Айтишник
Шрифт:
– Здравствуй, Мария, – спокойно поздоровался Ванька, хотя внутри него от напряжения, свело кажется все органы. Так нервничал, что перестал вообще эмоции на лице показывать.
– Послушай, мне помощь нужна. Я сегодня должна ехать в приют для животных. Котика вчера подобрала на дороге, его машина сбила, – Мария теребила, ухоженными пальчиками, обложку учебника, что лежала на краю парты Ивана, кидая злобные взгляды на Злату. А Ваня, собственно глаз, с этих пальчиков не сводил, мечтая целовать их, но слушал очень внимательно, о чем говорила девушка, – проведать хочу. Вкусняшек увезти. Но я тогда совсем не успею уроки
Мария сложила умилительно ручки перед собой, изображая грусть и вселенскую печаль на лице. Иван расплылся, как яичница по сковородке. Нимб девушке нацепил. Она же идеальна! – воскликнул мысленно, – о животных беспокоится! Истинная леди!
– Ради такого, грех отказывать, – отчеканил Иван. От чего девушка захлопала в ладоши, наклонилась и поцеловала его в щеку.
Это было последней каплей, в выдержке Ивана. Покрылся пунцовой краской, глаза в парту опустил, пытаясь избежать позора. Он такое в штанах почувствовал! У него же не только бабочки порхали, там и стрекозы залетали, от счастья такого!
А вот Мария, немного отвернувшись, брезгливо вытерла губы, видя, что Ванька на нее не смотрит.
– Я тогда завтра утром, у тебя домашку заберу, ладно?
– Хорошо, – буркнул Иван, так и не подняв взгляд на свою богиню.
Злата наблюдала за спектаклем, прожигая взглядом белобрысую стерву. Как же она ее ненавидела.
– Вань, ты разве не видишь, что она врет тебе? Она же на дискач вечером идет, вот и не хочет домашку делать. Пользуется тобой, а ты ведешься! – эмоционально высказалась, когда Маша вышла из кабинета.
– Злата, я прошу не лезть в мои дела. Во-первых, это неприлично, если тебя об этом не просят. Во-вторых, врешь здесь только ты. И третье, сделай как было раньше, стань невидимкой. Мне неприятно с тобой сидеть, а уж общаться тем более.
Это был единственный диалог между ними за весь учебный год. А вот монологов Златы, которые Иван пропускал мимо ушей, было достаточно.
В десятом классе случился второй диалог в их жизни. Ванька просто устал, чувствовать на себе ее взгляд. Казалось, что она дыру в нем прожжет скоро.
– Ты можешь никогда на меня не смотреть больше?
– Хочу и смотрю, тебе какая разница? – удивилась Злата, что он вообще с ней заговорил.
– Меня от тебя тошнит. Скорее бы школа закончилась, чтобы навсегда избавиться от твоего общества.
– Я не виновата, что с тобой, ровно, как и со мной, все отказываются сидеть, – буркнула в пол голоса, проглатывая обиду.
– Это с тобой отказываются, а я сам не желаю общаться с кем либо, – Ваня был уверен, что такой, как он, не может быть изгоем, хотя по сути, именно им и являлся, для высшего общества.
– Ага, кроме того, что делать домашку за Марию. Чтобы получить раз в год, поцелуй принцессы! Какой же ты дурак Ваня.
– Не нужно оскорблять меня. Не нужно смотреть на меня. Не нужно лезть в мою жизнь. Следи за собой, забудь о моем существовании, как я забыл о твоем, – Иван в тот момент даже немного почувствовал вину перед Златой. Видел, что вот-вот расплачется. Но подумав, решил, что ничего особенного не сказал.
Через две минуты, вообще забыл о разговоре, ведь в класс вплыла богиня. Мария уже с третьим парнем за год встречалась, а Ванька все ждал, когда поймет, что они все ничто, по сравнению с ним. За этот год, он кажется
Тошнило от ее кудрей, которые вечно торчали в разные стороны. Волосы подобает собирать, или прическу аккуратную делать, как у Марии. Кудряшки мелкие были, красивые, но Ваньке не нравились. А еще, глаза ее, цвета янтаря бесили, и пахло от нее, совсем не вкусно, малиной, сладкой очень. Ненавижу малину, – размышлял Ванька, закидывая очередную ложку, малинового варенья в рот.
Одиннадцатый класс. Все как обычно. Домашка за двоих, ожидание поцелуя от богини. Он каждый день мечтал об этой девушке, а она в свою очередь, уже активно развлекалась по ночам с другими парнями.
Иван все переписки ее читал. Он давно стал увлекаться программированием. Даже окончил курсы. Интернет казался Ивану, интересным инструментом, при помощи которого можно узнать о человеке практически все. Иногда, когда следил за очередной перепиской Марии, представлял, что это он с ней переписывается. Обзывал парней, кричал на экран телефона, что не так нужно общаться с девушками. Нежно нужно, с любовью! А не тащить к себе на хату, где не будет родителей. И не просить, чтобы она приходила без белья.
Как же он злился в такие моменты! Он должен трогать ее прекрасное тело, а не они! По сути, Ванька даже список вел, с кем Мария встречалась, с кем целовалась, с кем спала. Забавно, три листа тетрадных было исписано, а Иван не переставал верить, что она прекрасная девушка. Просто не поняла еще, что счастье ее, рядом ходит, а она не замечает.
Во втором полугодии, Мария как ни в чем не бывало, подсела к Ивану в школьной столовой. Положила ручку на его ногу, немного поглаживая. Иван в тот момент, с трудом еду проглотил. Разволновался, особенно за то, что Мария его стояк заметит. Так постоянно случалось, когда она касалась его. И Ванька считал это показателем, значит он по-настоящему ее любит. Такое бывает, только от огромных чувств! Не то, что Злата. Она не вызывает желание оборачиваться на нее, – оправдывал свои подглядывания за девушкой тем, чтобы напомнить себе, на сколько она ему противна, и каждый раз оборачивался, чтобы убедиться вновь, на сколько же она не красивая. И она мило морщит нос, – думал Иван, вспоминая как украдкой смотрел на Злату, когда она сдувала с лица кудряшки, – все равно она не красивая, толи дело Мария!
– Ванечка, у меня к тебе, деловое предложение! С щедрым вознаграждением! – пролепетала девушка, сжимая ладонь на ноге Ивана, слегка надавливая ноготками.
– Какое? – тихо спросил, пытаясь не выдать своего возбуждения.
– Скоро экзамены, а я боюсь, что завалю. Сам знаешь, много времени провожу в питомниках, – Ванька знал, что врет, но на столько ему было на это плевать, кто бы только знал, – придумай способ помочь мне на экзаменах, за это, я с тобой потанцую на выпускном.
– Я подумаю, – воодушевился Иван.