Азбука любви
Шрифт:
— Как изменилась? — уставилась Мелисса на Джеффа
— Ты расцвела, любовь моя. Ведь поначалу ты была совершенно сбита с толку и испугана. Теперь ты превратилась в человека самостоятельного, уверенного и храброго, готового встретиться с этим веком и принять любой его вызов.
Мелисса закусила губу: она и сама недавно осознала это.
— Что ты говоришь, Джефф?
— Я говорю, что будет великим грехом, если ты регрессируешь и снова станешь собой прежней.
— Зачем… зачем мне это делать?
Он яростно прижал ее к себе.
— Не отбирай
На глаза ей тотчас навернулись слезы.
— Я люблю тебя, Джеффри, не забывай, пожалуйста, об этом.
Глаза его тоже как-то подозрительно заблестели, и он сказал:
— … знаю, милая. И тоже тебя люблю.
Мелисса крепко обняла любимого. Ей отчаянно хотелось успокоить его, но она не могла найти никаких слов утешения, в ее сердце была только любовь, которая будет пылать там всю жизнь. И став на цыпочки, она подарила ему поцелуй, надеясь, что воспоминания об этом останутся с Джеффом на всю жизнь.
Поздно ночью накануне свадьбы Мисси, уже одетая в ночную рубашку, расчесывала волосы, как вдруг услышала стук в балконную дверь. Она повернулась, удивленно раскрыв глаза. Тем временем дверь на балкон распахнулась, и в комнату вошел Фабиан. На нем была свободная белая рубашка, темные панталоны, а в руках — букет цветов.
— Фабиан! — ахнула она, уронив расческу. — Как вы сюда попали?
Он с ухмылкой поклонился.
— Влез на дерево, любовь моя. — Подойдя к Мисси, он подал ей цветы. — Заключим мир.
Мисси с радостью приняла букет и с наслаждением вдохнула цветочный аромат.
— Благодарю вас, — произнесла она. — Очень красивые цветы. — Она аккуратно положила букет на комод.
— Мисси, я хочу извиниться за сегодняшнее… — нерешительно начал Фабиан.
— Извиниться? — недоверчиво переспросила она.
Он кивнул.
— Знаете, мы потом пошли выпить с Чарльзом, Брентом и Джереми, и выяснились интересные вещи. Так вот, за исключением Джереми — он безнадежно туп, — все мы сошлись на том, что вы, женщины, теперь нравитесь нам еще больше.
— Да что вы? — изумилась она.
Он с готовностью кивнул
— Вы стали такие живые, с вами интересно. Бывает, конечно, что ваша горячность сталкивается с нашим упрямством и обе стороны попадают в затруднительное положение. Нам нужно найти что-то общее, какую-то основу для компромисса. — Он шагнул к ней, коснулся ее плеча. — Как вы считаете?
— Я… я не знаю, — прошептала она.
— Но попытаться можно? — Он многозначительно взглянул ей в глаза.
Она не выдержала взгляда.
— Ну, наверное…
— Кажется, я знаю, что надо сделать для начала, — сказал он хрипло, приближаясь к ней с красноречивым блеском в глазах.
— Нет, Фабиан! — воскликнула она, вытянув руку вперед, чтобы остановить его. — Хотя вы очень нравитесь мне в постели, но нельзя же все улаживать исключительно таким образом.
Ничуть не смутившись, он отнял ее руку от груди и принялся по очереди
— А я этого и не говорю. Позвольте мне соблазнить вас, а после мы поговорим.
— Я… я не могу! — в панике и в то же время сгорая от желания воскликнула Мисси.
— Почему же? — озадаченно поинтересовался он.
«Потому что я не решусь вернуться, если понесу от тебя». Слова, которые она ни за что не произнесла бы вслух, застряли у нее в горле вместе со слезами.
— Вы боитесь, что нас обнаружат ваши родители?
Она покачала головой:
— Нет, не то. Я просто… просто не могу больше заниматься с вами любовью.
— Не можете больше заниматься со мной любовью? Никогда?! — в ужасе вскричал он.
Она смущенно сцепила пальцы.
— То есть пока мы не поженимся. Я… я суеверна в этом смысле, видите ли. — И она договорила срывающимся голосом: — Мне хочется, чтобы завтрашняя ночь была особенной.
— Понимаю, — кивнул он. — А знаете, это очень мило с вашей стороны, ангел мой.
— Черт возьми, Фабиан, не смотрите на меня так!
Они стояли, глядя друг на друга, и казалось, что желание воспламеняет даже воздух, их окружающий. Мисси пыталась запечатлеть в своей памяти точеные черты любимого, совершенство его тела, пылающие глубины темных глаз. Внезапно осознав, что после завтрашнего дня ей никогда больше не увидеть его, никогда больше не ощутить его сладостных ласк, она решила поддаться своему страстному порыву.
— Фабиан, что бы ни случилось, прошу вас, помните, что я люблю вас, — со слезами на глазах произнесла Мисси.
— Я тоже люблю вас, дорогая, — отозвался он, но, судя по всему, был немало озадачен.
Она опустилась перед ним на колени и принялась расстегивать его ширинку.
— Мисси, что вы..
Прежде чем решимость покинула ее, она его поцеловала.
Фабиан на мгновение окаменел и тут же пришел в страшное возбуждение.
— Ради Бога, где ты научилась таким вещам?.
— Нигде, — отозвалась она, — поверьте мне, Фабиан, «учусь, делая». — И, с подозрением взглянув на него, закончила строго: — Надеюсь, и вы тоже.
— О да, — ответил он дрожащим голосом. — То есть я никогда еще…
Его слова заглушили восторженные звуки страсти.
Глава 40
В день своей свадьбы, накладывая перед зеркалом макияж, Мелисса то и дело всхлипывала.
Ее сердце разрывалось при мысли о том, что сегодня ей придется покинуть Джеффа и своих новых родителей ради Мисси. К сожалению, она теряла не только тех троих, которых по-настоящему полюбила, но и свою личность, того уверенного в себе нового человека, в которого она превратилась здесь, в настоящем Взглянув на обручальное кольцо — подарок Джеффа, она снова вернулась к мучительным мыслям о свадебном кольце, которое он никогда уже не наденет ей на палец, и о страдании, которое он испытает, узнав, что потерял ее. Мелисса лишь молча помолилась, дабы Господь ниспослал ей силы преодолеть предстоящее испытание.