Айрин
Шрифт:
— О! Вы и о нем знаете?! Может, расскажете, где я могу найти этого ублюдка?!
— На Вашем месте я бы вела себя более достойно.
— У меня слюна изо рта течет. Куда уж тут достойней.
— Снимите с нее кандалы, — приказала женщина.
Щелчок и оковы упали на пол.
— Спасибо, — поблагодарила Пенеола, потирая затекшие запястья и промокая рукавом своего костюма подбородок.
— Итак, полагаю, что Вы вступили в контакт с Райвеном Осбри.
— С Терреем Абсони, если быть точной.
— Террей Абсони мертв. Кроме того, он
— Тот человек назвался его именем.
— Имя человека, о котором Вы говорите, Райвен Осбри. И он использовал Вас в своих целях как марионетку. Теперь участь Ваша предрешена.
— Значит, нам пора вернуться к переговорам, — предложила Пенеола.
— Тебя подставили, девочка. Ловко, грамотно и умело.
— Плевать. Сейчас мы говорим о деньгах некой Айрин Белови и трастовых фондах ее отца. Вы нашли идеальную дойную корову, завладев кодами доступа к ним. Наверное, господин Белови слишком занят войной и поисками своей дочери, чтобы сесть и проверить, куда утекают деньги из его огромного кармана.
— Не понимаю, о чем ты говоришь.
— Я говорю, что приостановила финансирование ваших проектов и сменила код доступа к «личному кабинету» Айрин Белови.
Женщина напротив замолчала. Пенеола тоже не спешила говорить. Эта пауза длилась несколько минут и Пенеола, не выдержав, заговорила первой:
— Для того, чтобы продолжать войну необходимы деньги. Большинство зрячих — состоятельные люди со своим капиталом и положением. Трастовые фонды, закрытые счета, финансовые программы…
— Чего ты хочешь? — перебила ее женщина.
— Айрин Белови. Корабль и свободный воздушный коридор.
— Айрин Белови? Глупая, глупая девочка. Айрин Белови мертва. Ее нет, как нет ее сестры и друзей.
— Тогда почему в списках участников проекта «TR» фигурирует ее имя?
— Ты и об этом знаешь…
— Она у Вас. Дочь состоятельного человека, которого можно шантажировать достаточно долго… Чем не идеальная военнопленная для Ассоциации?
— Думаешь, МВС сохранит тебе жизнь? Тебе, военной преступнице по кличке «Черная Кайдис»?!
— МВС решать. Не Вам.
— Мы можем использовать и другие методы… И «щит» твой не станет помехой…
— Никто не даст Вам сто процентной гарантии, что я расколюсь под пытками. Стоит ли рисковать, особенно когда так необходимы деньги для того, чтобы продолжать войну?
— Тебе нужна Айрин Белови?
— Да.
— Понимаешь, как только девчонка вернется к своему отцу, код доступа в ее «личный кабинет» перестанет представлять для нас ценность. Нужно быть достаточно глупой, чтобы не понять главного: Герольд Белови знает, куда исчезают его деньги. Пока он готов платить Ассоциации, Айрин Белови будет находиться у нас. Ты всего лишь временно «заперла» эти деньги на счетах, к которым у тебя, кстати, доступа нет. Как только мы узнаем новый пароль для доступа в кабинет Айрин Белови, проблема будет решена.
— Пожалуйста, — развела руками Пенеола. — Кстати, который сейчас час?
— Не
— Я о Вас беспокоюсь. Пропустите вечернюю сетевую рассылку со скандальным признанием человека-легенды по имени «Черная Кайдис», которое та записала перед своим загадочным исчезновением. Думаю, солдатам и офицерам нашей доблестной армии будет интересно узнать, что твориться в тылу, пока они рвут свои задницы на фронте, сражаясь за стадо ублюдков, называющих себя «Ассоциация Зрячих».
— Даже если ты оставила свое загадочное сообщение, по сети оно не распространиться.
— А кто сказал, что именно я буду его распространять? У меня много друзей. Не зрячих, простых дерев, которые верят моему слову больше, нежели Ассоциации.
— Ты не жилец, — произнесла женщина, поднимаясь со своего места.
— Пусть так, но последнее слово все равно останется за мной.
Женщина отвернулась от Пенеолы и несколько минут стояла молча.
— Знаешь, а мне тебя жаль. Ты многого добилась, несмотря на свой изъян. Тебя уважают в определенных кругах, твоим именем устрашают противника… Но, в остальном… Ты — простой уродец, у которого нет будущего в мире без войны. Уверена, что даже сейчас, прекрасно понимая, что жить тебе осталось всего несколько часов, ты сожалеешь лишь об одном: что погибнешь в тылу, а не в битве.
— Если знали все заранее, зачем пришли сюда?
— Перед тем, как тебя казнят, я должна показать тебе кое-что. Будь моя воля, я бы оставила все как есть. Но, увы… Приказ есть приказ, — женщина обернулась к Пенеоле и улыбнулась. — Нам пора идти.
Женщина приложила ладонь к меркапзановой панели на стене. Раздался щелчок и перед ней распахнулась дверь.
— Ты идешь?
— Да, — выдохнула Пенеола и поднялась со стула.
— Это недалеко. Практически рядом…
Пенеола вышла следом за женщиной в хорошо освещенный коридор. Вдоль стен через каждые несколько метров стояли вооруженные охранники. Они склонили свои головы и смотрели в пол. Пенеола улыбнулась сама себе: будто бы почетный караул провожал ее в последний путь. И хотя Пенеола прекрасно понимала, что им просто приказано не поднимать глаз на пленницу, интерпретировать это как дань уважения офицеру, который завершает свой путь, было приятно.
Женщина остановилась у двери с надписью «Код доступа красный» и приложила ладонь к электронному замку на стене.
— Куда мы идем? — спросила Пенеола.
— Скоро ты все поймешь.
Двери распахнулись, и они вошли круглую комнату, где по периметру стояли компьютеры и различные электронные приборы. Слишком знакомая обстановка для того, кто побывал в подобном месте хоть один раз…
Женщина подошла к одному из компьютеров и начала водить пальцем по монитору.
— Это хранилище. Если ты знаешь, что такое проект «TR», должна понимать, где находишься. Подойди ко мне. Взгляни сюда.
Пенеола подошла к женщине и посмотрела на экран монитора.