Атомный век

Белозёров Михаил Юрьевич

– Включи фонарь!

Пока Архипов рубился лучом фонаря, как мечом, сверху вниз, снизу вверх, справа налево, слева направо, вдоль и поперёк, Берзалов выхватил из разгрузки сигнальный фальшфейер, ломая ногти, сорвал колпачок и дёрнул за шнур. Темноту бывшего ресторана разорвала яркая вспышка, красное пламя с шипением ударило вверх, и по толпе людей в чёрном пронёсся крысиный писк ужаса. Они шарахнулись, закрываясь руками, но было поздно: те, кто находился ближе всего, сразу же прекратились в пепел, а те,

кто попытались бежать, падали и умирали на мгновение позже. Спастись удалось лишь тем, кто только ещё вылезал из мрака.

– А-а-а! А-а-а! – орал Берзалов, тыча во все стороны фальшфейером и выкашивая ряды противника, словно косой.

В окна снова полоснул свет от прожекторов, и они с Архиповым окончательно разогнали нападавших по углам. Можно было всех элементарно добить, но пулемёт Русакова и автомат Бура уже начали захлебываться. И тогда Берзалов и Архипов бросились в следующее помещение, которое оказалось кухней без окон. Призраки таились по углам и, казалось, только и ждали, когда у Русакова и Бура кончатся патроны.

– Свои! – крикнул Берзалов, швыряя в толпу призраков фальшфейер и зажигая новый.

– Я же говорил! – кричал Бур, воинственно отстреливаясь из автомата. – Говорил!!!

– Говорил… – согласился Берзалов, – а надо было кричать! Счастье наше, что мы попали сюда на рассвете. – А где Кец?!

– Кец! – всполошились все. – Кец! Кец!!!

И праведный гнев охватил их, и каждый из них готов был идти дальше и драться c людьми в чёрном до победного конца. Бур даже предложил прогуляться по подсобкам, откуда тоже слышался крысиный писк.

– Да здесь он, здесь, – в наушниках раздался спокойный голос Сундуков. – Давно уже на броне.

– Чего же ты молчал?! Вашу-у-у Машу-у-у!.. – выругался Берзалов. – А Сэр?..

– И Сэр здесь, – сказал Сундуков.

У Берзалова отлегло с души.

– Там… – вдруг сообщил Бур, указывая на подсобные помещения и порываясь бежать и кромсать, тем более, что он тоже зажег фальшфейер, – там их столько!

– Всё! – сообразил Берзалов. – Хватит! Хватит! – и принялся оттягивать в сторону Архипова и Русакова, которые носились по углам и закоулкам и совали везде, в том числе и в вентиляцию свои фальшфейеры. – Уходим! Уходим!

Его трясло, как в лихорадке. Никогда он не был так близок к смерти, как сейчас.

– Уходим!

И только оказавшись в бронетранспортёре и, испытав облегчение, они начали смеяться, показывая на друг друга пальцем:

– Негр, негр, негр!

Филатов завёл и ввёл бронетранспортёр на широкую улицу. Наконец взошло солнце, и город казался вымершим.

– А ведь мы словно сажей перемазаны! – заметил Архипов, поглядев на себя в зеркало.

И действительно, вся одежда, лица и руки стали чёрными. А потом наступила реакция.

– А ему как влепил! – кричал Бур.

–

А я ему прямо в роже, в рожу! – вторил ему капитан Русаков. – Но если бы не вы, братцы, – обнял он Архипова, – мы бы с Буром и пяти секунд не продержались.

– А кто это были вообще? – спросил Сундуков и выпучил свои и без того изумлённые жизнью глаза.

– А чёрт их знает, может, эти самые инвазивные захватчики, – предположил Архипов. – Я, честно говоря, уже с жизнью прощался, да Филатов и Сундуков выручили. Как дали прожекторами – всех в труху.

– Нет, это не захватчики, – уверенно заявил Берзалов, будто знал истину. – Потому что реальной силы за ними нет.

– А кто тогда?! – спросили хором у него и уставились требовательно, словно от слов Берзалова зависело их существование.

– Я думаю, – сказал Берзалов, – просто какие-нибудь паразиты, пришедшие следом за инвазивными захватчиками.

– Какие ещё паразиты?! – страшно удивились все.

– Могут быть у них паразиты? – спросил Берзалов.

– Могут! – согласились все.

– Но какие? – им хотелось точности в суждениях, чтобы опереться на них и не мучиться раздумьями.

– Обычные, гаплогруппа из космоса, со схожими намерениями. Место освободилось, вот они и явились, кто откуда. Некоторые – из какого-нибудь сумеречного мира.

– Выходит, они каким-то образом узнали, что человечество вымирает? – спросил Сундуков и сам же изумился своим умным речам.

– Мы так бабахнули, что видно и слышно было по всей галактике, – сказал Берзалов. – Потом разберёмся. Зайдём сюда днём с мощными прожекторами и всю нечисть выжжем. А кого не выжжем, того допросим и поймём, что это за звери.

– Кровопийцы! – высказался Гуча. – Космические гопники!

– Точно, – обрадовался Бур и впервые открыто улыбнулся.

Берзалов улыбнулся ему в ответ, потому что получалось, что Бур как бы герой, а героев не ругают, наоборот награждают. И не такой уж он плохой парень, подумал Берзалов. Если выживет, напишу на него наградной лист. Не зря же он в глубокую разведку подался.

– Не зайдём, – уверенно сказал Русаков.

– Почему?

– Потому что этот город только один раз показывается.

– Ну да… – вспомнили все, – ну да…

– Мне кажется, что он вообще в другом измерении.

– Жаль… – со вздохом сказал Гуча, который не участвовал в схватке и поэтому чувствовал себя ущемленным. – Жаль! Кому расскажешь, не поверят.

– А самое главное, что командованию доложить? – чуть наивно спросил капитан Русаков и посмотрел на Берзалова, мол, мое дело маленькое, я как бы ни за что не отвечаю, пусть Берзалов сам тянется перед начальством.

– Скажем, как есть, – авторитетно ответил Берзалов, – пусть верят или не верят, нам какая разница.