Атлантида

Заклинский Анатолий Владимирович

– Я должен был просто поговорить с тобой прямо сейчас, Маст. Ты понимаешь это.

– Да, я понимаю. Как там лайнер? Все спаслись?

– Все, кто мог, спаслись. Наши силы разгромили илианцев, и последние из них отступили вместе с тобой. Я не знаю, зачем они забрали тебя наверх. Это было глупо, но слава богу ты жив, и ты сам справился. Март от тебя в восторге. Я знаю его давно, и он никогда не ошибался в людях. Итак, Маст, после того как врачи разберутся, я бы хотел ещё раз поговорить с тобой. Но сейчас у меня неотложные дела. Хорошо?

–

Конечно, хорошо.

– Сейчас к тебе придёт врач. И придёт Март. Его разговор не такой секретный, как мой, поэтому с ним ты можешь говорить открыто. Только на все вопросы об илианцах не отвечай теперь никому. То, о чём мы говорили, должны знать только мы. Хорошо?

– Да, хорошо.

– До новой встречи.

Винк, зная, что у Масти плохо работает правая рука, сам правой рукой пожал его левую и ушёл. Едва он хлопнул дверью, как в палату вскочил тот самый врач, а за ним шёл ещё один человек в белой униформе космолётчика. У него были уже седые волосы, но как только он сказал: "Рад видеть тебя, Маст", Масти сразу узнал его голос. Голос, который помог ему спастись. Это был Март.

– Знаешь, я не буду говорить многого. Я знаю, что сейчас тебе не до этого, - сказал он, взглядом кивнув на доктора, который уже хлопотал вокруг раненого плеча Масти, - но если ты хочешь стать космолётчиком, я могу дать тебе свою рекомендацию. Я кое-чего уже достиг, и меня послушают. Даже на такую посадку в полуавтоматическом режиме мало кто отважился бы.

– Я тоже хотел стать космолётчиком.

– Я часто просматриваю данные школ, и у меня хорошая память. Ты ведь не подавал заявку.

– Я испугался.

– Знаешь, Маст, тебе стоит попытаться туда поступить, если ты этого действительно хочешь. Пусть ты и испугался, но ты не испугался посадить орбитальный челнок. Он конечно примитивный и заточен под человека, который ничего не знает. Там были земные толстосумы, среди них должен был быть один пилот, но на случай если его не будет, автопилот сочли ненадёжным, и наделили тамошнюю автоматику небольшими полномочиями. Ею всё же должен был управлять человек, который не разбирается ни в чём. И поверь, для человека, который не разбирается ни в чём, ты показал себя отлично.

– Правда?

– Правда, Маст. Я даже восхищён. Ты напомнил мне меня в молодости. Но в отличие от тебя, я тогда подал заявку, и поэтому ты должен сделать то же самое.

Личный компьютер в кармане Марта издал небольшой сигнал.

– Сожалею, но я должен идти.

– И будет лучше, если вы сделаете это прямо сейчас, - с какой-то небрежностью одёрнул его доктор, - ему нужен автоматический хирург и как можно быстрее.

– Да. Хорошо. Пока, Маст.

Он дотронулся до его нерабочей руки в качестве замены рукопожатия, но не особо тряс.

– Мы ещё увидимся, я думаю. Я дам рекомендации.

– Спасибо, - сказал Масти.

– Не благодари. Просто ты это заслужил.

Март ушёл, а доктор, похлопотав над раной ещё несколько минут, сказал:

– Все

обломки костей, которые я обнаружил, я вытащил. Кость задета, но не перебита. Вам повезло, дорогой Маст. Но всё равно вам нужен автоматический хирург. Он восстановит вас примерно за полтора часа. Плюс реабилитация. К завтрашнему утру вы будете в порядке. Я исследовал ваш организм, и противопоказаний не нашёл, поэтому, дорогой Маст, я сделаю вам наркоз, после чего вас положат на автоматического хирурга. Если вы против, то вы можете отказаться и прибегнуть к помощи хирурга-человека, и потом ожидать когда ваша рана срастётся сама. После автоматического хирурга вам потребуется три дня на укрепление костного материала, которым будет восстановлена ваша кость, а потом вы будете полностью дееспособным. Какой вариант вы выбираете?

– Хирурга. Автоматического.

– Да. Хорошо, Маст. Я лично проконтролирую его работу.

– Как вас зовут?
– спросил Масти после некоторого молчания, во время которого ему делали укол, - хотелось бы познакомиться лично.

– Виктор.

– Это сокращенно Вик, да?
– спросил Масти, уже ощущая, как наркоз начинает действовать.

– Да. В детстве меня так и называли.

– Хорошо, Виктор, я надеюсь, мы ещё, - неожиданно на Масти накатила волна наркоза, - увидимся.

– Увидимся, Маст.

Это было последним, что он услышал прежде чем наркоз подействовал.

Сквозь сон Масти ощутил, как сам шевельнулся. Это было первым, что он понял. И вдруг он почувствовал чью-то руку на своей правой раненой руке. Чью-то тёплую и добрую руку. "Отец" - как-то подсознательно подумал он. И правда, открыв глаза, он увидел отца. Но в первый момент он не узнал его, как будто бы отец постарел за то время, что они не виделись. А ещё, в его волосах появилась как будто бы больше седины, чем было до отлёта Масти.

– Папа? Ты?
– спросил Масти, не до конца веря своим глазам.

– Я, дорогой мой Масти, я.

– Ты прилетел сюда? Зачем? Ты потратил деньги, это же дорого.

– Нет, Масти, это не дорого. Всё в порядке. Как ты себя чувствуешь?

– Я в порядке, пап.

– Это хорошо.

– Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, - Масти даже попытался пошевелить рукой.

– Нет-нет-нет, - остановил его отец, - сказали что тебе нельзя шевелить этой рукой. Пусть она так и лежит, не надо.

Масти ощутил на том плече, которое было ранено, довольно-таки массивную повязку.

– Со мной всё будет в порядке?

– Да. Автоматический хирург сработал отлично. Он разобрался и всё хорошо. Врач, Виктор кажется, он спрашивал о тебе, и просил вызвать его, когда ты придёшь в себя. Я уже нажал кнопку.

– Вик.

Лицо отца помрачнело после этого слова.

– Да, Вик погиб.

– Я знаю, пап, я видел его смерть.

– Винк привлёк психологов, чтобы они с тобой поработали. Но мне кажется, что это не нужно. Я думаю, ты сам в этим справишься, Масти.