Бабье царство. Возвращение...

Анатоль Нат

– Амазонок - на хрен, на историческую родину, - жёстко отрезал Мыкола.
– Тем более что за них постоянно наш Совет ругает руководство их республики, требуют скорейшего возврата. Словно мы их тут насильно в цепях держим.

– Ну да, здесь им лучше, чем там, - ухмыльнулся Корней.
– И домой они совершенно не собираются.

Или что?
– покосился он на него.
– Грязную работу сделали, ящеров с озёр турнули, а теперь и их самих можно следом турнуть? Не-е, такое дело не пойдет.

Вот потому-то вам

никому и не позволили помочь, - невозмутимо отозвался Мыкола.
– Что в первую очередь о чужих интересах думаете, а не о товарищах.

Отвернувшись, он снова принялся что-то внимательно рассматривать на днище дирижабля.

– Вот потому-то и мы обходимся своими силами, а таких как вы на х... посылаем, - невозмутимо отозвался Корней, равнодушно покосившись на него.
– Не можешь жить с людьми по-доброму, не удивляйся такого же к себе отношения.

Да что ты там так внимательно рассматриваешь?
– наконец не выдержал он.

– Да вот, смотрю, собрано у вас всё там, на живую нитку, - ухмыльнулся злорадно кузнец.
– Как всё ещё держится - не понятно. На верёвочках, что ль? Ни хрена себе! Что, очень торопился?

– Не боись, не рассыплется. А рассыплется, снова соберём. Это экспериментальный образец. Лишь бы летало. И ведь летает же. И как летает!
– с неприкрытой гордостью проговорил он.
– А что торопился.... А ты б не торопился, - раздражённо огрызнулся Корней.
– Всю зиму засеки строил-строил, а пришла весна, ящеры как вода сквозь решето сквозь мои засеки просочились. Зато теперь..., - окинул он свой дирижабль влюблённым взглядом.
– Теперь от меня ни одна тварь не уйдёт. Сверху всё как на ладони видать. А бомб у меня теперь полно. Профессор наделал. Вот, испытываю у вас здесь, на ящерах, и к себе на озёра вернусь.

– Кстати, о бомбах, - нейтральным тоном отозвался кузнец.
– В кузовах обнаруженных на дне машин полно гнилых патронов. Что делать с ними собираетесь? Поднимать будете или там, под водой бросите? Может, продадите? Я б купил, если в цене сойдёмся. Да и труд вам из воды поднять невелик.

– Это не ко мне, - с понимающей ухмылкой покосился на него Корней.
– Это ты с Васькой поговори. Или, с Галочкой. Или с Колькой. Это их добыча. Как я понимаю, бесплатная, - ещё шире ухмыльнулся он, заметив, как поморщился кузнец.

– Говорил. Галка сказала, что сама в таких вопросах ничего не решает, и послала, к Ваське. Васька к Андрюхе. Андрюха к Кольке. А Колька уже отослал к вашей баронессе. Сказал, справиться у неё. Одним словом, не хотят со мной разговаривать.

– Что ж вы так, - наконец не выдержав, открыто заржал Корней.
– Крутили, крутили, а о том, что в кузовах доставшихся Галке десяти халявных грузовиков может быть что-то интересное - не подумали. Как же так?

– Кто ж знал. Раньше ничего подобного здесь не встречалось. Вот и не предусмотрели, - глухо отозвался кузнец.

–

Ага! Не подумали, что в некоторых кузовах может оказаться ценный груз с патронами, и он бесплатно, то есть даром, достанется тому, кто эту машину поднял. Бывает. Так что, сильно продешевили вы парни. Если Васька не ошибся, а это вряд ли, то в каждом из тех найденных ими грузовиков, что они собираются скоро со дна подымать, по паре тонн патронов точно есть.

– Ну да. Слыхал!
– нейтральным тоном отозвался кузнец.
– Семь больших американских грузовиков, студебеккеры, кажись, полностью забитых ящиками с патронами. Ориентировочно, не менее четырнадцати тонн груза. Если патроны отстрелить, то это ж..., - запнулся он.

– Сколько-сколько там чистой латуни на выходе?
– не сдержавшись, Корней уже откровенно ржал.

– Около трёх тонн, - нейтральным тоном отозвался кузнец.

– Три тонны драгоценной латуни!
– в полный голос продолжал ржать Корней.
– Ай-яй-яй, как же это вы так лопухнулись то?

– Хватит ржать, - поморщился Ржавка.
– Никто на такие глубины, здесь до вас не нырял. А на мелководье такого не было.

Так что вы собрались с ними делать?

– Поднимем вместе с машиной и с собою заберём, - посерьёзнел сразу Корней.
– Чтобы потом на заводе безопасно обезвредить, а латунь повторно использовать. Это ж, какие деньги!

А вот снаряды, если попадутся, трогать не будем. Опасно, вдруг какой рванёт. Клочков не останется.

Мы с Глебом перед моим отлётом сюда подобный вопрос специально проговаривали со всех сторон. Так вот. Нет у нас сейчас никакого желания возиться с гнилыми снарядами. Слишком опасно, да и нужды особой нет. Патроны, еще, куда ни шло. Поэтому, если придётся возиться со снарядами, всё найденное будем аккуратно топить там, где поглубже.

– Чего так?

– А чтоб гильзы латунные вам не достались, - без улыбки посмотрел на него Корней.
– Халявы чтоб не было, сразу говорю.

– А если без халявы?

– Тогда надо серьёзно разговаривать. Не здесь, не сейчас, и не со мной.

Наклонившись поближе к лицу кузнеца, понизил голос.

Мыкола, поговори с Беллой Юрьевной. Мой тебе совет. Поговори с ней. Помирись.

Такие вопросы она решает. И поговори не так, как в деле с организацией совместного патронного производства. Вам всё - нам ничего.

Покосившись на него Ржавка промолчал.

– Она много хотела, - неожиданно проговорил он, отвернувшись.
– Это неприемлемо. Она хотела досрочно вернуть учеников. А они нам нужны.

– Часть, - сухо отозвался Корней.
– Всего лишь малую часть. И с вас бы ни убыло.

– И хотела свой патронный завод.

– И чего? Почему нет? Всё равно ведь будет. Только на полгода позже, но будет. Осенью вы учеников возвращаете так и так. Так зачем же было ссориться из-за пустяка?