Азбука любви
Шрифт:
— Да уж.
— Значит, вы с ней поменялись местами?
Она кивнула.
— Просто чудеса! Вы должны были повенчаться в один и тот же день, в одном и том же доме, в одном и том же подвенечном платье…
— В один и тот же час, — добавила она.
— Только эти события разделяют сто сорок лет! — заключил Джефф. — И из того, что ты мне рассказала, следует, что вы обе упали с лестницы, судя по всему, в один и тот же миг… И ты полагаешь, что этот удивительный обмен произошел именно тогда?
— Да. Я думаю, что в этом
Джефф нахмурился.
— Пойдем посмотрим на него?
Она задумчиво закусила губу, потом кивнула:
— Пойдем, родителей сейчас дома нет.
— Ты не хочешь, чтобы они узнали, да? Пожалуй, ты права. Если рассказать все Ховарду и Шарлотте, они перепугаются до смерти, да и вряд ли тебе поверят.
— Но ведь ты поверил? — спросила она с надеждой в голосе.
— Да, милая, я поверил, — ответил он совершенно искренне.
Мелисса поднялась наверх, чтобы убрать фотографию, а Джефф задержался у колонны, стал рассматривать «пуговицу». Выглядел этот бычий глаз из малахита необычно — темно-зеленый цвет, странные концентрические окружности, но никаких картин на его поверхности Джефф не увидел.
— Значит, в этом камне ты видела лицо Мисси? — спросил он, когда подошла Мелисса.
— Да. — Девушка посмотрела на полированную «луговину». — Круги иногда начинают дрожать и раздвигаются, и тогда я его вижу. Она находится в моем доме, в 1852 году — и как я уже сказала, судя по всему, несчастна.
— Хм-м-м. — Молодой человек внимательно вгляделся в овал. — Ничего не вижу.
— На самом деле и я вижу ее очень редко и никогда еще не видела в чьем-либо присутствии.
— Наверное, так и должно быть Очевидно, это странное явление доступно только вам с Мисси.
— Я тоже так думаю.
— Пойдем посидим в гостиной, — предложил он.
Влюбленные уселись рядышком на софе; на лицах обоих лежала печать тревоги.
— Расскажи мне еще о той жизни, в прошлом, — попросил наконец Джефф.
— Я родилась в 1832 году, — начала она. — В то время Мемфис был просто маленьким прибрежным городком.
— Он и вправду был довольно мал, когда я покинула его. Мои родители, Джон и Лавиния Монтгомери, владели хлопковой плантацией, расположенной к востоку от города.
— В этом доме, — взволнованно сказал он.
— На этой земле, — подхватила она.
— На самом деле первые десять лет моей жизни прошли в скромном старом коттедже. А этот дом построили в 1842 году. Как я уже сказала, за день до моей свадьбы отец велел рабочему прикрепить на лестничную колонну малахитовую «пуговицу» в знак того, что за дом выплачены все деньги.
— Ах да! Интересный обычай. Но расскажи лучше о том, как ты росла.
— По нынешним меркам мое детство было очень скучным, — рассмеялась она. — Почти все время я проводила на плантации. Гувернантка учила меня читать и писать, шить и вязать, а также преподавала основы этикета — все, что
— Как все изменилось, — усмехнулся Джефф. — А отношения с родителями? Какие они были?
Девушка вздохнула!.
— Мои родители. те, что остались в прошлом, — люди откровенные и энергичные. Должна признаться, что они многих в Мемфисе шокировали некоторыми своими публичными высказываниями.
— Удивительно!
— И по-моему, они были разочарованы во мне как в дочери.
— Странно. Ведь ты просто ангел!
Она улыбнулась
— Может быть, тебе я кажусь ангелом, но мои родители считали, что у меня нет характера. Думаю, им понравилась бы… такая дочь, как Мисси.
— Теперь они ее получили, — заметил Джефф с печальной усмешкой.
— По всей видимости. Для них самой большой радостью в жизни, как мне кажется, было заполучить в зятья
— Фабиана Фонтено.
— Да-да! Расскажи мне еще раз об этом брачном контракте.
— Контракт был заключен нашими родителями при моем рождении и считался священным. Видишь ли, родители Фабиана — французские иммигранты, весьма приверженные старым традициям. И наверное, когда их унесла эпидемия желтой лихорадки, желание Фабиана выполнить договор только окрепло — из чувства долга, видишь ли. Плантация Фонтено граничила с нашей плантацией, так что имелись еще и практические основания
— объединить наши владения.
— Но ведь это совсем как у нас с Мисси! — разволновался Джефф. — Мы собирались пожениться исключительно ради того, чтобы слить фирму моих родителей, «Стальные трубы Дэльтонов», с фирмой ее родителей — «Шарикоподшипники Монро».
— Да, сходство воистину удивительное, — кивнула Мелисса. — И если бы не контракт, я ни за что не вышлабы за Фабиана. Тем более что его бесила сама мысль о том, что я стану его женой.
— Вот сукин сын! Разве можно не любить тебя? Она бросила на него полупольщенный, полуумоляющий взгляд.
— Джефф, пойми же, Фабиан — очень надменный, волевой человек. Я ему вовсе не пара. Наверное, я из тех людей, которых в твоем времени называют «размазня».
— Ничего подобного! — возмутился Джефф.
Она не смогла удержаться от смеха.
— Ты очень добр ко мне. И все-таки Фабиану нужна была такая женщина, которая могла бы противостоять ему и ставить его на место.
Джефф тотчас вскочил и едва не запрыгал от радости.
— Вот он и получил Мисси! Ах, это просто чудесно. Хотелось бы мне оказаться там и посмотреть на эту потеху!