Бабочка
Шрифт:
– Выступай на публике: скидывай на других энергию и быстро смывайся, пока никто не успеет очухаться.
– Шутишь? Во-первых, я умею танцевать в основном бальные танцы, типа вальса. В современных у меня практики полтора месяца.
– Зато пластика есть.
– А во-вторых, я на публике боюсь выступать!
– Никогда не поздно победить свой страх, - оптимистично заявила Диана, заставив меня недовольно фыркнуть.
– Если не получится, всегда можно попробовать что-нибудь другое.
– А с чего ты решила, что подобная
– Малышка, ты не так мыслишь, - покровительственно глянула Диана.
– На твои выступления будут приходить не для того, чтобы оценить твоё никудышное мастерство танца, - я невольно надулась от такой характеристики. Не так уж плохо я танцую, - а для того, чтобы любоваться тобой и вновь пережить нечто такое, чему они не смогут дать объяснения. Как-никак сила в чём-то сродни наркотику: попробовав её однажды, многие будут искать её вновь и вновь. А эту силу можешь дать им только ты и никто другой.
– Красиво поёшь, но не слишком понятно.
– В отличие от Дианы я была настроена скорее пессимистически.
– Что, если я не смогу вовремя "сбросить", как ты говоришь, эту энергию?
– Не бойся, я с тобой. А значит, смогу помочь. Ну так что, согласна?
– Не знаю, - вздохнула я. Не нравится мне это всё. Во что меня собирается втянуть Диана?
– А другого варианта нет?
– на всякий случай спросила я.
– Пока нет.
– А если подумать хорошенько?
– Тоже нет.
– Ладно, тогда попробую, - сдалась я.
– Ура и ах! Неужто ты согласилась?
– ухмыльнулась Диана так хищно, что мне захотелось забрать свои слова назад.
– Теперь расписание действий на ближайшие два-три дня: отправь родителям письмо, подыщи учителя по танцам и найди ночной клуб, где бы тебя взяли без предварительного просмотра.
– А почему именно без?
– Потому что тебя вряд ли куда-нибудь возьмут с ним!
ХХХ
– Диана, мне страшно.
Я сидела одна в гримёрке ночного стрип-клуба "Брейк-Данс", одетая в костюм для выступления, и меня нещадно колотило от страха.
Это был то ли семнадцатый, то ли девятнадцатый клуб, куда я пришла на собеседование. И первый, где мне не предложили показать то, что я умею. И то, полагаю, только потому, что директор был очень занят и на моё счастье (или несчастье) одна из танцовщиц внезапно заболела, а замены не было. Я даже предложила не платить мне, если не понравится моё выступление. Девушка-менеджер от такого даже слова вымолвить не могла минуты две. Зато когда она очнулась, оказалось, что я принята.
И вот сейчас мне оставалось минут двадцать до выступления, а моим самым большим желанием было сбежать. Куда-нибудь и подальше.
– Спокойно, - повторяла в который раз Диана.
– Главное расслабься и попробуй танцевать только для себя. Представь, что
– Тебе легко говорить, а они все на меня смотреть будут!
– Забей. Не съедят они тебя. Все инструкции помнишь?
– Да, - горько вздохнула я и в который раз вопросила себя: - И зачем только я на это согласилась?
Костюм для выступления был шит не на меня, и потому было слегка неловко двигаться. Ещё большее неудобство состояло в том, что я должна в этом танцевать перед публикой. Костюм состоял из жёсткой мини-юбки с разрезами до середины бедра, стрингов под ней и узорчатым лифчиком - всё кожаное, поскрипывающее и при резких движениях впивающееся в тело. Плюс колготки-сеточка и сапоги до колена, слава богу, на не слишком высоком каблуке: сантиметров пять-шесть. Всё черное. И только яркий макияж резко выделяется на лице. У меня мой вид ассоциировался с проституткой.
Заглянула менеджер. Я быстро отвернулась от зеркала и выдала слегка подрагивающую улыбку. Девушка изучила мой внешний вид и, в целом, осталась довольна.
– Всё нормально?
– поинтересовалась она.
Нет! Я на сцену идти боюсь!!
– Вроде да.
– Сейчас твой выход. Кстати, как тебя представить-то?
– Меня?
– Я на пару секунд растерялась, а потом пожала плечами.
– Бабочкой.
Менеджер улыбнулась.
– Ну, Бабочкой, так Бабочкой. Иди уже к сцене.
– И она скрылась за дверью.
– Ну что ж, удачи, тебя всё получится, - подбодрила из зеркала Диана.
Надеюсь. Я на негнущихся ногах отправилась к сцене. Как же я танцевать-то буду? А там уже объявляли мой номер. Боже, дай мне силы это пережить, а ещё уверенности в себе и спокойствия. Я глубоко вздохнула, выдохнула, пытаясь успокоиться, и вышла на сцену с высоко поднятой головой и подрагивающими коленями.
Зазвучала музыка, и я начала танцевать. Не знаю, как со стороны, но мне казалось, что двигаюсь я ужасно, и к тому же совершенно не в такт. Неловко сделав шаг, я чуть не упала, неуклюже взмахнула руками и увидела своё перекошенное лицо в зеркале на стене. И вдруг мне стало совершенно всё равно, что думают те, кто на меня смотрят. Я не собираюсь танцевать для них, я сделаю это для Дианы. Я остановилась, откинула голову и беззвучно рассмеялась. Не знаю почему, но мне вдруг стало так весело и легко. Я встряхнула головой, отбрасывая волосы и вновь начала танцевать, но не для кого-то из этой похотливой публики, а для себя, для Дианы. С каждым движением во мне нарастала какая-то эйфория, мир вокруг двигался всё медленнее, а я закрыла глаза и продолжала танцевать, купаясь в новых, непонятных, но таких приятных ощущениях. Музыка уже закончилась, а я всё ещё наслаждалась самозабвенным танцем в полной тишине. Наконец я остановилась, склонив голову, прислушиваясь к себе. В висках стучала кровь, вокруг не слышно ни звука. И вдруг, как гром, прозвучал голос: