Аватара
Шрифт:
Разговор с оправившейся от потрясения Мари оказался неожиданно интересным. Она сообщила, что участвовавший в нападении ее бывший поклонник Жак связан с какой-то крупной фармацевтической фирмой.
— Во время нашей последней встречи, — заметила Мари, криво улыбаясь, — у меня возникло ощущение, что его во мне интересует не женщина, а иммунолог… С таким пылом задавал он мне вопросы, между прочим, о лентивирусах тоже… Меня, помню, это удивило, но поскольку он генетик, я решила, что увлеченность наукой заслоняет в нем мирские интересы… Теперь я думаю, что его фирма уже тогда занималась СПИДом. Он все спрашивал, не приходилось ли
«Так, так, — про себя заметил я, — «родная» «Триада», постоянно удостаивавшая нас своим вниманием, судя по всему, к нападению в Пеште отношения не имеет. Появился кто-то еще. Может, зверь покрупнее».
— Мари, — обратился я к ней вслух, — наверное, твои «друзья-генетики» следили за нашим симпозиумом. И в качестве награды за усердие обнаружили тебя. Импровизируя, решили прихватить тебя с собой, чтобы ты смогла продолжить свои научные изыскания в их секретных лабораториях. Поль-то, оказывается, был прав, когда советовал тебе не высовывать своей красивой головки с территории Солони.
— Ты с ума сошел, Виктор! — неожиданно резко отреагировала Мари. — Не могу же я всю жизнь сидеть в Солони!
— Тут ты, пожалуй, права. Монастыри и закрытые научные лаборатории не для тебя. Но все же нам надо быть крайне осторожными. Раньше крали красивых девушек и физиков, теперь охотятся за генетиками и иммунологами. Счастье, что предусмотрительный Жорж послал с тобой охрану! И все-таки что же делать дальше?
— Как что? — почти беззаботно заявила Мари. — Ты женишься на Жаклин и уедешь с ней в Венесуэлу. Там вам будет спокойнее, да к тому же, может, и нащупаете путь борьбы с LAV. А я сама приду к Анри и попрошу его взять меня в жены. Обещаю ему быть отличной женой. Это я сумею. Если согласится, увезу его на Мадагаскар.
Она очаровательно улыбнулась:
— Ну скажи честно, неужели найдется мужчина, способный отказаться от моей руки?
Я взглянул на нее. За последние несколько часов лицо Мари заметно побледнело, под глазами были круги. И все же… Все же она была чертовски хороша. Совершенно искренне я произнес:
— Такого мужчины, Мари, не существует!
ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА
«Аватара» — повесть фантастическая, поэтому в ней есть вещи необычные, необыкновенные, не встречающиеся в действительности. В то же время в повествовании фантастика переплетается с реальной географией, с имевшими место историческими фактами, с биографиями известных политических и общественных деятелей. Географические подробности призваны помочь юному читателю ознакомиться с близкими и дальними странами, понять особенности их исторической эволюции, а прямые экскурсы в историю — не только пробудить интерес к ее малоизвестным, забытым страницам, но и, главное, способствовать формированию собственного понимания законов развития человеческого общества с позиций исторического материализма. Приключенческая литература и фантастика, как известно, имеют свои особенности жанра, благодаря которым читателям, особенно юным, легче понять и усвоить законы человеческой истории.
История творится конкретными людьми. Но она не является просто суммой действий отдельных личностей. «Люди сами творят свою историю, но чем определяются мотивы людей и именно масс людей,
66
Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 26, с. 58
67
Там же
Существует еще одна опасность. Сама подготовка империализмом авантюр с применением современного глобального оружия неизбежно ведет нынешнее буржуазное общество к коренным политическим и социальным сдвигам. И прежде всего, это будет возрождение фашизма в самых разнообразных формах. Фашизм может неожиданно утвердиться в традиционно либеральных буржуазных государствах. Катализатором установления фашистских порядков могут оказаться внезапные социальные коллизии, в том числе вызванные последствиями вмешательства военных авантюристов в климат и природу нашей планеты. О подобной опасности предупреждает история утопических государств, описанных в повести.
Сегодня в развитых капиталистических странах существует явная недооценка возрождения фашистской угрозы. Между тем после второй мировой войны во многих из них, включая США, не раз возникал призрак фашистской диктатуры, хотя, возможно, те же американцы в большинстве своем не подозревали о подобной опасности. Но об этом свидетельствуют документы, и не случайно этой проблеме посвящены послевоенные произведения ряда американских писателей. Что же касается Европы, то рост профашистских настроений в некоторых ее капиталистических странах каждый раз был прямо-пропорционален остроте социальных потрясений. Фашизм паразитирует на ухудшении жизненного уровня трудящихся, а буржуазия поощряет его, выдвигая в качестве противовеса коммунистическим и леводемократическим партиям. При этом следует помнить, что фашизм был всегда тесно связан с безрассудными военными авантюрами. Вот почему эпиграфом к этой книге взяты слова большого гуманиста нашей эпохи чешского коммуниста Юлиуса Фучика: «Люди, я любил вас! Будьте бдительны!»