Астор-Холт
Шрифт:
стекла, я забывала о своих страхах, а Тилия хоть на несколько минут отпускала свою ненависть, и
вспоминала о себе самой.
Кстати, впервые сюда нас с ней отправил Тир, тонко намекнув, что и мне и моей подруге просто
необходимо прогуляться по оранжерее. Вот тут-то мы и обнаружили Астории, и теперь не было ни
дня, чтобы вечерние прогулки по академии ни приводили нас сюда.
Глядя на состояние Тилии, которая с каждым днём становилась всё мрачнее и печальнее, я всё
пыталась уговорить
поймут, и более того, будут постоянно напоминать о Марке и о том, что он преступник.
Когда, через два дня после казни в академию явились её родители, они долго причитали над
заплаканной дочерью. Твердили, почти не умолкая, что всё не так уж и плохо и нет смысла горевать
по такому преступнику. Говорили, как рады раскрытию истинного лица Марка и всей семьи Дарис.
Конечно, с какой-то стороны, их можно понять. Ведь если бы Тилию с Марком связывал брак, сейчас
бы и их семья была в опале, а так... для них всё сложилось как нельзя лучше. А на глубокую рану в
сердце дочери они попросту предпочли не обращать внимания. Мол, перебесится, успокоится и
забудет. Молода ещё! Да только сама девушка думала совсем иначе.
Проходили дни, за ними недели, начался новый семестр, но настроение Тилии оставалось
прежним. Да только теперь в её глазах появилась самая настоящая озлобленность. А мне почему-то
стало казаться, попадись ей сейчас кто-то из императорской семьи - она бы сорвалась. Набросилась и
придушила голыми руками. И я уже почти перестала надеяться на то, что когда-нибудь моя подруга
сможет стать прежней.
С началом нового учебного семестра в моей жизни тоже произошли изменения.
Естественно, началось всё с моей новой причёски. Короткие пряди неожиданно начали завиваться, превращаясь в очень милые кудряшки. А в сочетании с жуткими очками смотрелось это даже
забавно. К моему собственному удивлению, я перестала походить на заумное огородное пугало -
теперь это пугало стало вызывать куда больше искренних улыбок, чем когда-либо. А достойным
апогеем сего фарса стал тот факт, что ко мне впервые в жизни начали тянуться люди. А это просто не
могло не радовать.
Раны на руках зажили ещё за время каникул, и теперь о них напоминали только лишь полоски
шрамов, да и те были заметны, только если рассматривать в упор. Что случилось с порезом на шее -
сказать не могу, не видела. Но, если после лечения Тира эту отметину от кинжала принца больше
никто не замечал, значит всё с ним тоже хорошо. И вообще, если не вспоминать подробности той
злополучной ночи, то я почти не злилась на Дерилана. А видя, как его искренне ненавидит Тилия, даже несколько раз ловила себя на странном желании за него заступиться.
же удавалось держать себя в руках.
Согласна, он жестокая сволочь, но, несмотря на все его явные недостатки, только благодаря ему, я
всё ещё жива. И пусть за это мне пришлось заплатить довольно дорого, да только в данном случае
любая цена была бы ничтожно мала.
А ещё, глупо признаваться, но Дерилан начал мне сниться. Сначала это были страшные сны, в них
я снова была в его кабинете, а вокруг словно эхом разносился приказ: "На колени...". В такие
моменты я просыпалась от собственных слёз и подолгу сидела в темноте комнаты, пытаясь
успокоиться. Да только спустя несколько недель, когда обида немного поутихла, а воспоминания
стали не такими яркими, мои кошмары превратились в простые сны. В них я снова видела младшего
принца, но больше он меня не пугал, не пытался приказывать. Он просто сидел в оранжерее Астор-
Холт рядом с цветком Астории и взирал на меня из-за толстого стекла. Я же смотрела не него, не в
силах отвести взгляд и весь мир в эти моменты становился лучше... чище... добрее. После таких
сновидений я просыпалась бодрой и отдохнувшей, а ещё какой-то странно счастливой.
И всё бы хорошо, но после этих снов лицо Дерилана стало всплывать в памяти куда чаще, чем
требовалось. Я старалась не вспоминать о нём, пыталась доказать самой себе, что он не тот, о ком
стоит думать, что он сволочь, жестокий самовлюблённый эгоист с обострённой формой мании
величия. Но в моих снах он был другим. Там... в этом царстве иллюзий, его глаза смотрели на меня с
нежностью. Наверно, именно поэтому этот призрачный образ стал так мил мне. Да вот только с
реальностью он совершенно не вязался. Ведь настоящий Дерилан по определению не был способен
смотреть на кого-то вроде меня без надменности. Кто я и кто он!? Да и вообще, в моём мире снов
существовал совсем другой человек, пусть и безумно похожий на младшего принца империи.
С новым семестром изменилось и моё расписание. Тир внёс в него больше практических занятий, добавил несколько предметов связанных с изучением свойств моих стихий, а по пятницам выделил
несколько часов для изучения "моего феномена". Естественно, работу мою никто не отменял, и она, как и прежде, начиналась после общего отбоя и заканчивалась не позже двух ночи. И жизнь снова
понеслась по привычному руслу. Да только больше я не строила из себя гордую всезнайку, и теперь
всю неделю копила вопросы для Тира. Всё то, что казалось мне непонятным или не совсем
понятным, я записывала в блокнот, с целью получения разъяснений у своего куратора. И такое
построение учебного процесса устраивало всех.