Багровое сердце
Шрифт:
— Мы собираем силы. Штерн отправился на север. Вилленхоф искореняет чуму в своих землях, но, похоже, ему это не слишком удается...
— Ах, Вилленхоф... — Барвис брезгливо поморщился, — что он вообще может, кроме как уводить чужих жен... Ладно, дело прошлое. Забыли, забыли, — маг склонил голову, — я знаю, что ты готов хоть сейчас искать остальных, Вельбер, но я слышал о том, что произошло сегодня ночью... Я предлагаю тебе остаться у нас хотя бы на время. Ты ранен и измотан, и тебе просто необходим отдых. Я разошлю людей во все окрестные земли, пусть собирают магов, готовых сражаться с тьмой. Ты же отдохни. Скоро усталость уйдет, шрамы зарубцуются,
— Благодарю тебя, Барвис. В другое время я бы отказался, но сейчас я просто разбит, — Вельбер тяжело поднялся, — я останусь у вас, пока не заживут раны. Но как только...
— Барвис! Родной! — Вельдис, прихрамывая, вошел в сад и направился к беседке, — там трактирщика и несколько крестьян привезли. Где бы нам их разместить?... А ты, родной, — обратился он к Вельберу, — беги назад скорей. Ученик твой очнулся!..
***
Так Вельбер и Арти остались в Мистрадине.
Дни неслись незаметно. Короткое жаркое лето сменила тёплая сырая осень. Небо бледнело всё чаще и остывающее солнце медленно катилось с востока на запад, но природа Мистрала по-прежнему была зелёной и цветущей, вода в лесных озёрах — живой и теплой, и лишь редкие дожди, да прохладный ветер с севера напоминали о грядущих холодах.
Маг и его ученик быстро шли на поправку. К сентябрю от ожогов на теле Арти остались лишь еле заметные розовые пятна. У Вельбера почти зажила ключица, но пальцы по-прежнему плохо слушались.
Временами он брал посох, пробовал ходить с ним, несколько раз осторожно взмахивал, рисуя в воздухе искрящиеся белые шлейфы, и затем в задумчивости откладывал его. Ему не хотелось уезжать из Мистрадина — какое-то дурное предчувствие крепло у него в душе и не давало покоя. Но кости срастались, нервы заживали, к пальцам возвращалась чувствительность. И час отъезда был близок.
Арти целыми днями пропадал в городе. В Мистрадине повсюду были магические школы, и ученик по несколько часов к ряду просиживал на нагретых солнцем ступеньках, глядя, как тренируются молодые маги.
Вельбер часто украдкой наблюдал за ним. "Послушание и внимательность. Готовность бороться со злом и желание защищать других... А теперь еще и искренний интерес к волшебству" — думал он, — "кажется, пришла пора исполнить обещание. Как только рука заживет окончательно, я начну обучать его".
Затерянный в лесах город, казалось, жил своей особой, оторванной от внешнего мира жизнью. Но мир не давал обитателям Мистрадина забыть о себе. Маги, возвращавшиеся из обходов, говорили, что у северных склонов хребта всё чаще стали попадаться крупные красные камни. Всё чаще ветер с востока приносил багровые грозовые тучи, всё чаще у подножий хребта чернела и рассыпалась пеплом земля. Ночами в вековых лесах Мистрала разгуливали мертвецы, но день по-прежнему принадлежал людям.
Небо на востоке заливалось красным сиянием. Мрачно текли потемневшие воды рек. Зло набирало силу.
***
В древних книгах, на страницах летописей и сказаний мы нередко встречаем упоминания о Рое. Сведения эти по большей части кратки и обрывочны, однако же, ни в коей мере не противоречат друг другу, заставляя верить в то, что предмет этих легенд есть нечто большее, чем страшный вымысел, рожденный молвой, охочей до всякого рода чудовищ.
Так что есть Рой? Сказания и чудом сохранившиеся книги
Происхождение сверхъестественных сил Роя вообще представляет наибольшую загадку для всех, кто берется за изучение истории «земли меж двух морей». Легенды о Рое буквально пестрят упоминанием всевозможных колдовских источников разного рода и вида, но всякое из этих упоминаний — не более, чем образ, ключа к которому нет. Достоверность же упомянутых выше книг представляется весьма сомнительной…
…Человек, всецело погруженный в предмет сией главы, заметит, вероятно, что всяческое описание Роя неразрывно связано с географией Моровых Земель и ей же ограничено. Если же верить легендам до конца, то обнаружится неявная, но вполне объяснимая связь между пришествием Роя и мором, поглотившим западные земли…
Карл Иеремия Брюис, историк и картограф
"От моря до моря или история Моровых Земель"
***
В один из тихих осенних дней все чародеи и ученики из магических школ Мистрадина собрались на главной площади, чтобы отпраздновать День Силы.
Празднично одетая толпа широким кругом обступила площадь. Над городом прокатился рокот невидимых барабанов. Вспыхнули и рассыпали звенящими искрами стеклянные голоса флейт, и в наступившей тишине, переливаясь, поплыл нежный, серебряный голос арфы. Праздник начался.
Последние ноты отзвучали, и над площадью повисла тишина.
Первыми в круг вышли маги воды. Построившись цепью, они как по команде вскинули посохи и замерли.
Музыка заиграла вновь, и в небо взметнулись десятки искрящихся фонтанов. Блестящие тонкие струи, рассыпая холодные брызги, взлетели вверх и единым строем опали, рассыпались и, уже почти у самой земли замерли над головами чародеев, слившись в единый, блестящий водной гладью купол.
Вельбер с трудом разыскал Арти в толпе зрителей. Ученик сидел на каменной приступочке, окружавшей площадь и, не отрываясь, следил за зрелищем.
Некоторое время Вельбер молча стоял за его спиной, а затем наклонился и спросил:
— Ну как? Кто лучший?
Арти вздрогнул и обернулся.
— Они все великолепны, учитель! — в глазах ученика горел неподдельный восторг, — как можно выбрать лучшего, если каждый из них хорош по-своему? И как сравнить огонь с водой, а камень — с воздухом? У каждой школы — свой стиль, своя магия... Я ведь прав?
— Лишь отчасти. Магия должна быть осмысленной, — философски заметил Вельбер, — гляди, — он указал пальцем на площадь, где уже Тан с учениками крутил огненные смерчи, — это красиво. Это пугает. Если сейчас Тан и его воспитанники выйдут на поле боя, то они положат немало врагов, но погибнут сами. Посмотри, как Барвис наблюдает за их выступлением! — продолжал волшебник, — он явно недоволен. Думаю, после представления он скажет Тану то же самое, что и я только что сказал тебе.