Атын

Дубровский Виктор

— Узел четыре, мир один, обнаружен маяк, выполняется синхронизация, — прокомментировал ИИ, — синхронизация выполнена.

В окно дунуло сырым ветром, выровнялось давление, и сразу я почувствовал запах прелой листвы, грибницы и ещё чего-то неуловимо знакомого. В портал видно кусты красной смородины, с ярко-желтыми листьями и гроздьями ослепительно-красной ягоды. Здесь, видимо, осень. Я замер, в тишине светлого утра слышно как работает радио.

В эфире – "Маяк". Московское время шесть часов. В эфире новости. Сегодня, 29 августа 2001 года продолжит свою

работу юбилейный, тридцатый съезд КПСС. Вчера на пленарном заседании с приветственной речью участникам съезда выступил почётный гражданин Советского Союза Лаврентий Павлович Берия.

Я прокрался немного вперед, первый в истории человечества сознательный шаг из мира в мир. Я вышел из-за крутого, практически вертикального берега реки, в гуще кустарника. Я скрывался за большим валуном рыжего песчаника.

…генеральный секретарь ЦК КПСС Юрий Владимирович Андропов с докладом "Отчёт Центрального комитета КПСС и очередные задачи партии в области внутренней и внешней политики".

— Эй, Вовка, выключи радио, ехать пора. Иди, садись, а то опять опоздаем.

Взревел мотор, сбросил газ и ровно заурчал, постепенно набирая обороты. Из-за камня стало видно, как лодка с подвесным мотором вырулила на стремнину и пошла вниз по речке. Я присмотрелся – вроде Прогресс-4 с Вихрем. В лодке двое взрослых и двое детей. Когда стих звук мотора я осторожно вышел из-за камня.

На берегу – залитый костер, еще тёплый. Река шириной километров семь, вдали виднеются острова, порытые тальником, совсем далеко – высокий берег. Я глянул в бинокль, поправил изображение, никаких следов активной индустрии не увидел. Ну и ладно. Мир, в котором жив Берия – это не тот мир, куда мне надо. Я зашел в портал и приказал:

— ИИ, закрывай портал, отметь его как "2001 берия жив".

— Принято. Индекс проставлен. Переименовать прежнее название?

— А что, у него и название было?

— Цифровой индекс. В базе данных мир помечен, как перспективный, туда был заброшен модуль ИИ в составе базы нулевой комплектации, но, по каким-то причинам, не активизирован.

— Переименовывай.

Ичил из-за ящиков спросил:

— Магеллан, это что, не твой мир? А что там говорило? Что там рычало? Там опасно?

— Нет, не опасно. Это мир, похожий на мой, только не тот, что надо. Хотя, при необходимости можно было бы нырнуть туда. Выжили бы, конечно, но с определенными трудностями.

— А, ну ладно. Всё равно интересно, как там люди там живут.

— Потом сходим. Посмотрим на СССР. ИИ, давай следующий портал.

Опять бормотание ИИ.

— Узел четыре, мир два, обнаружен маяк, выполняется синхронизация. Синхронизация выполнена.

Опять сиреневая рамка портала, в лицо ударил снежный заряд. Я вышел наружу, ветер чуть не сбил меня с ног. Ну нифига себе! На планете ветерок под двадцать метров в секунду, хороший такая буран, а температура, по ощущениям моего носа – под минус сорок. И не поймешь, то ли степь, то ли тундра. Я сразу же заскочил назад, в теплое и сухое помещение. Немедля заверещал сигнал, а на экране планшета появилась надпись красными буквами: "Повышенный уровень радиации. Рекомендуется гермокомбинезон второго класса защиты". Нахрен комбинезон, я вообще туда выходить не собираюсь.

—

ИИ, закрывай окно быстрее. Пометь его как "ужос буран радиация".

Рамка погасла. Чёрт, вот же как бывает. Понятно, что не везде вечное лето, но всё равно неожиданно. Да ещё и радиация. Там что, постапокалипсис? Мир после ядерной войны? Жутковато, но мне туда точно не надо, если, конечно, пока я отсутствовал, не случилось войны. Но тогда всё равно не надо.

— ИИ, давай следующий мир. Домой хочу.

И снова бормотание ИИ.

— Узел четыре, мир три, обнаружен маяк, выполняется синхронизация…

Открылась рамка портала, какая-то кривая, с плавающими краями. Я увидел сквозь неё окраины деревни и сразу же узнал. Это она, она! Моя малая родина! Вот излучина реки, вот пляж, а вон там мой дом!

— Срыв синхронизации, — сообщил ИИ, и рамка схлопнулась.

— Чёрт, что происходит? Давай еще раз!

Та же картина: кривая рамка портала, да еще и плавает сама по себе, вот и сейчас, её повело куда-то в сторону, потом вверх. Деревню можно наблюдать с высоты птичьего полёта. Точно так же, как в тот злополучный день, когда меня сюда забросило. Как некстати! Стою, понимаешь ли, в шаге от эпохального открытия, и вот тебе!

— ИИ, в чем дело?

— Неисправность канала синхронизации для данного мира. Необходимо вмешательство персонала.

Хотелось отчаянно выматериться, но ИИ здесь вроде и не при делах.

— Давай, говори, что там надо чинить. Лудить, паять, крутить?

Короче, дорога домой откладывается на неопределённый срок. Я хлебнул водочки и успокоился. И даже рассмеялся. Ну надо же, законы Мэрфи в действии.

— Помещение тридцать шесть, второй ярус.

— Веди.

Зазмеились зеленые стрелки, и я пошел вперед. Это оказалось помещение, по какому-то недомыслию, или недоработке ремботов, пострадавшее от вандалов, но не отремонтированное.

— Пункт управления номер семь, — сообщил мне ИИ.

— Ты почему не сообщил мне, что тут погром? Почему не отправил ремботов чинить явно порушенное оборудование? Что за бардак, я тебя спрашиваю?! Молчать, когда с тобой поручик разговаривает! Отвечай! Распоясались тут!

Пункт управления и разбомблен-то тоже был не конца. Разбит один монитор, с потолочного кабельроста свисает порванный кабель и елозит под действием сквозняка одним концом по тачпаду на поверхности стола. Вот и ответ. Как он елозит, так рамка портала и ходит ходуном. Я забрался под потолок, и совершенно нецивилизованно, на простую скрутку, срастил порванные жилы кабеля. Благо они по цвету отличаются. Спрыгнул со стола и говорю:

— Ладно, паскуда, пошли пробовать ещё раз.

Повторились стандартные мантры ИИ:

— Узел четыре, мир три, обнаружен маяк, выполняется синхронизация. Синхронизация выполнена.

На этот раз рамка портала не трепыхалась, а вполне устойчиво открылась в какую-то кромешную темноту. Я включил фонарь и посветил вперед. Хм. Что-то смутно мне напоминает. Особенно вот эти разноцветные пластиковые банки на полках и вон тот бочонок. Я, помнится, в таком рыжики солил. Это чей-то подвал или погреб, и, мне так хочется верить, что это именно то, о чём я подумал. Я, уже без всякого трепета, прокрался внутрь и провел лучом света по тёмному царству. Так и есть. Мой, личный подпол, шайтан его возьми, так и хочется закричать, затопать, засвистеть.