Авалон-2314
Шрифт:
Лилия? Не понять… В чем принципиальная разница между разговором при помощи коммуникатора и выходом в вирт, Хонгр не видел. Скорее всего, в вирте действуют другие протоколы связи, которые более успешно шифруются и меньше проверяются, чем прямые линии коммуникаторов.
Выудив из рюкзака обруч, Хонгр собирался водрузить его на голову, когда Минтимер спросил:
– Зачем ты пользуешься этой дрянью?
– Ты вроде бы тоже регулярно ныряешь в вирт.
– Но не с помощью ментоизлучателя. Почему бы тебе не завести нормальные
– Не знаю, почему сразу мне имплантаты не поставили. А сейчас я вроде как на нелегальном положении. Не до операций.
– Ментоизлучатели ненадежны, – заявил Минтимер. – Они подавляют мозговую активность. Однажды ты можешь надеть такой обруч и не снять его. Особенно если вокруг никого нет. Думаешь, почему он такой массивный? Чтобы сразу было видно человека, который им пользуется. В имплантатах всегда есть система блокировки, а эта техника ненадежна. Блокиратор легко отключить.
– Угу, – кивнул Хонгр.
Минтимер был прав. Стоило помнить и о том, как ему достался ментообруч. Он может оказаться миной замедленного действия. Нужно, по крайней мере, приобрести такой же, а не пользоваться этим. Возможно, тут давно сделана перепрошивка, причем без ведома Лилии.
Взяв коммуникатор, Хонгр одним нажатием на сенсор ввел стандартное текстовое сообщение:
– Свяжусь с вами позже.
Если будет что-то срочное, Лилия может послать «телеграмму» – обычное текстовое сообщение. А если она хочет пообщаться в вирте с эффектом присутствия, то сейчас не до нежностей. Дома, всё дома.
– Девушка? – как-то странно улыбнулся Минтимер.
– Да, – ответил Хонгр.
– Чужая?
Революционер подивился проницательности соратника, но ответил:
– Отчего же чужая? Моя.
– А… Ну-ну.
Машина выскочила на ровный участок дороги рядом с пропастью. Борясь с искушением открыть дверцу и выпихнуть туда всезнающего Минтимера – все равно ведь воскресят, – Хонгр размахнулся и швырнул в пропасть ментальный обруч.
– Спасибо, – поблагодарил он соратника. – Осторожность никогда не повредит.
Изумление, отразившееся на лице татарина, оказалось хорошей наградой для Хонгра.
Фея по-настоящему окрылила меня. Так вдохновить мужчину может только женщина – наша половина, наша противоположность, человек, к которому нас всегда будет тянуть и который всегда останется для нас загадкой. Девушка заставила меня поверить, что я нужен и полезен. Какое же полупризрачное, созерцательное состояние овладело мной в двадцать четвертом веке! Несомненно, я нуждался в такой встряске!
Тем больший шок я испытал, вновь очнувшись в лаборатории восстановительного центра – на несмятых простынях, в одиночестве, лишь со своими мыслями и памятью.
– Что это было? – спросил я, ни к кому отдельно не обращаясь.
– Понравилось? –
– Ты?!
– Кто же еще?
Ответить мне было нечего. Не так давно я не захотел заниматься виртуальным сексом с очень симпатичной мне девушкой – и вот теперь сделал это с компьютерной программой. К тому же не с простой программой, а мощнейшим искусственным интеллектом, который играет мной, использует для своих целей.
– Эй, Даниил! – прервала затянувшееся молчание Моргана. – Ты что, обиделся?
– Обиделся – не совсем верное слово. Я удручен.
– И ты смеешь говоришь такое женщине, после того как соблазнил ее? Можно сказать, обесчестил?
– Издеваешься?
– Нет. Я полагала, ты джентльмен.
– В каком смысле?
– В том, что удовлетворить женский каприз для тебя естественно. И ты не будешь вспоминать о том, что было, хватаясь за голову, как истеричная гимназистка, и уж тем более не станешь упрекать меня.
– Я не упрекаю. Пытаюсь понять.
– Что именно?
– Зачем ты так поступила.
– Мне захотелось.
– Не верю. У существа с таким уровнем интеллекта не может быть столь простых, более того, плотских желаний.
– Секс – не только торжество плоти. Не хочешь же ты сказать, что сознание твое полностью отключается, когда ты остаешься наедине с красивой девушкой?
– Ты уводишь разговор в сторону. Зачем ты поставила меня в такое положение?
– А почему нет? Я ведь тебя не заставляла.
– Но ты не дала понять, кто ты. Где мы.
– Есть разница?
– Есть.
– Ты не слишком-то вежлив.
– Я это уже слышал. Да, в данной ситуации я веду себя не как джентльмен. Но и ты ведь не женщина. – Мне стоило большого труда произнести эти слова, но я смог.
– Ошибаешься. Я не просто женщина, а идеальная женщина. Воплощение женственности. Ведь я знаю стольких женщин и стольких мужчин…
– И сейчас захотела узнать меня. Точнее, познать. Верно?
– Что же такого я обнаружила, чего не знала прежде? Ты помнишь, что мне доступна практически вся твоя память? – возмущенно проговорила Моргана. Ох уж это возмущение! У меня ведь складывается ощущение, что я беседую с настоящей женщиной, – скажем, по телефону. Более того, с близкой мне и имеющей на меня определенные права женщиной…
– Помню, – стараясь оставаться невозмутимым, ответил я. – Но, возможно, ты хотела исследовать мои отзывы на определенные раздражители?
– Фи, как неромантично!
– Зато надежно и практично. К тому же мне действительно очень понравилось.
– Я знаю.
– Именно это меня и пугает.
– Тоже знаю. Как и могла предугадать твою нынешнюю реакцию. Ты понимаешь?
– Да.
– И что думаешь по этому поводу?
– Что ты все равно останешься в выигрыше.
Моргана звонко расхохоталась: