Азбука любви

Херрон Рита

Сквозь всеобщее веселье прорвался чей-то всхлип, и Гейб резко обернулся, мгновенно узнав хныканье Морин.

– Я думала, что мой бывший последняя свинья, но он хоть не писал обо мне в газете…

Бросившись вперед, Морин принялась колотить его свернутой в трубку газетой, размазывая крем и куски торта по рубашке.

– Слушайте, леди, мне правда жаль. – Гейб прикрыл лицо руками, пытаясь хоть как-то защититься от ударов. Пол, усыпанный крошками от торта, стал скользким, и, оступившись, Гейб отлетел к стене.

Морин разрыдалась, и Фрита дружески обняла ее:

– Не

плачьте, дорогая, он того не стоит.

– Ну, а где же Бренда? – пробормотал он.

– Я здесь, дорогой!

Гейб застыл на месте, ожидая худшего. Но к его удивлению, Бренда расцеловала его.

– Спасибо, спасибо огромное!

– За что? – К такому Гейб точно был совсем не готов.

– Знаешь, хоть ты и нелестно отозвался обо мне, но статья встряхнула Гарри, и он наконец-то решился.

– Гарри?

– Ну да! Он мой приятель, а теперь, благодаря тебе, – и жених. Он так разозлился, когда прочел статью! Его заела ревность, он купил мне кольцо и сделал предложение. Вот! – И она ткнула колечко с бриллиантом Гейбу в нос.

– Э… поздравляю… – пробормотал Гейб.

Фрита и Морин бросились обнимать и поздравлять Бренду.

Гейб потихоньку стал продвигаться к двери. Зачем он вообще сюда вернулся? Здесь не редакция, а форменный сумасшедший дом. Он никогда, никогда не научится понимать женщин. Ведь они не были друг с другом даже знакомы до сегодняшнего дня – и вот все вместе всхлипывают от счастья по поводу помолвки Бренды.

Выбравшись за дверь, Гейб попытался навести хоть какой-то порядок в мыслях. Он понял, что его не волнуют женщины. Никто, кроме Кейси Макинтайр, которую он должен получить любой ценой. «Надо сделать так, чтобы она в меня влюбилась», – подумал он. Чтобы забыла обиду и простила. Нет, не просто простила. Она должна восхищаться им, Гейбом, жаждать его. А потом ее обнаженное тело окажется рядом, сплетется с его жаждущей плотью… Она будет вновь и вновь повторять его имя и кричать, кричать от страсти.

Хотя бы раз… Нет, Кейси не нужна ему на одну ночь. Она должна быть рядом всегда…

Тут на память ему пришли слова девушки по поводу объявления: «Женщина хотела объяснить, что ей нравится». Что там было первым пунктом? Ага, антиквариат. Значит, Кейси любит старинные вещи.

Гейб Торнтон устремился вперед. У него созрел четкий план действий. Сначала он смоет с себя проклятый торт. Потом съездит на место последнего ограбления. А потом начнет ухаживать за Кейси, пользуясь ее собственными указаниями.

Гейб постучал в дверь маленького аккуратного домика и застыл на пороге с открытым ртом, когда перед ним возник худенький человечек, одетый в розовый женский халатик и пушистые розовые же тапочки.

– Что вам угодно, мистер?

Гейб откашлялся и просипел:

– Здравствуйте, я репортер из «Конститьюшн». Я пришел расспросить вас об ограблении.

Человечек застонал и провел по морщинистому лицу рукой с ярким маникюром.

– Опять? Но полиция уже была здесь!

– Я отниму у вас только несколько минут.

Человечек поправил кружевной передник, а Гейб

подозрительно принюхался. Ему кажется, или от тщедушного странного типа действительно пахнет духами?

– Скажите мне ваше имя, сэр.

– Карла. В течение пятидесяти лет я был Карлом, но следующие пятьдесят я твердо намерен прожить как Карла и получить от этого удовольствие.

Гейб постарался ничем не выразить своего изумления.

– Ну что ж, мэм, не скажете ли вы мне, что было украдено?

– Мой ноутбук, новые диски, принтер. Я еще и распаковать-то его не успела.

Гейб сделал пометку в блокноте.

– Что-нибудь еще?

Карла кивнула:

– CD-плейер, наушники и кое-какие личные вещи.

– Личные вещи?

– Ну да. Не могу найти свой пояс для чулок. Уже весь дом перерыла.

Гейб с трудом сохранял серьезный вид.

– Еще вор оставил мне маленькую магнитную штучку, хотя лучше бы деньги положил.

– Магнитную – что?

– Букву от магнитной азбуки. – И Карла протянула ему букву «Г».

Она была точно такой же, как буквы, найденные на местах других ограблений. Магнитные азбуки есть у многих детей в городе, и точно такие буквы раскиданы на полу у Кейси в гостиной.

– Если у вас нет больше вопросов, то мне пора, – сказал человечек. – Джорджия может прийти в любую минуту, а я еще и глаза не накрасила.

Гейб кивнул и заспешил прочь – ему совсем не хотелось встречаться с Джорджией.

Кейси смотрела шестичасовые новости и то, что она видела, ей не нравилось. Дочка мэра, черноволосая дылда, откровенно прижималась к Гейбу. Кейси выключила телевизор. А чего она ожидала? Что он будет сохнуть по ней и избегать женского общества?

В комнату влетел Брик, преследуемый пыхтящим и стреляющим на бегу Генри, который изо всех сил изображал охотника.

– Послушай меня, Брик. – Кейси старалась говорить строго. – Никаких ужастиков и взрослых фильмов. Не забывай, что Генри всего два года.

– Слушаюсь, мэм. – Брик шутливо отсалютовал ей, а потом добавил уже более спокойно: – Знаешь, Кейси, думаю, твоя новая книга будет совершенно особенной. У меня уже есть кое-какие идеи по поводу иллюстраций.

– Здорово! – Кейси улыбнулась. – Да по-другому и быть не может – у меня такой замечательный помощник.

Генри, не теряя времени, набрал из миски полную пригоршню зерна и с деловым видом высыпал его на пол. Прибежавший Пес поскользнулся и грохнулся всем своим немаленьким мохнатым телом. Он перекатился на спину и задрал лапы вверх. Генри принялся чесать ему брюхо.

– Помощник, говоришь? – хмыкнул Брик.

– Ну, иногда он устраивает ужасный кавардак, что правда, то правда. Но в то же время я проверяю на нем, как дети будут реагировать на те или иные идеи.

Генри лег на спину рядом с Псом, высунул язык и принялся дышать, как его мохнатый приятель. Брик, делая вид, что чешет ему брюшко, щекотал малыша до тех пор, пока тот не зашелся смехом.

– Брик, ты уверен, что у тебя нет никаких дел на вечер? Я… могу никуда не ходить? – неуверенно спросила Кейси.