Айрин
Шрифт:
— И это все?
— А что еще ты хотела услышать? Историю о том, как сильно я тебя ненавидела? Ты и так ее знаешь!
— Как была эгоисткой, так и осталась! — едва ли не прокричала Айрин и демонстративно отвернулась от сестры.
— Это кто еще эгоист?!
— Ты, конечно! Всю жизнь творила все, что хотела! Мне жаль Кимао, ведь теперь ему приходится отвечать за тебя.
— Я сама за себя отвечаю!
— Да, неужели? Ну, конечно же, ты у нас такая сильная и независимая, что способна послать на хрен всех и каждого в своей гребаной жизни! Это же проще, чем смотреть правде в глаза: во всех своих бедах ты виновата сама!
— Может, и виновата я,
— Предал — это когда трахается с другой, пока ты для него воду и еду крадешь! А убить себя дважды ради тебя, спасти твою неблагодарную задницу и позволять тебе вытирать о себя ноги — это преданность, Данфейт. Побойся Юги, ты же не застала его обнаженным с членом во рту Имайи!
— Еще бы немного и застала! — прокричала в ответ Данфейт.
— А бы на его месте плюнула на тебя и порезвилась с Имайей! Она бы с благодарностью отсасывала у меня ежедневно и сцен бы дома не закатывала!
— Я тебя презираю… — прошептала Данфейт, выражая отвращение своим помятым лицом. — Насколько Пенеола Кайдис была обезображена снаружи, настолько же безобразно твое нутро!
Айрин улыбнулась, будто бы ее совершенно не тронули эти слова. Очередная маска, выражающая безразличие, была натянута на ее лицо.
— Мне плевать, что ты думаешь обо мне, — произнесла Айрин. — За свои грехи я уже поплатилась. Но Кимао… За что ты его наказала? За то, что за мной не присмотрел? Да, тогда, год назад, когда мы остались вчетвером, он действительно бросил меня. Вышел в коридор и выстрелил себе в висок. Однако, неужели ты думаешь, что я не могла его остановить? Могла, конечно! Но не стала этого делать! Потому что знала, что он нужен здесь, дабы позаботиться о твоей неблагодарной уязвимой заднице! «Ты прочтешь это сообщение, когда меня уже не будет в живых. Пользуясь такой превосходной возможностью, я без стеснений и опасений за сохранность волос на своей голове, скажу тебе вещи, которые никогда бы не сказала в лицо. Всю свою сознательную жизнь я завидовала тебе. Ты красива, талантлива, умна, ты знаешь себе цену и не размениваешься по мелочам. Я хочу поблагодарить тебя, потому что только благодаря этому чувству неполноценности по сравнению с собой я стала той, кем являюсь сейчас. Ты все сможешь и всего добьешься. В этом я не сомневаюсь. И еще одно. Возможно, ты и не поймешь этих слов, но я все равно их скажу: связь с любимым человеком — это лучшее, что может случиться с тобой в этой жизни. Не позволяй им внушить тебе обратное. Расчет никогда не заменит настоящих эмоций. Пока ты чувствуешь, ты — существуешь. Ну, вот, пожалуй, и все! Удачи тебе, Айри!» У меня не абсолютная память, Данфейт, но текст твоего предсмертного послания засел в моей голове на всю жизнь. И на что, дорогая сестра, ты променяла свою связь с любимым человеком? На гордость рода Белови? Засунь эту гордость себе в задницу! Это говорю тебе я — твоя «идеальная» сестра!
— Правду говоришь, — злобно рассмеялась Данфейт. — Вся проблема действительно во мне. Издохни я на Мийе, ничего бы этого не произошло. Все остались бы в живых! Все, и ты в том числе!
— Хочешь поиграть в игру «а если бы»? Лучше, поблагодари Югу за то, что Ри Сиа спас тебе жизнь и возвысил тебя с Кимао! Ты знаешь, что у Райвена была матриати? Так же, как и меня, ее обучала Пире Савис. Именно Пире подложила эту женщину Райвену в постель. Савис манипулировала ей, пытаясь воздействовать на Райвена. А затем эта матриати попала в постель к Гвену. Меня ждала та же участь. Шесть лет назад Гвен прилетел на Сайкайрус и из нас двоих выбрал меня.
— Лежать на полу Амир знает где — не то, о чем я мечтала!
— Тогда напрягись и измени что-нибудь! — закричала Айрин.
— И что, по-твоему, я должна сделать? — так же громко прокричала Данфейт.
— Позови Кимао на помощь!
— Мы в меркапзановой комнате! Мой зов Кимао все равно не услышит!
— Юга! Ты что, идиотка?! Вон, дверь открыта нараспашку! Зови, пока сюда не заявились остальные и снова не заперли нас!
— Кимао!!! — закричала Данфейт.
— Про себя зови, а не ори во все горло! — понизив тон, шикнула Айрин.
— Кимао!!! Кимао!!! — продолжала голосить Данфейт.
— Ты что, издеваешься надо мной?! — не выдержав, сорвалась на крик Айрин.
— Да пошла ты!
— Сама туда катись!
— Вы так орете, что в коридоре стены трясутся…
— Заткнись!!! — в один голос прокричали Айрин и Данфейт.
Обе после этого уставились на распахнутую дверь и Кимао, стоящего в ней.
— Легок на помине, — прошептала Данфейт.
— Может, мне уйти? — спросил Кимао, прислоняясь к дверному откосу и складывая руки на груди.
— Нет, уж! — покачала головой Айрин и улыбнулась. — Раз пришел — заходи!
Кимао с ноги выносил одну дверь за другой в пустынном, хорошо освещенном коридоре, пока Данфейт и Айрин безвольно висели у него на плечах.
— Расскажи, как ты нас нашел? — попросила Айрин, глядя в пол.
— А потом об этом мы можем поговорить? — спросил Кимао. — Лучше, попробуй найти Райвена.
— Не могу: я его чувствую, — вздохнула Айрин.
— Может, позовешь, как я? — не удержалась от замечания Данфейт. — В моем случае крик сработал.
— Я тебя не по крику нашел, — ответил Кимао.
— Кимао, кажется, я съезжаю вниз, — пожаловалась Айрин, глядя при этом на Данфейт.
Кимао посильнее обхватил Айрин рукой за мягкое место и направился дальше.
— Спасибо! — улыбнулась она.
— Думаешь, меня это заденет? — не скрывая своего раздражения произнесла Данфейт. — Даже если он тебя в эту самую задницу поцелует, мне будет наплевать!
— Чего завелась, тогда? — улыбнулась Айрин.
Кимао остановился и перехватил, на этот раз, Данфейт.
— Перестаньте обе. Ваша перепалка меня уже достала! — огрызнулся Кимао.
— Слушай, а почему здесь нет людей? — спросила Айрин. — Где все праведники и прихлебалы нашего Пастыря?
— Практически все ушли.
— Куда ушли? — не поняла Айрин.
— Туда, — ответил Кимао и ударом ноги распахнул очередную дверь.
— Райвен? — позвала Айрин, как только ощутила присутствие зрячего рядом с собой.
— Кажется, он все еще спит, — ответил Кимао и опустил Данфейт и Айрин на пол.
Айрин обернулась и взглянула на Райвена, лежащего в меркапзановой комнате на полу.
— Райвен! Проснись! Райвен!
Кимао склонился над телом Райвена и похлопал его по щекам. Тот что-то промычал в ответ, но глаз так и не открыл.
— Придется ждать, когда хоть кто-то из вас сможет идти, — покачал головой Кимао. — Троих, при всем желании, нести я не смогу.
— С ним все в порядке? — спросила Айрин, обращаясь к Кимао.
— Если бы было не все в порядке, мы бы с тобой сейчас не разговаривали! — огрызнулась Данфейт.