Bagul
Шрифт:
– Ну добро, перекур?
– в надежде спросил Алексей уже залезая за пазуху внутреннего кармана куртки за пачкой сигарет.
– Какой перекур, ты что? Тут километров пять, не больше. Погнали!
– огрызнулся майор на своего подопечного.
Дед Егор плохо ночевал сегодняшней ночью, хотя, впрочем, сон был его редким гостем; встал в шесть утра и уже успев затопить печь. Кое как как позволяли силы, промыл пол в избе (здоровье у высохшего старика было уже не то, что в былые годы) он начал вязать носки внуку, единственной отраде в этом заблудшем мире. После похорон спившегося сына, а также как овдовевшая невестка тут же выскочила за другого, внук Данила стал для деда лучиком радости в этой мрачной
Утомительная и однообразная работа спицами стала усыплять старика. Он и не сразу сообразил в чем собственно дело. Стучали в окно со стороны палисадника и разглядеть в потемках худому стариковскому глазу было невозможно.
– Иду, иду, - ворчал дед, - Принес же леший в такую рань, что людям не спится, что за люди, ходят по утру спозаранку.
– Бухтения могли продолжаться и дальше, пока старче не залез в валенки.
– Хотя может это Данилка вернулся? Данилка ты что ли?
– крикнул дед в сторону окна и продолжил монолог сам с собой ища керосиновую лампу.
– Да нет тот с солонцов только завтра заявится, и то не факт. Да иду я, иду.
Чиркнув спичкой и обведя пламенем по фитилю в керосинке, типа "летучая мышь", дед Егор словно железнодорожник, освещая себе путь вышел в ограду, сочно похрустевшая валенками по снегу. Отворив ворота перед стариком стояли две высокие, крепкие фигуры в белых камуфляжах во всеоружии на перевес, отражая переливы огня в лампе.
– Семенов Егор Николаевич здесь проживает?
– поинтересовался майор. Старик отшатнулся, но поправив фуфайку кивнул.
– Отец, ты не бойся, мы свои, мы по делу, - первым вошел Алексей, волоча за собой палатку и поставив у ворот лыжи.
– Да заходите, если свои и по делу.
– сказал дед Егор, запирая ворота, пропустив перед этого майора.
– А по какому собственно говоря делу то, сынки?
– полюбопытствовал престарелых лет человек. Офицеры, ничего не ответив сразу же вошли в избу.
Изба была большая. Хотя она и стояла особняком и посреди чистого поля, да и в округе не было не души, все же это была не мазанка, к тому же приусадебное хозяйство было мало похоже на хутор. В самой избе было всего две комнаты - кухня и зал, со всех сторон освещаемые солнечным светом, так что дед, видя, что уже на улице достаточно светло погасил электричество. Гости оглядев царские палаты старика сразу же перешли к делу.
– Дед, у тебя подпол есть?
– спросил капитан.
– Так ты стоишь на нем, сынок, отодвинь ковер и там крышку найдешь, - побаиваясь гостей говорил дед Егор из кухни, - А что ищите то, сынки?
– высунувши голову дверной проем полюбопытствовал дедуля.
– Да так отец, - выкрикнул Алексей, спускаясь в подполье, - Батя, а лопата у тебя найдется?
– Найдется, - буркнул старик, выйдя в сени и отправившись на поиски штыковой лопаты. Вернувшись из прихожей, дед Егор уже не могу сдерживать свое любопытство. Принеся лопату, и сунувшись с керосинкой в погреб он увидел, как два здоровенных мужика во всю орудуют саперными лопатками, засыпая тем временем картошку.
– Да что вы ироды делаете!
– взбунтовался старик, - Вы же всю картошку засыплете, окаянные! Что ище то, хот скажите?!
Тут революцию старика прервал звон металла на принесенной дедом штыковой лопате.
– Нашел, - тихо произнес майор, и для верности стукнул еще раз. Отсыпав лишнюю землю уже руками, майор открыл люк в шахту пускового командного центра запуска
– Вот так оно и происходит, живешь, живешь и не знаешь на чем живешь, - тараторил без остановки дед, разрезая кубинскую сигару ножом.
– Это, наверное, еще с тех самых времен осталось?
– указав пальцем в потолок спросил дед Егор.
– Наследие от СССР, - констатировал Сергей, попивая и причмокивая настоящим, крепким чаем, закусывая при всем этом великолепии сухарем с маком.
– А ты батя, как будто ничего не знал все это время?
– произнес Алексей, выпустив клубы дыма в потолок.
– Да откуда мне было знать? Как купил дом у Ваньки Шелопугина, так и живу, а он дурак видимо все знал, да молчал до смерти. А я мужики и не знал, вот вам крест, - и старик перекрестился кукишем перед Богородицей, стоявшей в красном углу избы. Майор хладнокровно положил на стол, отполированный до блеска новый "ПМ" с присоединенным к нему глушителем * (*прим. Пистолет бесшумный ПБ, - был создан для вооружения армейских разведывательных групп, а также персонала КГБ СССР, принят на вооружение в 1967 году. Существует устойчивое мнение о том, что ПБ был сделан на базе пистолета Макарова, однако это не так, хотя при его создании действительно было приказано использовать ударно-спусковой механизм как самую хрупкую часть и магазин от ПМ.). Тяжело вздохнув старик вышел из-за стола и отправился на кухню, где стоял старый как дом шифоньер, доставшийся от предыдущих хозяев. Сняв с себя пожелтевшую от времени и местами прожженный вязаный им лично свитер, а также сбросив белую майку "алкоголичку", наш старик облачился в тельняшку, по верх которой накинул афганский китель, усеянный орденами и медалями, среди которых было два героя. Вернувшись, блестя золотом на груди, старший лейтенант Семенов стал набивать трубку табаком.
– Мужики, парня только не трогайте, - произнес дед не своим, грубым голосом. Алексей, видя все великолепие на груди старца отрицательно покачал головой.
– Не могу. Делай ты.
Щелчок и хлопок выстрела из глушителя пистолета разведчика остановили сердце 65-ти летнего старика.
Глава II. Горе.
Данила вернулся с охоты, как и было оговорено с дедом на следующий день, утром. Остановив свой "Урал" * (*прим. "Урал" - единственный российский тяжёлый мотоцикл, выпускаемый на Ирбитском мотоциклетном заводе (Свердловская область, г. Ирбит)). с самодельной люлькой - коробом, больше напоминающий гроб, парень стал открывать ворота, чтобы загнать машину, в отцовский гараж.
– Вот же старый хрыч, уже ворота на ночь не запирает, совсем страх потерял, - удивился молодой человек не запертой на засов калитке. Вывернув из люльки укутанную тушу гурана, юноша потащил трофей в дом. Не плохо иметь хорошую физическую форму. Особенно такую какую имел Данила: при росте почти в два метра иметь чистой мышечной массы под сто кило, это мечта любого мужчины, а дед за глаза называл атлета просто лось. Да и бог красоты и любви не обошел стороной Данилу - голубые глаза на красивом лице, прекрасно гармонировали с носом горбинкой и губами "бантиком", сводив с ума в свое время всю прекрасную половину школы, включая учительниц. Девушки его так и прозвали "Мальчик губастенький". Пьяный в доску на выпускном вечере, он таки переспал с девушкой, в которую был влюблен с первого класса. Для Данилы было страшным разочарованием новость о том, что она в последствии окончания школы, вышла за муж за его лучшего друга.