Айнкрад
Шрифт:
С внутренней стороны запястья полоска пластыря удерживала иглу с подсоединенной к ней длинной тонкой трубкой — похоже, иглу для инъекций. Проследив глазами за трубкой, я обнаружил прозрачный контейнер на серебристой стойке. Контейнер был на две трети заполнен какой-то оранжевой жидкостью, которая медленно, но непрерывно капала.
Я пошевелил левой рукой, пытаясь понять на ощупь, что происходит. Похоже, я был полностью раздет и лежал на кровати из какого-то плотного гелеобразного материала. Поскольку температура кровати была чуть ниже, чем у моего тела, я
Я огляделся. Маленькая комната. Стены, выкрашенные в такой же простой белый цвет, что и потолок. Справа огромное окно, закрытое белыми шторами. Что снаружи, я разглядеть не мог, но желтый солнечный свет проникал внутрь прямо сквозь материю. Слева у изножья кровати стояла четырехколесная металлическая тележка, на ней корзиночка из ротанга. В корзинке был букет простеньких цветов — похоже, сладкий аромат исходил как раз от них. Позади тележки виднелась закрытая прямоугольная дверь.
Судя по всему, эта комната была больничной палатой, а я — ее единственным обитателем.
Я вернул взгляд к поднятой правой руке, и вдруг мне в голову пришла одна мысль. Я шевельнул правой рукой, сведя вместе кончики большого и указательного пальцев.
Ничего. Ни звукового эффекта, ни экрана меню. Я двинул рукой снова, более энергично, потом еще. Результат оставался одним и тем же.
Значит, я действительно был не в SAO. Тогда где — в другой какой-нибудь виртуальной реальности?
Однако информация, поступающая через все пять органов чувств, буквально кричала, что есть и другой вариант. Это — реальный мир. Это мир, который я покинул два года назад и не надеялся уже увидеть снова.
Реальный мир — у меня ушло немало времени, чтобы осознать значение этих простых слов. Долгое время мир мечей и сражений оставался для меня единственной реальностью. Я все еще не мог поверить, что того мира больше нет, что я уже не часть его.
Значит, я вернулся?
…Даже при этой мысли я не ощутил счастья или чего-то вроде. Только смятение и чувство утраты.
Это и была упомянутая Каябой награда за прохождение игры? Я определенно умер в том мире, мое тело распалось. Я принял это. И даже чувствовал удовлетворение.
Да — было бы нормально, если бы я просто взял и перестал быть. В том ярком свете, распасться, раствориться вместе с остатками мира, вместе с ней…
— Ааа…
У меня невольно вырвался звук. Горло, которым я не пользовался два года, отозвалось резкой болью. Но на это мне было наплевать. Распахнув глаза, я произнес единственное слово, единственное имя, которое пришло на ум.
— А… су… на…
Асуна. Боль, впечатанная в мое сердце, вспыхнула с новой силой. Асуна, любимая моя жена, которая наблюдала за концом мира вместе со мной…
Это все был сон?.. Прекрасная иллюзия, которую я видел в виртуальном мире?.. Смятенные мысли внезапно замелькали у меня в
Нет, она правда существовала. Не может такого быть, чтобы все эти дни, когда мы вместе смеялись, плакали, спали, — чтобы все они были лишь сном.
Каяба сказал: «Поздравляю с прохождением игры, Кирито-кун, Асуна-кун». Точно, именно так он и сказал. Если он включил меня в список выживших, значит, и Асуна тоже должна была вернуться в этот мир.
Едва я об этом подумал, меня переполнили чувства любви и тоски по ней. Я хотел встретить ее. Хотел прикоснуться к ее волосам. Хотел поцеловать ее. Хотел услышать ее голос, как она зовет меня по имени.
Я напряг все мускулы и попытался встать. Лишь тут я понял, что моя голова зафиксирована. Пошарив пальцами, я нащупал под подбородком застежку ремешка и расстегнул ее. На голове было что-то тяжелое. Я попытался снять это двумя руками, и то еле справился.
Я сел и уставился на штуковину у меня в руках. Гладкий темно-синий шлем. Провод того же цвета выходил из разъема на затылке и тянулся куда-то к полу. Это был…
Нейрошлем. Я на два года застрял в том мире вот из-за этого. Сейчас он был выключен. В последнем моем воспоминании шлем весь блестел; но сейчас цвета здорово потускнели. Местами краска облупилась, и из-под нее виднелся металл шлема.
Все мои воспоминания о том мире были внутри вот этого — такая мысль внезапно всплыла у меня в голове. Я погладил поверхность шлема.
Думаю, я никогда больше не напялю на себя эту штуку. Но свою работу она выполнила на отлично.
Пробормотав про себя эти слова, я положил шлем на кровать. Дни, когда я сражался вместе с ним, отошли в прошлое. Теперь, в этом мире, мне надо было сделать кое-что другое.
Внезапно я осознал, что снаружи доносится какой-то шум. Напрягши уши, я различил самые разные звуки — они словно говорили мне, что мой слух вернулся в норму.
Я различал голоса людей — они разговаривали и кричали. Слышал также поспешные шаги и звук колесиков передвижных коек.
Я никак не мог знать, в этой ли больнице Асуна. В SAO играли люди со всей Японии, так что шансов, что она здесь, было очень мало. Но я начну поиски отсюда. Сколько бы времени это ни заняло, я непременно найду ее.
Я откинул одеяло. По всему моему хилому телу вилось множество проводов. Может, это были электроды, которые на меня понасажали, чтобы замедлить деградацию мышц. Я их все сорвал. На панели рядом с моей кроватью замигал оранжевый светодиодик, взвыла сирена, но мне это было до лампочки.
Я вытянул из себя иглу капельницы и наконец-то полностью освободился. Затем опустил обе ноги на пол и медленно напряг мускулы, пытаясь встать. Сантиметр за сантиметром мое тело приподнималось, но колени дрожали; я чувствовал, что они откажут с минуты на минуту. Я горько улыбнулся; от моей сверхчеловеческой силы не осталось и следа.
Я вцепился в стойку для капельницы, и с ее помощью мне наконец-то удалось встать. Оглядевшись, я обнаружил на тележке, где стояла корзинка с цветами, больничный халат, и надел его.