Автор
Шрифт:
Пару лет назад, когда я окончил писательский техникум, я написал ей книгу, в которой попытался признаться в своих чувствах. Нет, это было не любовное письмо, это была настоящая книга. В ней были и повороты сюжета, и смерти героев, и развитие персонажей. Но знаете, что она мне сказала?..
– Что это? Очередная неинтересная сказка? – девушка оглядела меня с ног до головы, – я недавно похожее видела, в журнале «Бездари Петербурга», где публикуют рассказы писателей-неучей.
– Это не сказка, – я уставился в пол, держа в руках рукопись, которая, как мне казалось, обжигала мои пальцы холодным огнем, –
– Сказка. И ты сам это прекрасно понимаешь. Никто в здравом уме не назовет эти…, – она задумчиво потерла шею, – похождения…настоящим приключением. Знаешь, Степ, мне иногда кажется, что это не твое. Ты не писатель, – в ее голосе не было злобы или чего-то еще, было видно и слышно, что она не пытается меня обидеть или оскорбить, – попробуй себя в другой сфере.
Конечно, Миша мне потом говорил, что Афине невозможно угодить, но что-то в моем сознании изменилось, что-то щелкнуло в моей голове. Она права. Я бездарь, который не может написать что-то, что было бы способно зацепить читателей. Да, мои первые книги всем понравились, они до сих пор висят в списке «топ сто», но…разве это показатель? Нет, это не показатель. То, что эти «рассказы писателя-неуча» кому-то понравились, еще не значит то, что писатель на самом деле не неуч.
– Ау? – в трубке раздался беспокойный голос Михаила, – Земля вызывает Степу.
– Мне пора.
Я нажал на кнопку сброса звонка и отложил телефон на тумбочку, стоящую у моего старенького кожаного дивана, кожа с которого потихоньку начала слезать. Почему-то после того, как я вспомнил свою бывшую девушку, желание опустить руки только усилилось. Она права…
Я медленно опустился на диван, взяв с его спинки плед. В квартире, казалось, было так же холодно, как и на улице, а батареи, как назло, не работали. Мы вроде бы живем во время развития технологий, а свет с горячей водой все равно время от времени вырубают. Видимо это какая-то непосильная задача, с которой не может справиться даже самый разумный искусственный интеллект.
Я укутался в плед и лег, закинув ноги на диван. Как же холодно в этой квартире. Никогда не понимал отца, решившего мне на двадцатилетие купить квартиру в самом центре культурной столицы. Раньше здесь была коммуналка, в которой жили несколько семей, а теперь…она принадлежит мне. Старая квартира с потрескавшимися стенами и штукатуркой, которая так и норовит упасть мне прямо в тарелку.
Плед согревал меня лучше, чем что-либо еще. По крайней мере мне так казалось каждый раз, когда я закрывался им с головой. С каждой секундой веки становились все тяжелее и тяжелее, и вскоре я погрузился в сон.
– Спишь? – услышал я прямо над своим ухом и от неожиданности чуть не упал с дивана, – видимо, спал.
Диван стоял в центре какой-то мрачной пустоши, земля которой отдавала фиолетовым оттенком. Вокруг не были ничего, только эта жуткая фиолетовая пустыня. Голос, разбудивший меня, больше не произносил не звука, из-за чего мне казалось, что я начинаю глохнуть. Не было слышно ни ветра, ни шагов, ни чего-либо еще. Только звук моего собственного дыхания позволял не поддаться страху стать глухим.
– Эй, – крикнул я, вглядываясь в темноту, что окружала меня и диван, ставший для меня островом спасения, – эй!
– Не кричи, иначе они услышат, – вновь этот голос, такой знакомый и незнакомый
– Кто? – я не понимал, что происходит и где я нахожусь, – о чем ты?
– Ты знаешь, где ты находишься?
– Нет, черт возьми, я не знаю! – когда мне было страшно, я, сам того не сознавая, повышал тон, – ты можешь хоть что-то объяснить?
– А, – почему-то мне показалось, что собеседник стал немного грустным, словно он надеялся, что я уже все знаю и понимаю, – ты находишься в Апокрифе, месте, где…как бы так сказать, где ты встретишься лицом к лицу со своим главным…
– Не продолжай, мне уже не нравится, к чему это все ведет. И…может ты хотя бы покажешься? Знаешь, мне неуютно, когда я общаюсь с тем, кого не вижу, – где-то в глубине души мне не хотелось видеть своего собеседника, ведь я не знал, выглядит он как человек или же как… нечто иное, – да и как к тебе обращаться?
– Зови меня Гилморт, – из темноты вышел парень примерно моего возраста, и хотя он выглядел как человек, что-то очень сильно меня смущало, – я здесь…чтобы тебе помочь.
Я оглядел его с ног до головы и, кажется, начал понимать, что именно с ним не так. Мертвенно бледная кожа, фиолетово-зеленые круги под глазами, сами глаза пусты и стеклянны. Черт, да передо мной стоит живой труп!
Я отшатнулся от незнакомца, сердце ушло куда-то в пятки.
– Не…подходи, – это все, что я мог произнести в тот момент, – просто стой на месте!
– Я… – мой новый знакомый, если его можно было так назвать, застыл на месте, на котором стоял, – я не хотел тебя напугать.
– Я и не испугался, – гордость взяла свое, – я…
– Ну я же вижу, как ты дрожишь. Ладно, Степа, я не буду тянуть кота за…
– Не продолжай.
– Хорошо.
Я, вздохнув, закрыл глаза и потер их руками. Как же хочется просто взять и оказаться сейчас дома. Подальше от оживших трупов, пустошей и…я услышал странный звук, похожий на скрип.
– Они на услышали, – тихо прошептал Гилморт, – идем…
Я нехотя направился за новым знакомым куда-то во тьму, стараясь не прислушиваться к приближающимся звукам. Зачем я вообще иду за ним? Куда я иду? Внезапно я увидел дверь, стоящую прямо посреди бескрайней пустоши.
– Мне…войти? В эту дверь? – я повернулся к Гилморту и остолбенел, увидев за ним странный механизм, который с каждой секундой становился все ближе, – Гилморт…?
– Иди.
Я открыл дверь, и, не обращая внимание на пустоту, шагнул внутрь.
Головная боль заставила меня подняться и подойти к столу, чтобы взять с него упаковку таблеток. Мысли путались, так что думать трезво у меня не получалось. Еще один такой сон и я сойду с ума. Мне не в первый раз снится что-то подобное…как мне кажется. Но этот сон был реалистичнее всех других. И тут я остановился. Этот механизм…он выглядел точно так же, как в моей первой книге…именно так я в свое время показал нейросеть.
Я направился на кухню за водой и взял стакан дрожащей рукой. Черт, видимо сегодня я больше не сплю. Я закинул в рот таблетку и сделал глоток воды. За окном было светло, а значит я либо долго спал и уже утро, или мало и еще ранний вечер. Я потрогал батарею. Все еще холодная, значит отопления не будет еще долго. Я вздохнул и уставился на листья, кружащиеся в воздухе из-за ветра.