Астральщик. Том 2
Шрифт:
— Нормально, — прошептала Карина и погладила дракончика. — Не беспокойся, Лулио не причинит вреда. — Недоверчиво посмотрев на нее, живой амулет все же успокоился. Потом вдруг посмотрел на Никоса, продолжающего стоять в центре площадки и взлетел. Сделав круг вокруг хозяйки, он с сомнением оглядел императора и Лулио и видимо решив, что она находится в более — менее безопасном окружении, вылетел из ложи и с клекотом спикировав, приземлился на руку Никоса. Никос погладил существо и замер, глядя на него.
Лулио, отвернулся от арены, встал за креслом Карины и сжал в руках ее голову.
— Так просто быстрее и надежнее, — ответил он на вопросительный
— Я тоже не знала, — пряча легкую обеспокоенность, ответила девушка. — Как ты думаешь, почему это так, учитель?
— Хм… — Лулио ненадолго задумался, — судя по твоей истории, что ты рассказывала, он развивается и прогрессирует. Изначально, насколько я помню по твоим рассказам, он мог только ползать по твоему телу, при этом несомненно являясь энергетическим существом, вроде того же фамилиара. Потом он стал перемещаться в границах твоей ауры. А сейчас вероятно его возможности еще возросли.
Некоторое время все молчали, глядя на Никоса, на гостей, мирно продолжающих сидеть на своих местах. По рядам шастали слуги, предлагая еду и напитки.
— Надо бы вывести особо важных персон во избежание… — пробормотал император.
Лулио покачал головой.
— Предлагали уже. Как раз особо важные, видя тебя на своем месте, и не соглашаются уйти — многие поняли, что происходит что? то незапланированное и важное и не собираются упустить возможность увидеть все своими глазами.
— Ладно, твоя оценка текущего положения вещей? — спросил император.
— Хм… — Лулио ненадолго задумался. — Насчет первого бога ситуация пока стабильно непонятная. Никос сделал что? то такое, что нейтрализовало его, но не более того. Не уничтожило. Куда качнется маятник — не знаю. Вернее, варианты? то есть, но какой реализуется — не знаю. Судя по всему второго бога, не без помощи моей ученицы, — Лулио легко улыбнулся, продолжая массировать виски девушки, одновременно балансируя энергетику в ее ауре, — удалось прогнать. Хорошо это или плохо — трудно сказать. Но лучше принять более негативный вариант развития событий и считать, что ничего еще не закончилось.
— С этим пока разобрались, — Тиль мельком глянул на Никоса, и остановился взглядом на картине, нарисованной на стене ристалища. — Надо подумать, как все это повернуть в глазах Кордоса, чей посол сегодня присутствует здесь. Ты ведь сделал, как я просил?
— Да, — кивнул Лулио, — твои идеи мне нравятся, и они вполне рабочие.
— Хорошо, — удовлетворенно сказал император и потер руки.
М — да… Это черт — те что получилось из дракончика. С бухты — барахты не разберешься. Хотя… Основа та же, моя. Смотрим на уровне информструктуры, что поменялось… Хм… Структура явно усложнилась, впрочем у моего тоже, но по — другому. А тут… Ага! Добавились возможности генерации какого? то поля — возможности саморазвития я им активировал, так что результат, как говорится, на лицо. Так — с… Забираем. Кажется я знаю, что это. Спасибо, Кариночка! Типа, прощальный подарок?
Бросил взгляд на информструктуру бога в инфосети и уменьшил поток отсасываемой энергии, оттягивая момент превышения порога срабатывания лавинообразного разрушения информструктуры. Честно говоря, я не собирался его убивать, тем более, что после детектирования его информструктуры я мог это сделать проще — разорвать структуры и все… Даже если его структура не монолитна, что тоже встречалось в сети, лоботомию провести можно было
Кроме того, сколько богов тусуется на Лунгрии — неизвестно. Как они поведут себя после уничтожения одного из них — неизвестно. Я еще помню, что они даже Дронту смогли принести вред. Поэтому я просто ждал. Моя интуиция подсказывала мне именно такое поведение. В конце концов или ишак сдохнет, или падишах. Правда, и гора может не пойти к Магомету, но будем посмотреть.
Я огляделся. Люди не особо обращали на меня внимание. По рядам перемещались чародеи и что? то делали, с кем? то разговаривали. Кто? то продолжал как ни в чем ни бывало выпивать и закусывать. Упавших женщин, которые нападали на меня, куда? то унесли. Думаю — к лекарям. Иногда кто? то из присутствующих бросал на меня любопытствующие взгляды. Кто? то продолжал любоваться нарисованной големом картиной. Таких было все? таки довольно много. В ложе императора тоже было спокойно. Я прислушивался одним ухом, о чем говорит Лулио с императором, и удивлялся, как он так четко понимает ситуацию, что происходит.
В общем, дождались.
Тело передо мной перестало дергаться, и бедный чародей наконец? то успокоился. Я быстро проверил бога в инфосети — отток энергии значительно уменьшился, а информструктура стала немного деформироваться, пытаясь принять более плотную структуру, при этом грубея, что привело к тому, что я стал ее лучше видеть, и в ней стали протекать какие? то новые процессы — именно так я мог проинтерпретировать происходящее. Или бог начал справляться с ситуацией, что вряд ли может быть, и вообще удивительно для меня — я думал, этому процессу нельзя воспротивиться иначе, чем такими же методами, какими действую и я, или же ему кто? то помогает.
Последнее предположение, видимо, и было правильным — голову вдруг придавило чужим вниманием. Биокомп пискнул, что была произведена попытка проломиться в мою голову из астрала, потом проникнуть через тоненький канал, поддерживаемый с астралом биокомпом. Но и эта попытка быстро прекратилась. Было такое ощущение, что кто? то с ходу попробовал стандартные методы, не получилось, и отошел в задумчивости.
Некоторое время ничего не происходило. Но Лулио замолчал. Боевые чародеи среди гостей напряглись. И тут произошло такое, что заставило меня замереть. И не только меня, но и Лулио и прочих чародеев. Потом, проанализировав произошедшее, я понял, что это был чуть ли не единственный способ не вызвать с нашей стороны нападения и по сути говорил о высоких умственных способностях вновь прибывшего бога.
Сначала по рядам прокатился слаженный вздох тех, кто продолжал смотреть на картину на стене. Потом к ним присоединились остальные. Нарисованная големом, а по сути — мною, девушка вдруг развернулась и прищурившись посмотрела внутрь арены. Деревья зашевелились, волны стали биться о берег, волосы девушки мотало, иногда попадая ей в глаза. Убрав локон волос за ухо и придержав его, она аккуратно перешагнула оказавшийся перед ней цветок, который, кстати, вполне успешно противостоял буре, и вышла из картины на песок арены.