Атака (Крестом и булатом - 2)

Черкасов Дмитрий

Усоев прополз до плоского вывороченного пня и распластался между узловатых корней.

* * *

Егор Туманишвили проследил за метнувшимся в темноту человеком и спустя минуту обнаружил его позади двухэтажного кирпичного коттеджа. Мужчина спрятался за огромным бревном, под его прикрытием пробрался к какому-то бесформенному холму и начал перезаряжать оружие.

Снайпер медленно выдохнул воздух, уперся левым локтем в ложбинку между камнями и нажал на спуск.

СВУ-АС звонко щелкнул, выбросив вправо латунную гильзу.

Человек

юлой завертелся по земле, зажимая ладонями простреленный живот. Сквозь оптику хорошо просматривался его широко распахнутый в крике рот.

– Блин!
– негромко сказал Егор, собиравшийся попасть мишени точно в середину груди.

Беспорядочные движения раненного мешали нормально прицелиться.

Внезапно человек подпрыгнул и отлетел назад, будто бы сбитый с ног ударом невидимого кулака. Из кустов в десятке метров от бьющегося на земле чеченца выскользнула фигура в лохматом комбинезоне и подняла автомат с толстым набалдашником глушителя.

Туманишвили понял, что с подстреленным им боевиком разберутся и без него, подхватил винтовку и перебежал на новую позицию.

* * *

– Ш-ш!
– Пышкин схватил отца Арсения за плечо и заставил пригнуться.

Из двора, расположенного за хлипким деревянным заборчиком, послышался пронзительный визг.

– Не высовывайтесь!
– приказал Кузьмин и нырнул в заросли акации.

Священник скорчился под ветвями айвы, выставил перед собой ствол гранатомета и обратился в слух.

Крик оборвался так же внезапно, как и возник.

Из кустов вывалился запыхавшийся Анатолий.

– Все путем! Добить пришлось. Его кто-то из наших зацепил, когда он сюда перся.

– Один?

– Других не видно. Однако пора отходить. Нам тут больше делать нечего...

* * *

Резван Гареев затолкал в узкую дверь пожилую Яхиту, протиснулся вслед за ней в коридорчик подземного опорного пункта и вставил в пазы широкие стальные полосы, предназначенные для удержания бронированных листов, закрывавших вход.

– Живее!

Яхита прибавила шаг, обтирая плечом известку с кирпичной стены. Гареев глухо зарычал.

– В сторону!
– он пролез вперед и в несколько прыжков достиг овального зала, где скопилась половина односельчан.

Остальные были рассеяны по аулу, и собирать их в укрытие уже не оставалось времени.

Импровизированную крепость построили два года назад силами рабов, остававшихся в деревне со времен первой войны. Четыре дота были соединены коридорами, имелось два жилых помещения, склад и туалет с огромной выгребной ямой. В каждом доте стояли АГС-30* и два пулемета "Мадсен" МКЗ** простреливавших все пространство от площади до дороги на северо-восток. Бетонные стены дотов могли выдержать прямое попадание снаряда из танковой пушки.

* Гранатометный комплекс калибра 30 мм. Прицельная дальность - до 1700 м, емкость ленты - 90 выстрелов, масса - 16 кг, масса выстрела - 0,36 кг, начальная скорость гранаты - 185 м/с.

Обычный расчет - 2 человека.

** Датский пулемет калибра 12,7 мм. Масса - 28 кг,, прицельная дальность до 2500 м, емкость ленты - 50 патронов.

После окончания строительства три десятка рабов были расстреляны.

Резван действовал в традициях египетских фараонов, уничтожавших всех тех, кто был допущен к тайнам проектирования и возведения пирамид.

Соплеменники относились к крепости с изрядным скепсисом, считая ее блажью полевого командира, однако в лицо говорили обратное, всячески прославляя предусмотрительность молодого вайнаха.

И теперь жителям аула выпал шанс убедиться, насколько Резван правильно все рассчитал.

Гареев обвел тяжелым взглядом испуганных односельчан, поставил РПД к стене и поднял вверх правую ладонь.

– Спокойно! Здесь они нас не достанут. А мы сейчас покажем, кто тут хозяин. По коридорам не шляйтесь, сидите смирно. Если что-то нужно, спросите меня или Ису, - Резван ткнул пальцем в угрюмого Бачараева, застывшего со скрещенными на груди руками в углу зала.
– Еда и вода есть, электричество тоже. Одеяла на складе, Иса проводит. Все.

Сбившиеся в кучу люди с надеждой уставились на Гареева.

– Долго ждать?
– спросил старик, заведовавший в ауле кожевенной мастерской.

– До утра разберемся, - уверенно заявил Резван.

* * *

Владислав неподвижно застыл у горы строительного мусора, положив ствол "Грозы" на порванный рулон рубероида, и выждал полминуты, пока крадущийся по обочине дороги боевик не оказался прямо перед ним не более чем в десяти шагах.

Серый комбинезон делал казаков практически незаметными на фоне стен. Противник различал лишь неясное пятно, никак не выпадающее из общей картины пересекающихся теней.

Чеченец встал на цыпочки и вытянул шею, разглядывая пустой участок дороги.

Дуло ОЦ-14 смотрело ему точно в лоб.

Боевик не заметил ничего подозрительного, переступил с ноги на ногу и поправил висящий за спиной вещмешок. Что-то негромко звякнуло.

"Ха, батенька!
– догадался Рокотов.
– Пока суть да дело, домишки пустующие грабим... Молодец! Не упустил возможности. Узнаю характер истинного "борца за свободу". Что здесь, что в Косове - везде одно и то же. Главное - бабками разжиться, пока другие воюют..."

Чеченец опустил автомат стволом вниз, сделал шаг к растущему на обочине дереву и расстегнул ширинку.

Влад бесшумно положил "Грозу" на рубероид, плавно выдвинулся из-за кучи, извлекая из ножен мачете, и, дождавшись журчания струи, подскочил к боевику сзади.

Холодное лезвие уперлось молодому вайнаху чуть выше кадыка. Свободной рукой Рокотов перехватил пойманного врасплох человека за волосы.

– Дернешься - голову отрежу!
– свистящим шепотом сказал биолог и опустился на корточки, увлекая за собой так и не прекратившего мочиться боевика.