Бабье царство. Возвращение...
Шрифт:
Как ни странно, помогло. Что-то хоть соображать начал. В глазах какая-то мысль появилась. А то в рот жене глядел и делал все, что та ни скажет. Любую дурь той на ура принимал. Думаю, поживут врозь, окончательно вылечится.
– Если на том юге выживет и не получится как в той поговорке: "С глаз долой, из сердца вон", - отвернувшись, медленно проговорила Маша.
– Если выживет, - неохотно согласилась Белла и замолчала.
Яростное весеннее солнце жарко припекало головы едущих в коляске двух молодых женщин, и даже широкие соломенные шляпки, полностью скрывающие лица от жаркого огнедышащего
– А ты знаешь, Галка была права, - первой заговорила Белла, после долгого продолжительного молчания обеих.
– Какая Галка?
– Галка Буян, та, что сейчас фактически за старшего в караване нашего влюблённого Кольки в этой его безумной поездке на юг, - ухмыльнулась Белла.
– А что, с этой историей ещё не рассосалось?
– удивилась Маша, поворачиваясь к Белле.
– Извини, но я как-то не в теме. Столько времени идут разговоры, а воз, выходит, и ныне там?
– Потому и не рассосалось, что разговоры всё пустые, - рассердилась Белла.
– Реальных дел нет. Все только и говорят, что ехать надо и надо помочь парню. А реально никто ничего не делает. Один лишь наш молодняк колготится, да много ли они могут одни. Но я сейчас не о том.
Поскрипывание рессор коляски и молчание уже утомили её деятельную натуру, и ей страстно хотелось поговорить.
– Я не про поездку, - проворчала Белла. Настроение её сразу испортилось, как только она коснулась больной темы и в голосе её невольно прорезались недовольные нотки.
– С той поездкой слишком много сложных вопросов вылезло. Так что там ещё не скоро всё срастётся. Я о другом. Я о наших лодьях. О нашем мониторе и о самоходных баржах.
– Про Куницын монитор речи нет. Это считай что отрезанный ломоть, хоть и числится пока за нами. Пару рейсов в устье Лонгары сделает и придётся окончательно расставаться. Я о другом.
Я тут осторожно навела справки и всё подтвердилось.
– Что?
– Ну, что такие большие лодьи, которые нам Куницыны мастера помогают делать, если где на реке и встречаются, то исключительно в виде больших десантных лодий амазонок, и нигде более. Правда, те, пожалуй, ещё даже поболе будут, чем наши самоходные баржи, но не о том речь.
Так вот, справка. Когда такие большие лодьи купцы пытались использовать для доставки грузов, то, как правило, за сезон, два прогорали. Нет таких постоянных и больших грузопотоков, чтоб окупилось вложения. Так что, Куница может торжествовать, - Белла открыто и насмешливо ухмыльнулась.
– Развели его матёрые мастера молодую дурочку на большие денежки. Как лохушку последнюю развели и теперь стоят в стороне и ждут когда та по миру с сумой пойдёт.
– Не поняла, ты-то чему радуешься. Это ж вроде как о тебе речь.
– Я радуюсь человеческой глупости, Маша, - погрустнела Белла.
– Похоже, нашему "другу", господину Кунице и в голову не пришло, что у нас на эти три судна свои планы. И что мы планируем их использовать
– Кстати, - перебила Беллу Маша.
– А мне-то ты можешь сказать? На что мы собираемся использовать эти три судна: артиллерийский монитор и две самоходные баржи?
– Для поездки на свадьбу, естественно, - повернулась в ней Белла.
– Как вспомогательные судна обеспечения для перевоза припасов. Сжиженный газ, боеприпасы, продукты, горючее. Ну и всё остальное немаленькое хозяйство, включая и сборно-разборную причальную мачту для дирижабля. Мы не можем себе позволить лететь на сырых, не отлаженных толком аппаратах на несколько тысяч вёрст. Это слишком опасно.
– Ну, это-то понятно, - отмахнулась Машка.
– Это мы десять раз уже обговаривали. А что потом?
– А потом суп с котом, - рассердилась Белла.
– Сколько можно повторять одно и тож. Мы их снова вернём на озёра и будем возить на них руду и каменный уголь из предгорий по системе озёр к нам на литейный.
– Так они же большие, - изумилась Маша.
– Я же именно об этом вам всем твержу. Они же в протоки не пролезут.
– А Корней твой на что? С его-то любовью всё взрывать?
– улыбнулась Белла.
– Когда закончится вся эта беготня со свадьбой, надо будет серьёзно заняться перестройкой наших транспортных путей на озёрах. Тем более что проект Сидором детально разработан.
Маша, людей у нас мало, и в перспективе ещё большего увеличения не предвидится. Поэтому надо меньшим числом перевозить больше грузов. И для этой цели наши самоходные баржи подходят более чем. Дощаниками амазонок мы больше не обойдёмся.
Если хотим и дальше наращивать объёмы выплавки металлов, нам надо увеличивать объёмы поставок угля и руды. А это - широкие каналы и большие самоходные баржи с малым экипажем.
Одна такая баржа способна перевезти за один рейс до двухсот тонн руды. А дощаник - одну. Плюс охрана. Плюс малая скорость и много времени. Вот тебе и вся экономика.
Выговорившись, Белла замолчала, погрузившись в свои мысли.
– Кстати, о Галке, - нарушила молчание Маша.
– Не слишком ли ты ей большую волю дала?
– Нормально. Главное, чтобы никто ничего не понял.
– Ничего - это как?
– Что она работает на нас. Хотя бы первое время чтоб ничего не поняли. Потом-то обязательно всё вылезет наверх, но пока хотелось бы напустить побольше туману.
– А зачем? Что кто-то не должен понять?
– Хотя бы то, что столько бензовозов, сколько пойдёт в той колонне на юг им совершенно не нужно.
– Как это? Тогда зачем они там?
– Чтобы обратно вернуться.
– Не поняла?
– Очень хорошо, - скупо улыбнулась Белла.
– Если даже ты, зная, что делается, не понимаешь зачем, это очень хорошо.
А теперь - поясняю. По дороге туда они будут по дороге в оговоренных местах оставлять бензин, что повезут с собой. Бензин возьмут в Тупике, а то и в Гуано уже. И будут по дороге сливать его частями в заранее подготовленных хранилищах. Там на месте уже другие люди сейчас работают и к моменту их там появления, караван будут ждать пустые бочки, куда они свой бензин с соляркой и сольют. Так что на место, в Плёс, они прибудут пустыми.