Баксы на халяву

Ермаков Сергей Олегович

– Не надо, - взмолилась Катя, - если он уехал, то только к себе в поселок, больше ему ехать некуда. Ну, я не знаю. А в городе, где его искать? Откуда мы знаем? Он же таксист, он весь город, как свои пять пальцев знает!

– Склонности к картам, другим азартным играм имел? - спросил Мускул.

– Играл с мужиками в парке, на стоянке, на пляже, - ответила Катя, как все мужики.

– На деньги играл? - уточнил Мускул.

– Не знаю, - ответила Катя, - обычно нет. Но если и было, то на мелочь.

–

Бывало, что зарплату проигрывал? - быстро спросил Мускул.

– Нет, - ответила Катя, - никогда.

– Не азартен, значит, - предположил Мускул.

– Азартен, но в другом, - ответила Катя, - в езде, например...

– Девочками еще увлекался, - утвердительно прибавил Мускул, поглядывал на женщин-то, муженек? Отчего разбежались? Нашел себе пассию, а? Или ты его застукала со шлюшкой в машине? С дешевой минетчицой? Было? Ну, говори!

– Не было, - в сердцах ответила Катя, - просто не сошлись характерами, вот и разошлись.

– Какая чушь! - захохотал Мускул. - Не сошлись характерами! Он тебе изменил, это же ясно, или ты ему рогов наставила! Лет десять, небось, прожили вместе, барахлишко вместе нажили, ребенка, друзей общих! И потом из-за несходства характеров разбежались и все разломали! Чушь все это!

– Вам-то, какое дело? - рассердилась Катя.

– Да, вот думаю, не у твоей ли лучшей подруги он пасется сейчас и за сиськи ее доит, пока ты тут из себя деву Марию строишь?

Катя даже побледнела, губы ее задрожали.

– Что, попал? - засмеялся Мускул. - В самую точку? Адрес подруги быстро!

– Нет, - замотала головой, - нет!

– Так, - оглянулся Мускул, сжимая кулак, - где динозавр?

"Динозавр" уже приподнялся и жадно глотал воздух ртом. Увидев, что "милиционер" повернулся к нему, он в испуге закрыл голову руками.

– Проспект Металлистов, дом восемнадцать, квартира шесть, - быстро сказала Катя и соврала, - ее сейчас нет, она отдыхает на Кипре со своим женихом.

– Мы проверим, - кивнул Мускул, - как зовут и фамилия ее?

– Элеонора, то есть Елена Семенова, - без энтузиазма ответила Катя. Элеонора-то тут при чем?

– Запиши мне все это, - зевнул Мускул, - а ты, старая, тащи мне его блокнот. И адрес поселка этого, запишите.

Катя быстро взяла ручку с полки телефона, вырвала листок из блокнота, написала адреса Элеоноры и поселка и протянула Мускулу. Бандит взял его просмотрел глазами и сунул в карман. Теща Игоря бочком протиснулась в комнату за блокнотом.

– Проводи ее, - сказал Мускул Черепу и тот кивнул. - Вот мы уже и подружились, - продолжил он и, как ему показалось, очаровательно улыбнулся сам себе в отражении оконного стекла, - просто не нужно было спорить.

Катя отвернулась к окну и заплакала.

– И еще я попросил бы вас, - продолжил Мускул, - пару-тройку

фотографий нашего персонажа мне на память.

– У меня нет его фотографий, - сказала Катя, - я их все выбросила. Мы же в разводе.

– У меня есть, его старый пропуск, - срывающимся голосом сказала теща из комнаты, - недавно перебирала вещи и нашла. Я принесу.

Вернувшись вместе с тещей, Череп протянул Мускулу фото, где был запечатлен Игорь на потертом девяностого года пропуске в таксопарк.

– Он? - спросил Мускул у Черепа.

– Да, - кивнул Череп, - он самый.

– Мы забираем фото, - сказал Мускул теще и Катерине.

Те не ответили ничего. Отец лежал на полу и встать не пытался. Мускул перешагнул через стонущего на полу отца Кати и пошел к выходу. Череп поспешил за ним. У выхода Мускул обернулся и, широко улыбнувшись, попросил:

– Не говорите никому о том, что мы заходили. Ведь вам, я думаю, не хочется, чтобы маленькой Машеньке стало очень плохо и больно.

На этих словах Череп страшно хохотнул и Катерина не сдержалась заплакала. И мама ее тоже. Дверь захлопнулась. Катя подбежала к ней, закрыла все запоры и, повернувшись, прокричала:

– Господи, ну когда же я больше ничего о нем не услышу? От него у меня всю жизнь одни неприятности!

– Не нужно так дочка, - попросила мать, помогая отцу подняться и сесть на табурет, - ведь видно, что это никакие не милиционеры, а обычные бандиты. Ищут они Игоря не потому, что он что-то украл. Может быть, заявить в милицию?

– Не надо, - отдышавшись, сказал отец, - не надо в милицию, эти ни перед чем не остановятся. За внучку страшно. Пусть Игорь сам выкручивается, раз заварил эту кашу. Взял у них что-то.

– А если еще придут? - спросила мать.

– Мы не знаем где Игорь, - ответила Катя, - а если я даже буду знать, то им не скажу.

– Они могут взять в залог Машу, - печально произнес отец, - может быть, правда, в милицию заявить?

– А что мы им скажем? - спросила Катя. - Что приходили люди, искали Игоря. Там даже и слушать не будут. Сейчас вон что творится - убивают прямо на улице и никому дела нет. Господи, когда это кончится?

– Ладно, не будем паниковать, - сказал отец, - давайте пока посмотрим, что дальше будет. Авось обойдется.

– Ты сам-то как? - спросила Катя отца. - Живот не болит? Может вызвать врача?

– Не надо, дочка, - ответил отец, - пройдет. Эх, лет двадцать назад я бы им показал!

– Иди лучше, приляг на диван, - предложила отцу мать, - а я твой паяльник выключу. Смотри, будет болеть, так уж лучше скорую вызвать.

– Ничего, оклемаюсь, - ответил отец, - тут пока посижу.

– Катенька, - вспомнила мать, - позвони сейчас Элеоноре, предупреди ее, а то ведь нагрянут невзначай бандиты!