Баба Яга против!
Шрифт:
А Золотая Рыбка вылезла на верх овражка. С восторгом прыгала с кочки на кочку, пока отец не выговорил да в море не отправил, ромашки собирала да венок плести пыталась. Видывала она, как девицы земные такое выделывают, ан ничего у нее не получалось. И расстраивалась Золотая Рыбка, и ножкой топала.
Похлопал Леший Ивана по плечу.
— Есть еще одна дорога в мир перевернутый. Далеко за рекой Смородиной в подземной пещере хранится зеркало волшебное. Что попросишь, то оно тебе и покажет. И если
— А ты умеешь нравиться, Иван, — огладил бороду Царь Морской.
— Только для того перейти Калинов мост надо, а его Змей Горыныч охраняет, — покачала головой Кикимора.
— Со Змеем я справлюсь как-нибудь, — поднялся Иван, котомку свою за плечо забрасывая. — Спасибо за помощь, бабушка Кикимора, спасибо, Леший, спасибо, Царь Морской, и тебе, Золотая Рыбка…
А Золотой Рыбки-то и не было. Вскочил Морской Царь, в гневе ударил острогом о землю по своему морскому обычаю, и открылся на месте оврага источник с кристальной водою.
— Куда! — закричала Кикимора, яблочко подхватывая с блюдечком.
Но свалились все в воду, кроме Вещего Олега. Он крыльями хлопнул и взлетел.
— Что творишь, окаянный! — ударила Кикимора двоюродного братца по голове блюдечком, и раскололось то надвое. — Ах!
— А что у вас тут происходит? — поинтересовалась Золотая Рыбка.
И заглянула в овраг с холмика. Букет ромашек держала девица в руках.
— Хотя бы дно теперь лет десять можно не чистить, — фыркнул Леший и на бережок выбрался.
— Пошли домой, Рыбонька, — грозно приказал Царь Морской.
Неловко ему было, что овраг сестры утопил, но не говорить же вслух о таком. Боги так не поступают.
— Мое блюдечко, — сокрушалась Кикимора, пока супруг ее из воды вылавливал, да ко дну руки отчаянно тянула.
— Справим тебе новое, — обещал Леший, — у Кощея выменяю.
— Я провожу Ивана до Калинова моста, — сказала Золотая Рыбка. — А тебе, папа, нельзя со дна надолго отлучаться, вдруг заговор какой случится? Папа, Иван, должен тебе одно желание. Не хочешь загадать, чтобы я провела тебя?
И глазками Золотая Рыбка хлоп-хлоп. И подмигивает так и эдак.
Вылез Иван-дурак на берег вслед за Лешим и Кикиморой, посмотрел на Золотую Рыбку, а затем на Царя Морского.
— Я, Царь Морской, свое желание Золотой Рыбке уступаю.
— Вот и чудесно! — взвизгнула Золотая Рыбка и бросила ромашки в воду. — Я ухожу, папа, таково мое желание! На землю ухожу, счастья искать! Не вернусь раньше, чем найду! Ах, спасибо тебе, Иванушка! — и бросилась добру молодцу на шею. — Я тебе пригожусь!
— Да уж, — усмехнулся Иван, с себя девицу снимая, — это необязательно.
— Нет, я говорила, что провожу до Калинового моста, а и провожу, — откликнулась девица и хлопнула в ладоши.
Лесные
— Садись, Иванушка, мы тебя быстро к Калиновому мосту довезем, — пропели мавки.
Кикимора и Леший переглянулись.
— Скорее яблочко у Кощея достань, — велела Кикимора. — А я задержу их маленько, реку запутаю.
— Ну и коварная ты женщина, — усмехнулся Леший.
— Да не стой столбом! Отправляйся к Кощею! А то продолжение пропустим.
— А что вы там смотрите такое? — заинтересовался и Цар Морской из своего озера.
— Ты мне весь домашний очаг испортил, — фыркнула Кикимора, — не покажем тебе ничего.
— А у меня зеркальце есть, — проказливо прищурился Царь Морской, как в детстве.
13. Бой у Калинового моста
И дни летят серой пеленой,
Жизнь пуста без нее одной.
Канцлер Ги. История Воршулы.
Долго ли, коротко ли, доставили мавки под руководством Золотой Рыбки лодку с Иваном под Калинов мост. И сказками они пытались молодца развлекать по дороге, и песнями, и красой своей неземной, да только кивал им Иван и о своем думал. Как бы ему Ясю свою увидеть в зеркале волшебном. И что ей сказать. А чего не говорить лучше. И как назад вернуть или до нее как добраться.
— Только Горыныча до ночи не тревожьте, — наказала одна мавка. — Днем он спит, и если разбудить его, в три раза сильнее злится.
Выскочил Иван на берег, котомку за плечом одернул, на плечо энто опустился ему Вещий Олег.
— Улыбнись, Иванушка, радоваться надо, — прокаркал на ухо. — Скоро Ягу найдешь.
— Я думал, врут это все, что ни дня прожить без любимой нельзя. А это правда, Олежка, оказалась. И свет мене не мил, покуда Ясю не найду.
Золотая Рыбка подперла щеку ладошкой, да на смурного Ивана-дурака смотрела.
— Он всегда такой? — спросила у ворона. — Всю дорогу ни слова не сказал, лежал в лодке, в небо смотрел да вздыхал… Рыцарь печального ордена!
— Не-ет, — протянул Ворон. — Он у нас Иван-весельчак всегда был, бабу Ягу смешил.
Бросил Иван котомку под куст, на землю сам опустился, руки под голову положил, а на лицо — шляпу.
Ждать — так ждать. Советов мудрых слушаться стоит. А Калинов мост — мост как мост. И небо — как небо. Зорька вечерняя скоро. Значит, отвечерять надо, прежде, чем с Горынычем разговаривать да в мир подземных пещер спускаться. Силы нужны.
Вот только ни есть, ни пить Ивану не хотелось.
— Лихорадкой любовною такое кличут, — со знанием дела вещал Олег Вещий.