило решить проблему другими средствами. Внутри, как правило, разделено на два изолированных отсека — жилой и агрегатный. Вот, собственно, и все…

— Я и не предполагал, что в солнечной системе сохранился подобный антиквариат, — заметил Майкл. — Этот «Феникс» надлежало списать в утиль еще лет тридцать назад.

— И тем не менее лишь давно забытая технология оказалась в состоянии сохранить людям жизнь, — возразил командир. — Не думаю, чтобы на такое был способен любой из наших суперсовременных кораблей… Итак, время идет. Ваши предложения?

С конкретными предложениями очевидным образом было туго. Марк задумчиво уставился в спину Николая и лишь вовсю хмурил брови, а Майкл наклонил голову и сосредоточенно разглядывал носки собственных ботинок. Воцарилась напряженная тишина.

— Э-э-э… — вдруг протянул Марк, и все головы тут же повернулись в его сторону. — Вообще-то, у нас есть скафандры…

— Не поможет, — немедленно отозвался Майкл. — Внизу давление под сотню атмосфер… и температура…

— Так это же не обычные скафандры, — уточнил Марк, — а венерианские. Они выдержат.

— Ага… — Майкл взглянул на инженера с каким-то новым интересом. — И сколько таких скафандров на станции?

— Три… Хотя

нет, на самом деле два. Третий наполовину разобран по причине ремонта системы жизнеобеспечения.

— Та-ак. Значит, два, — сказал Майкл и бросил быстрый взгляд на Сэма. — Уже кое-что…

— Постойте. При чем здесь скафандры? — вмешался Мих-Мих. — Какой от них прок, если нет абсолютно никакой реальной возможности передать их запертым в металлической бочке людям?

— И к тому же остается открытым вопрос об их доставке в район катастрофы, — добавил Майкл. — И обратно.

— Вот это как раз совсем не проблема, — парировал Марк. — Скафандры оборудованы парашютной и двигательной системами, поэтому доставка их в заданный район — задача решаемая. А для подъема на станцию используются надувные воздушные шары в заплечных ранцах. Поэтому можно просто сбросить их на поверхность, а дальше в дело вступит наш Федот. Как думаешь, Ник, он справится?

— В смысле дотащить скафандры до убежища? Не знаю, возможно. А может быть, и нет. Сам видишь, какие здесь завалы.

— Да, действительно.

Марк задумчиво уставился на экран. Мих-Мих перевел взгляд с замершего в неподвижности инженера на Майкла и обратно, а затем повторил:

— Все, что вы тут наговорили, не имеет никакого практического смысла до тех пор, пока мы не придумаем, каким образом переправить скафандры внутрь убежища.

Да-а, несомненно, это был вопрос вопросов. Ответа на который не знал никто.

В командном пункте снова наступила звенящая тишина.

Михаил Александрович украдкой взглянул на часы и тяжко вздохнул. Время уходит, а решения как не было, так и нет. Мысль об использовании скафандров, конечно, довольно многообещающа… однако, полностью разбивается о последнее, воистину непреодолимое, препятствие.

На экране непрерывно мелькали какие-то непонятного вида гнутые, в крупную и мелкую дырочку поверхности вкупе с едва ли не завязанными в узел металлическими конструкциями. Управляемый Ником Федот упорно пробивался к эпицентру.

Наконец, впереди в лучах прожектора возникла уходящая круто вверх выпуклая стена с большим круглым люком посередине. Закрытым наглухо.

— Стоп! — тут же скомандовал Мих-Мих, и Федот послушно замер, даже не успев опустить правую переднюю ногу. Реакция у Николая, как всегда, была отменная. — Вот оно, убежище.

Экипаж «Афродиты» дружно уставился на экран.

— Возьми правее, — сказал Мих-Мих. — На торце должен быть второй люк.

Федот послушно опустил ногу, развернулся и направился вдоль стены, благо мешающих продвижению аппарата обломков здесь было не так уж много.

Второй люк отыскался довольно быстро и оказался в полном порядке, как и первый.

— Отлично, — подвел итог поисковой операции Мих-Мих. — Оба входа в убежище свободны от обломков, и это в любом случае хорошо. И что еще лучше — теперь мы, наконец, представляем в реальности, с чем имеем дело. Федоту стоп. А мы продолжаем наш мозговой штурм.

Марк и Майкл угрюмо переминались с ноги на ногу, не отводя взглядов от экрана. Вариант со скафандрами полностью разбивался об эту, казавшуюся такой несокрушимой, металлическую стену.