Айко
Шрифт:
– В один знакомый ломбард, продал десять монет. Нам нужны деньги, а так как этим золотом я не расплачусь в магазине, пришлось продать. Правда, слишком много вопросов было. Говорят, ни в одном каталоге нет этих монет. Но золото, как сказали, девятьсот девяносто девятой пробы. Так что мы богаты.
– Будь в следующий раз осторожен, Миша. Как говорит моя мама, деньги к добру не приводят.
– Не бойся, буду осторожен. Да, кстати, наверное, тот охранник Серёжа уже вызвал милицию.
Я сразу вспомнила вкус пиццы.
– Боюсь, могу предложить только пельмени. И всякие вкусности, которые я вчера накупил.
– Жаль, ну ладно, пельмени тоже подойдут, – согласилась я.
Миша полез в морозилку. А я заметила на холодильнике какую-то фотографию – странно, не обращала внимания на неё. Я обмоталась мишиным шарфом и спросила:
– А кто там на фото, Миш?
– Это я с родителями.
Он снял карточку и протянул её мне.
– Ты тут смешной. Сколько тебе здесь?
– Лет пятнадцать, наверное. Я тут, как сказала мама, обиженный на то, что мне не купили ноутбук. Вернее, купили, но не совсем тот, который я просил. Отец сказал, что он нужен для учёбы, а я выбрал ноутбук для игр. Одним словом, молодой дурак на фотографии.
– Кого-то мне напоминает твоя мама. Глаза будто знакомые. Ой, как есть хочется!
«Тс-з-з-з-н-н-н, тс-з-з-з-з-н-н», – позвонили в дверь.
– Ой, кто это может быть, интересно? – тихо спросила я Мишу.
– А чего ты шёпотом разговариваешь? – так же тихо отозвался он.
«Тс-з-з-з-з-н-н, тс-з-з-з-з-н-н, тс-з-з-з-з-н-н…»
– Михаил, вы дома? – послышался голос Ирины Николаевны.
– Арахнида! Что ей нужно, интересно?
– Не знаю, может, не открывать? – испуганно предложил Миша.
– Михаил, я слышала, как вы вошли домой.
Решив, что деваться некуда, Миша подошёл к двери и сказал:
– Да-да, Ирина Николаевна! Пять секунд. Я переодеваюсь.
Он махнул мне рукой: спрячься, мол. Я укрылась за занавеской – любимое место в квартире при игре в прятки. Теперь я опять ничего не видела, могла только слушать. Миша открыл дверь.
– Здравствуйте, простите, что так долго, – извинился Миша.
– Я уж подумала, что вы прячетесь от меня, Михаил.
– От вас? Зачем мне это делать, Ирина Николаевна?
– Я же просила, Михаил: зовите меня просто Ириной, мне будет приятно. Можно войти?
– Ой, да-да, конечно, заходите. Только у меня не прибрано.
– Ничего страшного, вы же мужчина, вам можно не стыдиться этого.
По голосу я поняла, что Арахнида идёт сюда, на кухню, и отошла за занавеской в угол.
– Пельмени готовите, я смотрю? Прямо вкус детства…
– Да. Захотелось вот, давно не ел их, –
– А почему две тарелки на столе? Ждёте гостей?
– Нет-нет, не жду. Тарелки ведь разные, я просто выбирал, из какой есть… Сейчас уберу одну.
«Какой молодец, лихо выкрутился», – подумала я.
– Зачем же? Я могу составить вам компанию.
«Какая она наглая, – подумала я. – Напрашивается, вот же ведьма».
– Да, конечно, присаживайтесь.
– Ха-ха-ха-ха, – засмеялась Арахнида.
Это был необычный смех, я такой слышала в какой-то сказке, фильме. Так смеялась… точно, Снежная Королева. Мне стало не по себе.
– Я пошутила, я не ем пельмени. Я, собственно, к тебе вот по какому вопросу. Ничего ведь, если я на «ты»?
– Да, конечно, можно. Вам можно всё, – последнее слово Миша произнес тихо.
– Мне приятно, Михаил. Так вот, я продолжу. Ты ведь знаешь, кем я работаю?
– Эм, я так понимаю, вы ученый. Химик?
– Первое – да, а со вторым не угадал.
Она сказала это так, будто рядом стоял маленький глупый мальчик. «Да она издевается над ним», —подумала я.
– Я занимаюсь генной инженерией. Генетикой.
– А… Я слышал про это. Вы скрещиваете всяких животных: овечка Долли10.., – с улыбкой сказал Миша.
– Это не смешно, Михаил.
– Нет-нет, я просто вспомнил овечку, ну и…
– Не будем про овечку, я присяду?
– Да-да, конечно, садитесь.
– Ну так вот, Михаил. Ты мне кажешься не вполне стандартным молодым человеком, ты особенный.
– Я? – удивился Миша.
– Не перебивай меня, – как строгая учительница, сказала Арахнида. – Да, я считаю, что ты не вполне обычный. Кто твои родители?
– В каком смысле?
– Кем они работают и чем занимаются, ты же знаешь?
– Моя мама – переводчик с японского, а папа – тренер футболистов в ДЮСШ.
«Что? Мишина мама – переводчик с японского? А почему он мне об этом не сказал? Какое странное совпадение», – подумала я.
– У тебя очень необычная мама, – сказала Арахнида.
– Ну да, японский язык – это вам не английский.
– Я не об этом. Я ведь знаю Ольгу Николаевну.
– Откуда?
– Мы познакомились в университете. Я тогда училась, а твоя мама преподавала японский. Мы пересеклись случайно, ведь мы были на разных факультетах. Как-то я составила компанию своей подруге, которая училась на факультете востоковедения, и попала на лекцию твоей мамы.
– Ирина Ни… Ирина, я не очень понимаю, о чём вы сейчас. К чему вы ведёте разговор?
Я тоже не поняла, почему она ему всё это рассказывает.